Страница 31 из 118
Как будто кто- то вложил ей в голову справочник. Посмотрев на тушку недавного пойманного зайца, она четко его идентифицировала. Теперь она могла рассказать не только о его образе жизни и повадках, но и могла определить ценность его мяса с точки зрения состава и питательности.
Лес для девушки превратился в раскрытую книгу, в которой она могла прочесть всю информацию о растениях: как и где произрастают, чем полезны или опасны и для человека, и для животных. Для этого ей было достаточно просто взглянуть на них.
Все это удивительным образом захватило ее, и она по новой стала знакомится с этим миром. Например, когда она рубила шесты для шалаша, то не задумывалась над тем, какая у них древесина: рыхлая или твёрдая, крепкая или хрупкая. Теперь же для нее лес стал открытой книгой: были деревья, которые очень легко поддавались рубке, но в срубленном состоянии быстро сгнивали. А были те, что и рубились легко и потом - наоборот, набирали крепость. Тоже было и с дровами. Некоторые деревья прогорали быстро и совсем не давали тепла, а были и такие, что одного полена хватало на всю ночь для поддержания ровного жара в очаге, да еще и дыма почти не было.
С такими знаниями дела Юники пошли намного веселее. Ей требовалось гораздо меньше усилий, чтобы поддерживать свое существование в относительном комфорте. С этого момента девушка выбирала только правильные с точки зрения применения материалы. Для костра нашла множество поваленных зимой деревьев с подходящей древесиной и заготовила их впрок.
Все складывалось неплохо , пока однажды ночью она проснулась, потому что услышала странный звук. Борясь с остатками сна, начала прислушиваться. Как будто кто - то возился в кустах недалеко от шалаша, как раз там, где были развешаны ее запасы еды. Всю зиму она хранила там туши животных, и в замороженном состоянии, вероятно ,не привлекали дикое зверье. А сейчас, когда появилось горячее весеннее солнце мясо начало размораживаться, разнося призывный запах на всю округу.
Сжавшись в комочек и не шевелясь, она пролежала так до утра. Вместе с уходом защиты, вернулись ее собственные страхи из детства. Боязнь темноты встала на первое место. Только теперь все было по - настоящему, и от этого ужас сковывал все ее тело.
Дождавшись рассвета, она вышла из шалаша. Под деревом были множественные следы крупных восьмипалых отпечатков. Это были мохнолапы! Стая из десятка особей полночи резвилась под деревом, пытаясь добыть мясо. И им это частично удалось. Часть запасов была сорвана и съедена.
Юника поняла, что беда пришла, откуда не ждали.
Она весь день рубила дрова и складывала костры вокруг шалаша. Остатки провизии она перетащила в шалаш. Надеясь, что огонь отпугнет привлеченных запахом пищи хищников.
Наступил вечер, внезапно стемнело, как это бывает в зимнее время и она услышала подтявкивание зверей, которые уже начали переговариваться , собираясь в стаю. Не дожидаясь атаки и в надежде напугать их, она запалила костры, и поспешила укрыться в шалаше. Девушка положила перед собой длинный нож и стала ждать.
Прошло немного времени, не больше часа, когда голодная стая полусобак полугиен начала кружить возле шалаша, но огонь, зажжённый по периметру, их отпугивал. Эта ночь прошла без происшествий. Лишь единожды они было сунулись к коню, но тот их не особо боялся - он отмахнул задней ногой по самому наглому псу, который сунулся слишком близко, и рванул в чащу леса.
Так Юника потеряла Кузю, утром сколько бы она его не звала и не искала, того нигде не было видно. Ни днём, ни вечером он так и не появился.
Это был сильный удар для нее. Юника плакала. Теперь она осталась совсем одна. Да, за последние месяцы она закалилась. Руки окрепли и уверенно держали и нож, и топор. Ноги быстро бегали и сил было достаточно, чтобы бродить в поисках добычи или рубить дрова на костер. Но силы это все равно были девчачьи. Не было той крепкой руки, что могла натянуть стрелу и точно пустить в цель, не было того острого зрения, слуха, как раньше. Она- просто девчонка, волей судьбы выживавшая в одиночку в глухом лесу на неизвестной планете, вдали от дома и от Джейка.
От своего жилья она старалась далеко не отходить. Теперь её обязательным ритуалом была рубка дров на ночь и раскладывание костров, пока такая практика помогала ей, но запасов мяса становилось все меньше.
И она знала, что полугиены были умным животными, и рано или поздно они осмелятся пройти сквозь жар пламени, чтобы добраться до добычи. И добычей будет она.
Значит час «Х», когда они нападут, был лишь вопрос времени.
Прошла пара недель в такой осаде. Мохнолапые уже и днем не стеснялись показываться из - за деревьев. Теперь Юника бегом добегала до реки, чтобы набрать воды и бегом возвращалась обратно. Единственная вещь, которая продолжала работать без сбоев, была ее одежда. Она по - прежнему не промокала, грела в сильные морозы, не рвалась и оставалась чистой, будучи одетой на Юнику.
Кузя так и не появлялся. Девушка горевала по нему каждый вечер. Она садилась у очага и под вой и шебуршание полугиен, погружалась в воспоминания. Достав кольцо из потайного кармана, сжимала его обеими руками и разговаривала с Джейком. На что - то жаловалась или, наоборот, делилась крохотной радостью. Глядя на это кольцо, она представляла его вот здесь, в шалаше, напротив. Он улыбался своей ласковой улыбкой, от которой забывались все ее горести.
Но, как она и предполагала, наконец, настала ночь, когда мохнолапы перешли к активным действиям. Голодный вой сменялся жалобным скулением, когда отчаявшиеся и обнаглевшие твари начали преодолевать защитное кольцо огня, Юника была готова: выставив вперед нож, она ждала. Вот под пологом появилась оскаленная пасть. Девушка нанесла удар. Но промахнулась. Охотника в ней уже давно не было. И ее умения - это обычные навыки городской девушки.
Полупес отскочил и почувствовал, что его добыча нерасторопна. Он извернулся и схватил ее за левое предплечье, там, где когда-то был ее координатор. Юника вскрикнула и ударила его сверху ножом. Пес взвизгнул и забился в конвульсиях, отпустив руку. Она хаотичными ударами добила его и отползла вглубь шалаша.
В эту ночь она смогла отбиться, но была ранена, остальные псы напасть не решились, но и не ушли далеко.
Юника с трудом стащила с себя куртку и закатала рукав рубашки. Две глубоких рваных раны красовались на руке. Она пролила это антисептиком, присыпала порошком антибиотика и замотала бинтом.