Страница 3 из 60
Томас объяснялся с полицией. Пришлось признать, что ключи — от дверей и сейфов — были только у него, не считая запасного комплекта, хранящегося в полицейском участке. На вопрос, сколько денег было в сейфах, Том дал немедленный и ясный ответ, что поначалу вызвало у сыщиков подозрения, и лишь поговорив с Лео и другими служащими, они узнали, что Томас обладает необычайным талантом по части чисел. Никто из его коллег не счел странным, что он знал, какая сумма находится в каждом из трех сейфов, и мгновенно сложил в уме все три числа. По словам Тома выходило, что во всех трех сейфах находился миллион шестьсот двадцать девять тысяч пятьсот один доллар.
Чтобы узнать, сколько похищено, деньги надо было пересчитать. Этим занялись Том и три кассира. И хотя Том за час успевал сделать столько же, сколько все кассиры втроем, на подсчет ушло несколько часов. Когда деньги были наконец подсчитаны, к величайшему изумлению полиции выяснилось, что общая сумма составила один миллион девятьсот семьдесят восемь тысяч сто восемьдесят два доллара.
— Вы не ошиблись? — спрашивал полицейский Томаса, вытирая вспотевший лоб.
Но к тому времени уже подняли платежные документы, так что не было необходимости решать вопрос, насколько можно верить необычайным способностям Тома. Сумма, названная им, сошлась вплоть до последнего доллара.
— Уж не хотите ли вы сказать, что какой-то гражданин решил сделать в столь странной форме вашему банку дар в... — полицейский запнулся.
—...в триста сорок восемь тысяч шестьсот восемьдесят один доллар, — с легкостью подсчитал в уме Томас. — Не знаю. Откуда мне знать?
Скорее чтобы скрыть растерянность, чем чтобы проверить результат, полицейский достал калькулятор и произвел вычитание сам. Все было верно.
Деньги пересчитали еще раз. Поскольку купюры уже рассортировали по достоинству, сделать это было теперь гораздо легче — использовались счетные аппараты. Результат — один и тот же — получили трижды.
По требованию полицейских осмотрели весь банк. На следующий день в газетах было сделано объявление, где всем владельцам личных сейфов рекомендовалось посетить банк и проверить, в наличии ли их собственность. Никаких жалоб в полицию не поступило. Приходилось сделать вывод, что странные налетчики ограничились только сейфами в кабинете у Тома.
Однако дела никакого не заводили — в связи с отсутствием состава преступления. Директор банка был в панике — он заставил полицию провести выборочную экспертизу денег, и немного успокоился только тогда, когда не было найдено ни единой фальшивой купюры. После этого он сразу же призвал Томаса, и они стали обсуждать меры, которые следовало принять.
— Не знаю, что за чертовщина здесь творится, — сказал директор, — но надо поменять сейфы, как вы считаете?
— Наверное, — сказал Томас. — Как мне оформлять лишние триста сорок восемь тысяч шестьсот восемьдесят один доллар?
Несчастный директор схватился за голову.
— Не знаю, — простонал он. — Я уже ничего не знаю.
— Будет вполне справедливо, — сказал Том удовлетворенно, — если мы именно на эти деньги купим новые сейфы. Может быть, провести и сигнализацию? Средств хватит.
— Да! Именно! Свяжитесь с компанией... с любой, какую считаете подходящей.
— Можно заказать в компании «Секьюрити». Мой дядя вложил туда средства, так что, может быть, нам дадут хорошую скидку.
Директор одобрил этот план. Ему даже в голову не пришло говорить Тому, что он вполне доверяет ему, и он безо всякой задней мысли начал расспрашивать:
— Вы уверены, что никому не давали ключи?
— Не давал, конечно.
— Но как же открыли сейфы? И как открыли двери?
— Не знаю. Ума не приложу. Обратите внимание — ни один частный сейф нетронут, значит, наверное, у похитителей... или как-их назвать... не было ключей от комнаты, где находятся частные сейфы.
— Но зачем? Вы можете хоть предположить что-нибудь? Зачем? Кто-то спугнул их?
Томас рассмеялся.
— Трудно поверить, что грабители отправляются на дело, имея в карманах триста сорок восемь тысяч шестьсот восемьдесят один доллар, а когда их кто-то пугает, они бегут и в спешке роняют их, — сказал он. — Никаких отпечатков, конечно, не нашли. Но сейчас любой школьник, отправляясь грабить банк, надел бы перчатки.
— Никто нас не ограбил, — мрачно сказал директор. — Даже наоборот. Позаботьтесь о том, чтобы поменять и замки в дверях. Никто не мог снять слепки с ваших ключей?
— Я никогда не расстаюсь с ними, — сказал Томас. — Если кто-то только забрался в мою спальню, взял ключи, зашел сюда, а потом вернул их на место — но это совершенно невозможно. Я сплю на втором этаже. Мой дядя не только спит очень чутко, но еще и страдает бессонницей. По саду бегают мамины собаки, которые ради нее разорвут на кусочки кого угодно — уж они-то не смолчали бы. Компания-изготовитель уверяет, что слепок с этих ключей снять невозможно — во всяком случае, чрезвычайно трудно, а уж то, что нельзя изготовить ключ-дубликат без возможности долго подгонять его в замке, вообще гарантируется. Так что если и воспользовались моими ключами, то оригиналом.
— Значит, взяли ключи из полиции? Но ведь полиция никогда в этом не признается!
— Трудно сказать. Не думаю — просто потому, что в полиции есть только ключи от сейфов, но не от дверей.
— Экспертиза показала, что ничего похожего на взлом не было, все замки открыли обычно — ключом, — напомнил директор.
— Знаю. Чудеса! Однако мы стали богаче, и я не вижу никакого смысла ломать голову — ведь так или иначе все это разъяснится.
Когда дядя Том узнал о случившемся, он среагировал адекватно:
— Это Стрелец! Это все проклятый Стрелец!
— Успокойся, дядя, — уговаривал Том. — Ничего страшного не случилось. Скорее наоборот — наш банк разбогател на очень приличную сумму. И Стрелец тут, конечно, ни при чем.
Дядя Том молчал.
— Ты хорошо знаешь Лео? — спросил он внезапно.
— Лео Ренквиста? — удивился Томас. — Конечно. Ты думаешь, что... Да перестань, дядя, это глупости! Откуда у Лео триста сорок восемь тысяч шестьсот восемьдесят один доллар — ты об этом подумал?
— Его семейство не из бедных, — сказал дядя Том. — Какого числа он родился?
— Четвертого, — сказал Том уже несколько раздраженно. — Лео родился четвертого числа. Ты ведь любишь четные цифры!