Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 36 из 110

У меня уже было два предупреждения в ресторане. Первое – когда Антон пришёл как гость и устроил разборки с администратором, чтобы я села к нему за стол. Второе – после их драки у главного входа.

А теперь я просто не вышла на смену. Меня даже слушать не стали. Рассчитали и выставили за дверь.

— Ты могла сказать мне, — его тон смягчается. — Один мой звонок – тебя в любое место возьмут.

— Я уже устроилась, — вытираю слёзы. — Сюда. Поближе к тёте и к охране.

Тётя сказала, что охранники здесь от Дмитрия. Их семья предоставляет. Трое крепких парней, очень вежливых. На раз-два наглых клиентов осаживают.

— Если ты Антона боишься, то он тебя больше не тронет.

— Это замечательно, — киваю. — Но я хочу, чтобы ты тоже ко мне не подходил. Не хочу иметь ничего общего с рыжими!

Последняя фраза, кажется, окончательно выбивает Диму из колеи.

Уверенность испаряется, глаза теряют прежний блеск. Он стоит, растерянный, будто только сейчас осознал всю серьёзность и бескомпромиссность моих намерений.

— На-асть…

— Не хочу, — повторяю с нажимом. — С тобой же ничего нормального и серьёзного не срастётся. Мне такие отношения не нужны.

Снимаю с руки браслет, который он подарил мне всего неделю назад после командировки.

— Оставь. Это же подарок, — тихо произносит он, наблюдая за моими руками. — Я его специально для тебя привёз…

— Я не хочу о тебе вспоминать, — с трудом сдерживаю слёзы, голос дрожит. Вкладываю браслет в его руку. — Пожалуйста… Исчезните из моей жизни.

Я разворачиваюсь и ухожу, направляясь обратно к стойке у входа. Тётя тут, просматривает брони комнат на сегодняшний вечер. Антон трётся рядом с Миланой, лыбится пошленько, в своём стиле. У него как была офигенная жизнь, так и продолжается. Ну вот где справедливость?!

Дима подходит следом за мной. Хватает младшего брата за шкирку.

— Пошли работать, — бросает он и, словно щенка, тащит его за собой.

— Иди, успокойся, — мягко говорит тётя, касаясь моего плеча. — Приведи себя в порядок. Милана пока тебя подменит.

Она поворачивается и уходит вслед за рыжими в свой кабинет.

Я вытираю слёзы, поправляю макияж и возвращаюсь к работе. Рыжие в кабинете тёти уже почти час. Не знаю, что они там делают, но… долго что-то. Надеюсь, не моё увольнение обсуждают.

Дверь распахивается, и в салон вваливается пьяная компания мужчин. Громкие голоса, смех, нестройный говор… Они буквально заполняют собой всё пространство.

Один из них сразу же опирается локтями на стойку и наклоняется ко мне, улыбаясь с нескрываемым наглым интересом. Русый. Лет тридцать где-то. Глаза блестят от алкоголя, и мне в нос бьёт резкий запах перегара.

— Какая у нас новая администраторша, — заигрывает. — Или ты работаешь здесь? Тебя можно?

Мельком переглядываюсь с Павлом, охранником. Он неотрывно наблюдает за клиентами, оценивая ситуацию. Видно, что готов вмешаться в любой момент.

— Нет, — сдержанно улыбаюсь. — Мужчины, какую программу вы бы хотели? Вы, наверное, список услуг нашего салона знаете…

— Конечно, знаем. Мы тут не в первый раз, — с пафосом заявляет другой, с ультракороткой стрижкой.

— Можно же сделать исключение для постоянных клиентов? — снова обращается ко мне русый. — Я бы поговорил с хозяйкой по поводу тебя.

Вот же неугомонный…

— Чё, ребят? — раздаётся голос из глубины компании. — По одной? По две? Толпой? Чё в этот раз возьмём?

— У нас сегодня днюха у товарища, — опирается на стойку ещё один парень, постарше. — Давайте какую-нибудь скидочку. Спецпрограммочку.

— Да-да, у меня день рождения. Гуляем!

Второй шок за вечер – я замечаю среди мужчина мужа сестры. Поддатый, глаза сильно блестят. Рубашка расстёгнута на пару пуговиц.

— Виталик? — вырывается у меня. — С днём рождения!

Он смотрит на меня, вскидывает брови. Проводит глазами вниз, до скромного выреза на декольте, и снова поднимает взгляд.

— Ничосе какие люди, — ухмыляется Виталий. — Честно, не ожидал. В тихом омуте черти водятся?!

Русый мужчина оглядывается на именинника.

— Знакомы, что ли?

— Стасян, ты чё? Это же сестра Машки!

— Жены твоей?! — тот выглядит совершенно ошарашенным. — Да ну нафиг…

Кто-то из толпы тихо кашляет, пытаясь скрыть смешок.

— Вот это, конечно, встреча…

Виталий снова поворачивает голову в мою сторону. Взгляд становится дерзким, а голос приобретает напыщенные нотки:

— Ну ладно. Чё, организуешь?

— Что я тебе организую? — спрашиваю я, прищурившись.

— Ну как… Отдых!

Я знаю Виталия почти пять лет. Но это… Это что-то совершенно новое. Полный абсурд.

— Тебе не стыдно?!

— Ой, не начинай, — Виталий кривится. — Такая правильная вся... Уже всех заебала.

Стиснув зубы, я наклоняюсь вниз, где спрятано ведро с водой, которое я так и не успела убрать. Мокрая тряпка свисает с края.

Быстро хватаю её и, обходя стойку, шиплю сквозь зубы:

— Ах ты мерзавец…

Замахиваюсь и бью тряпкой по боку Виталия.

— Я за тебя ипотеку плачу, а ты по проституткам шляешься?! Кобель недоделанный! Вообще совести нет?!? Тебя дома жена с двумя детьми ждёт!!!

Прямо при всех я начинаю хлестать именинника, подгоняя его к выходу. Кто-то с удивлением смотрит на меня. Кто-то пытается вмешаться, но охрана мгновенно пресекает их попытки.

Виталий выскакивает на улицу, я – следом за ним.

— Насть, чё случилось?! — раздаётся голос Димы, который появляется рядом. Пытается схватить меня за руку.

Не думая, я резко разворачиваюсь и бью тряпкой уже его. Один точный удар по плечу.

— Сейчас не надо, я справляюсь!

Дима замирает. Удивлённо смотрит на своё плечо, потом на меня, словно не веря в произошедшее.

— Ебать она шороху навела… — доносится со стороны смех Антона.

— Заткнись, иначе тебе сейчас тоже прилетит! — предупреждаю я, угрожающе махая тряпкой в его сторону.

Разворачиваюсь обратно к Виталию. Только поднимаю руку, как он отшатывается.

— Да хорош в ревнивую жену играть! — бросает раздражённо. — Насть, не будь ханжой. Это мой день рождения. Чё хочу, то и делаю. Я же не возмущаюсь, что ты в борделе работаешь!

— Я – администратор!!!

— Кому какая, нахуй, разница? — ехидно бросает Виталий. — Твоему отцу точно будет всё равно, кто ты здесь. Ты даже слова вставить не успеешь!

В груди сжимается страх. Отец. Его реакция, наверняка, будет такой же, как у Димы. Если не хуже...