Страница 52 из 86
После того как они уехали, о вчерашних треволнениях напоминал лишь внедорожник Кабана. Митрич обещал позже забрать и его. Эх, если бы он еще и самого Карабанова смог убрать из наших мест, было бы вообще хорошо. Но теперь это моя головная боль, и как все повернется в дальнейшем, совершенно непонятно. Я остался сидеть под обеденным навесом в одиночестве, нагруженный тяжелыми мыслями. Лена явно не хотела беспокоить меня, но не выдержала и уселась за стол с другой стороны. Ходивший за ней хвостиком Женька пристроился на краю длинной лавки. Я сначала посмотрел на мать, затем на ребенка. Очень хотелось горестно вздохнуть и спросить: «Что же мне с вами делать?» Но так нельзя. Поэтому немного вымученно улыбнулся.
А действительно, что мне с ними делать? Как дальше опекать ребенка-волшебника? Педагогическая наука по этому поводу не имеет наработок. От мысли, что разрабатывать новый метод придется, возможно, мне, становилось страшновато. Снова захотелось сбагрить пацана куда подальше, но, глядя в их доверчиво-встревоженные глаза, тут же вспомнились уже набившие всем оскомину слова де Сент-Экзюпери.
Ну, ничего, у всех учителей на подобный случай есть надежная палочка-выручалочка. Не волшебная, конечно, но тоже действенная — если не знаешь, что делать, придерживайся учебного плана и расписания. Парень не доучился, и нужно это исправить. Понятия не имею, пригодится ли магу среднее образования. Сильно сомневаюсь, что ему дадут нормально отучиться в институте, а о реальном аналоге Хогвардса я пока не слышал. Привычный режим позволит нам всем успокоиться и собраться с мыслями. Приняв решение, я приободрился и достал телефон. Ждать пришлось всего два гудка.
— Доброго денечка вам, Зинаида Захаровна!
— Шутишь? Уже хорошо, — с явно читаемой улыбкой ответила директриса. — Я так понимаю, Женька у тебя?
— Да, и Лена тоже.
— Как интересно, — задумчиво сказала Зиза. Затем, осторожно подбирая слова, спросила: — А рассерженный папаша?
— Уже не проблема.
— Совсем? — с напряженным удивлением уточнила директриса.
— Совсем, — серьезно и уверенно подтвердил я.
Ну не рассказывать же ей, что ставший умруном владелец мясокомбината если и испортит нам жизнь, то совсем не так, как она думает.
— Интересно. А как со странностями мальчика? — снова играя в конспирацию, спросила Зинаида Захаровна.
— Тоже не проблема. Беда в другом, — быстро сменил я тему. — Парню не помешает пройти до конца программу пятого класса. Со своим предметом я справлюсь, а вот как быть с остальными?
— Ну, какая же это беда? — приободрившись, сказала директриса. — Я соберу материалы по всем предметам и вышлю тебе на почту. Лена была ленивой, но сообразительной ученицей, думаю, вдвоем вы справитесь. Леша, ты уверен, что Женька не навредит ни себе, ни вам? Я видела его комнату и слышала рассказы тех, кто стал свидетелем возгорания младшего Карабанова.
— Уверен, — ответил я, стараясь донести до встревоженной женщины всю свою убежденность.
— Ой как интересно, — продолжила, как любят говорить наши ученики, юзать излюбленное слово директриса, чем вызвала у меня улыбку:
— Если так интересно, приезжайте на выходные в гости. Тут лес, свежий воздух, озеро и натуральные продукты.
— Ты там что, хозяйством обзавелся? — удивилась Зиза.
— Ну, как хозяйством… — сказал я, посмотрев на то, как рабочие кроют крышу черепицей.
Саня говорил, что внутреннюю отделку с установкой окон и дверей лучше проводить осенью, но относительный комфорт они нам обеспечат в ближайшие дни.
— Жить есть где, и вас тоже устроим.
— Я подумаю, — действительно задумчивым голосом сказала директриса и отключилась.
Я же, пожав плечами, посмотрел на Женьку.
— Ну что, Пиро-Пламен, готовься. Завтра с утра у нас физкультура. Затем остальные уроки.
Лицо мальчика исказилось в выражении вселенской муки, и это хорошо. Мелкие неприятности лучше всего отвлекают от действительно тяжких мыслей. Я тоже не был в восторге, но возвращение к привычной рутине дисциплинировало и, как ни странно, придавало сил. Вечером Зиза, как и обещала, прислала программу для Женьки, наверняка припахав других учителей. Пришлось до ночи разбираться и делать расписание, а с утра пораньше идти будить постояльцев, устроившихся в пока единственной доведенной до ума комнате.