Страница 35 из 110
Глава 16
Заправляю за ухо выбившуюся прядь длинных волос и наклоняюсь к стойке. Пальцы быстро нажимают на цифры, вводя сумму на терминале, и я разворачиваю к клиенту.
Мужчина лет сорока с лёгкой небритостью прикладывает карту. Короткий писк – оплата прошла.
— Будем рады видеть вас снова.
Он убирает карту и с пошлой улыбкой наклоняется ближе к стойке, внимательно разглядывая моё лицо.
— А вы клиентов принимаете?
— Нет, — отвечаю я, сохраняя вежливую улыбку.
— Жаль.
Я провожаю его взглядом до самой двери, затем медленно выдыхаю.
— А могла бы неплохо подзаработать, — шепчет Милана, наклоняясь ко мне.
Она одна из девочек, работающих на мою тётю. Всего на год или два старше меня. Всегда такая приветливая, дружелюбная. Мы быстро нашли общий язык.
Дверь снова открывается. Я выпрямляюсь, натягивая дежурную улыбку.
— Добрый вечер, — произношу вежливо, и только потом замечаю рыжие волосы парня.
— Ой… Няша!
Антон замирает на месте, а потом расплывается в широкой улыбке. Поворачивается к двери, которая снова открывается. Почти сразу за Антоном входит… его старший брат.
Два рыжих. Мои дела плохи.
— Димон, смотри! — кивает на меня Антон. — Няша нашлась. Ты же её искал.
Дмитрий поворачивает голову. Его взгляд останавливается на мне, и зелёные глаза резко расширяются. Брови взлетают вверх, словно пытаясь дотянуться до линии роста волос.
Ну, вот и встретились…
Три дня назад я заблокировала Диму везде, где только можно. Даже не знаю, пытался ли он связаться со мной после нашей последней встречи у участка.
После того, как он принёс мне компенсацию от своей семьи, я вообще ни одного рыжего не видела. До этого момента.
— Дмитрий… — мурлычет Милана, плавно двигаясь в его сторону. — А вы ко мне?
Тут уже
я
теряю дар речи.
Неужели он пользовался услугами в салоне тёти? Или до сих пор пользуется?
Невольно представляю его с другой девушкой, и в груди неприятно сжимается, отдаваясь тупой болью. Даже не знаю, что сильнее – ревность или осознание, что я отдалась ему как проститутка в отеле. Одна из таких же девочек.
Я почти не дышу. Не моргая смотрю на него, пытаясь уловить хоть какую-то реакцию на происходящее.
— Нет, — отрезает Дима, не сводя с меня глаз. — Насть, ты чё здесь делаешь?!
— Работаю.
Ему этот ответ явно не по душе. Очень,
очень
не по душе…
Челюсть мужчины напрягается, скулы выступают острыми гранями. А взгляд становится таким пронзительным, что кажется, будто он может прожечь меня насквозь.
Он срывается с места и широкими, рваными шагами устремляется вглубь салона, минуя мою стойку.
— Ой, щас начнётся… — весело комментирует Антон, качая головой.
Я бросаюсь следом за Димой, но тут же чувствую сильную хватку на запястье. Быстро оглядываюсь на Антона, держащего меня за руку, и вбиваю каблук ему в ступню.
— Бля… больно…
Пальцы разжимаются. Я вырываюсь и бегу за Димой. Дверь в кабинет тёти приоткрыта. Видно, он ворвался туда, не успев её закрыть.
— Ты племянницу к себе устроила работать?! Серьёзно?! — раздаётся громкий, возмущённый голос изнутри. — Это же бордель! Тут всё, что угодно может случиться! Нахуя ты её сюда притащила?!?
— Дмитрий, я…
— Уволь её! — перебивает приказом. — Немедленно! Чтобы я её здесь больше не видел!!!
Я врываюсь в кабинет следом за ним. Встаю сбоку, смотрю на его профиль.
— Что значит «уволь»? Ты совсем офигел?!
Дима тяжело дышит. Поворачивается ко мне корпусом и сквозь зубы цедит:
— Я не хочу, чтобы моя девушка работала в борделе.
— Да? — холодно спрашиваю. — Ладно. Мы расстаёмся.
Тётя поднимается со своего кресла.
— Я вас оставлю… — тихо говорит она и выходит из кабинета, плотно закрывая дверь за собой.
В комнате остаёмся только мы вдвоём.
— Так, Насть, — голос Димы смягчается, становится более уступчивым. — Давай успокоимся и поговорим.
Рыжий делает шаг в мою сторону. Но я, словно по команде, отступаю назад. Скрещиваю руки на груди и отвожу взгляд в сторону, подальше от его глаз.
— Я понимаю, ты злишься. Антоха натворил дичи, — продолжает он, пытаясь найти нужные слова. — Да, я виноват. Да, я не уследил. Прости…
— Дим, а какая разница, меня Антон утащил или ты? — перебиваю. — Вы же не отличаетесь. Оба наглые. Пользуетесь положением. Делаете, что хотите. И вам обоим нужен только секс…
Дмитрий хмурится.
— Это не правда.
Я смотрю на него, слегка наклонив голову вбок.
— Да ну?! А куда ты меня повёз в первую встречу? Почему ты пропал, когда мы переспали? — я делаю паузу, давая ему возможность осмыслить мои слова. — Я тебе первая позвонила. Просила о помощи – от твоего же брата меня спасти. А что сделал ты? Напомнить? Ты меня скинул, а потом забрал моё заявление из полиции. Откупился. Вот тебе деньги и не выделывайся!
— А ты что хочешь? Чтобы я посадил своего брата? — его глаза сужаются, придавая взгляду жёсткость. — Или тебе напомнить, как ты заступилась за своего братишку?!
— Конечно, я за него заступилась. Ты его убить хотел! — повышаю голос, не сдержавшись. — А твой брат хотел
меня
!
— То, что Антон сядет, ничего не изменит.
— Мне будет спокойнее! — парирую. — Я буду знать, что он не появится ни с того ни с сего. Не схватит меня. Не увезёт чёрт знает куда. Он же творит, что хочет! — я показываю на закрытую дверь. — Безнаказанный! Вы его защищаете. Но меня защитить некому...
Дмитрий вскидывает брови.
— А как же я?
— А ты трубки не берёшь, — отвечаю холодно. — Дим, у меня от вас одни проблемы. А у меня их и так по жизни хватает. Не создавай мне новых, пожалуйста. Не мешай работать.
— Нет, — припечатывает. — Я сказал – ты не будешь в этом гадюшнике работать. Значит, не будешь. Можешь идти и собирать вещи. Ты уволена.
В его глазах горит принципиальность. Как будто он встал в позу.
— Тогда я на панель пойду! — выплёвываю я хлёстко. — Мне же тогда работать будет точно негде!!!
— В смысле негде?!?
— Да в прямом! — срываюсь я, и слёзы брызгают из глаз. — Я из-за вас осталась без работы! Сначала меня уволили из клуба, теперь меня уволили из ресторана. А теперь меня никуда не берут, потому что работодатели не хотят иметь проблем с рыжими. А я – та, что написала заявление на рыжего! Его уже нет, но кому какая разница?!?