Страница 65 из 107
Глава 60
Артём Шадринский
После кофейни я не поехал обратно в офис.
Сел в машину, откинулся на сиденье и минут десять просто смотрел в лобовое стекло, за которым медленно густел вечер.
Она сказала это вслух.
Я бы уже давно вас поцеловала.
Нужно было, наверное, испугаться. Включить профессиональную панику. Отступить. Удвоить дистанцию. Сделать что-то разумное.
Вместо этого я поймал себя на том, что улыбаюсь.
Редко со мной такое.
Почти никогда.
И сразу же за этим пришло другое — жёсткое, трезвое: нельзя.
Не потому что чувства не взаимны. С этим как раз всё было ясно уже слишком давно.
Нельзя потому, что она всё ещё внутри развода, войны, сепарации от семьи, финансового хвоста, унижения, боли. И если сейчас я стану для неё не опорой, а следующим шагом, я украду у неё важную часть выхода из этого ада — выход на своих ногах.
Это было бы недостойно.
А я слишком давно живу так, чтобы потом хотя бы не отводить глаза от собственного отражения.
Телефон вибрировал дважды. Оба раза — рабочие. Я не отвечал.
На третьем пришло сообщение от Надежды.
Кажется, жизнь решила напомнить, что я всё ещё плачу кредит за Ксюшу. Просрочка. Я сейчас кого-нибудь убью.
Я закрыл глаза и коротко выдохнул.
Конечно.
Ну конечно.
Романтический перелом судьбы немедленно получает сверху счёт за семейный паразитизм.
Я ответил сразу:
Никого не убивайте до завтра. Скиньте мне договор и историю платежей. Будем думать, как это встроить.
Пауза.
Потом:
Вы ужасно неромантичны.
Я усмехнулся.
Это вы ещё не видели, как я разбираю банковские хвосты после признаний в поцелуях.
На этот раз её ответ пришёл быстро:
После признаний в поцелуях? Смело сформулировано.
Я посмотрел на экран.
Пальцы зависли.
Потом всё-таки написал:
Я сегодня и так дал себе слишком много вольностей. Не провоцируйте на точность.
Долгая пауза.
И наконец:
Тогда до завтра. И спасибо, что вы всё ещё про хвосты, а не про красивую чушь. Мне сейчас это нужнее.
Я прочитал, и что-то тёплое, тяжёлое разлилось внутри.
Вот именно.
Ей нужен не спаситель.
Не хищник.
Не мужчина, который воспользуется её моментом слабости, даже если это будет замаскировано под большую любовь.
Ей нужен кто-то, рядом с кем можно сначала до конца выбрать себя.
А уже потом — если жизнь не передумает — выбирать друг друга.
Я завёл машину.
Впереди всё ещё была война: кредит, раздел, документы, мать, сестра, Дмитрий, который только начал прозревать и от этого мог стать ещё опаснее. Ни черта не кончилось.
Но теперь у этой истории появился не только нерв боли.
У неё появилась точка света.
Тихая.
Непозволительно дорогая.
И именно поэтому я собирался защищать её особенно тщательно.
Даже от самого себя.