Отдай мужа сестре

Глава 90

Надежда

Когда Артём привёз меня домой, было уже совсем утро.

Город просыпался. Дворники шуршали по мокрому асфальту, где-то хлопала дверь подъезда, на соседнем балконе женщина развешивала бельё, и от всего этого обычного мира мне хотелось то ли плакать, то ли смеяться.

Мы поднялись ко мне молча.

Не потому что было нечего сказать.

Потому что за одну ночь в нас обоих накопилось слишком многое, и любая лишняя фраза могла сорвать предохранитель.

У двери квартиры я обернулась.

— Зайдёшь?

Вопрос был тихим.

Без игры.

Без намёка.

Просто таким, который бывает после ада, когда человеку нужен не герой и не любовник, а присутствие.

Он посмотрел на меня очень внимательно.

— Если зайду, я останусь до конца.

У меня перехватило дыхание.

И в этой фразе было сразу всё:

не на полчаса,

не “выпить воды”,

не “успокоить”.

До конца.

Я открыла дверь.

Квартира встретила нас тишиной и утренним светом.

Я сняла обувь, бросила сумку на пол и только тогда поняла, насколько у меня дрожат руки. Не от страха. От усталости, возбуждения, боли и странного, почти недоверчивого счастья, что после этой ночи я не одна.

Артём закрыл дверь, подошёл ко мне и остановился в двух шагах.

— Надежда.

— Да?

— Сейчас я не умный человек.

Я усмехнулась сквозь слёзы.

— Слава богу.

И сама шагнула к нему.

Этот поцелуй был другим.

Не как в его кабинете.

Не как на грани.

Не как взрыв.

Как возвращение.

К чему-то, чего у меня, возможно, никогда и не было по-настоящему: к мужчине, рядом с которым не нужно заслуживать право быть живой.

Я чувствовала его руки у себя на спине, его дыхание, его терпение даже в желании. Он не торопил. Не брал. Не превращал мою усталость в повод. И от этого я таяла ещё сильнее.

Мы добрались до дивана, потом до спальни, потом снова остановились на полпути, потому что я вдруг уткнулась лицом ему в шею и прошептала:

— Я боюсь.

Он сразу замер.

— Меня?

— Нет. Счастья.

Пауза.

Потом он чуть отстранился, взял моё лицо в ладони и посмотрел так, что у меня снова дрогнули колени.

— Тогда давай не называть это счастьем сегодня. Слишком громко. Пусть будет просто честно.

Я закрыла глаза.

— Хорошо.

И это было лучшим, что можно было сказать.

Потому что честность — именно с неё всё у нас и началось.

И именно её мне не хватало всю жизнь.