После развода. Этот ужасный варвар этажом выше

Глава 32

Демьян

Дворники с глухим скрежетом смахивают мелкую питерскую морось с лобового стекла. Я жму на газ, выруливая на проспект, но внутри все равно скребет глухое раздражение.

Прошло два дня. Два чертовых дня с той идиотской истории с бараном. До сих пор зубы сводит, как вспомню. Ладно Джульетта — эта мелкая заноза с глазами олененка Бэмби и характером противотанковой мины. Стервозина, каких поискать. От нее я ожидал подвоха. Но Арина Рудольфовна! Тяжелая артиллерия, мать ее. Встала на сторону этой пианистки и окатила меня таким презрением, будто я лично Эрмитаж ограбил. А ведь я, на минуточку, эту гордую пенсионерку от телефонных мошенников спас, свои деньги и связи подключил!

Я с силой сжимаю оплетку руля. Надо мириться. Глупо это все. Я взрослый мужик, владелец серьезного бизнеса, а сижу в засаде в собственной квартире, прислушиваясь к шагам на лестнице, как пацан. Так дальше жить нельзя. Эта холодная война на лестничной клетке выматывает больше, чем сутки в засаде. Тем более… я кривлю губы в невеселой усмешке. Тем более что Джульетта мне нравится. Сильно. И этот игнор выбивает меня из колеи. Надо найти подход. Перешагнуть через гордость и найти.

Но это потом. Сейчас работа.

Два дня я, как проклятый, мотался по пригородам. Отрабатывал маршруты пропавшего парня и его такси. Показывал фотки на заправках, в шиномонтажках, придорожных кафешках. Как об стену горох. Классический висяк. Парня где-то видели мельком, кто-то вроде помнит его машину, но знать не знают, с кем он терся и куда пропал. Дома, где он бывал, все съемные. Заказывали для праздников фирмы однодневки или подставные персоны. Ни одной зацепки. Просто призраки.

Я притормаживаю у стеклянных дверей крупного банка на Петроградке. Из них тут же выскакивает Прохор — щуплый, нервный, в нелепом форменном галстуке, который ему явно жмет. Он озирается и ныряет на пассажирское сиденье моего джипа, принося с собой запах дешевого одеколона и паники.

— Ну? — бросаю я, не тратя время на расшаркивания. — Чего звонил? Вспомнил что-то?

Прохор суетливо поправляет очки. — Да… вроде того. Демьян Викторович, я тут ночью не спал, думал. Мы же с Лехой на рыбалку пару раз ездили в прошлом году.

— И? — я поворачиваюсь к нему, впиваясь взглядом.

— Мы лодку брали. У него гараж есть. Точнее, не его, а от деда остался вроде. Он там всякий хлам хранил. И лодку эту резиновую.

— Адрес? — я уже вбиваю пальцем в навигатор.

— Не помню, — Прохор виновато вжимает голову в плечи. — Где-то на окраине, у реки. Там промзона сплошная. Но визуально дорогу помню. Если поедем — покажу.

Я молча врубаю передачу и бью по газам. Джип рычит, вклиниваясь в поток.

Спустя сорок минут мы съезжаем с асфальта на разбитую грунтовку. Пейзаж за окном — классическое захолустье. Ржавые остовы машин, кривые заборы, заросшие бурьяном канавы и свинцовая гладь реки впереди.

— Вон туда, за теплотрассу! — Прохор тычет дрожащим пальцем.

Я глушу мотор метрах в ста от ржавых железных ворот гаражного кооператива. Дальше идем пешком. Под ногами хрустит гравий вперемежку со стеклом. Воздух влажный, тянет тиной.

И дымом.

Я останавливаюсь и поднимаю руку, приказывая Прохору замереть. Из приоткрытой калитки одного из крайних, облезлых синих гаражей, тянется тонкая струйка сизого дыма. Кто-то греется.

Я бесшумно подхожу ближе. Заглядываю в щель.

На перевернутом ведре, кутаясь в грязную куртку и грея руки над походной газовой горелкой, сидит он. Алексей. Небритый, осунувшийся, похожий на загнанную крысу.

Я толкаю дверь. Петли предательски скрипят.

Алексей вскидывает голову. В его глазах вспыхивает животный ужас. Он даже не пытается разобраться, кто перед ним. Опрокидывает горелку, срывается с места и рыбкой ныряет в узкий проем между задней стеной гаража и забором, ведущим к песчаному берегу.

— Стой, сука! — рявкаю я, бросаясь следом.

Годы в оперативке не пропьешь. Я тяжелее, но бегаю в разы быстрее этого заморыша. Выскакиваю на берег. Алексей вязнет кроссовками в мокром песке, тяжело дыша.

Я настигаю его в три прыжка. Бью плечом между лопаток. Мы вместе валимся на сырой песок. Он отчаянно барахтается, сучит ногами, пытается вырваться, но я жестко заламываю ему руку за спину и придавливаю коленом его позвоночник.

— Тихо, боец, приплыли! — рычу я, тяжело дыша. Набираю полную грудь воздуха и, схватив его за воротник куртки, рывком переворачиваю на спину.

Алексей жмурится, закрывая лицо грязными руками, ожидая удара.

— Где Вероника? — чеканю я, нависая над ним и упираясь предплечьем ему в грудь.

Он открывает глаза, полные слез и песка. — Я… я не знаю! Клянусь, не знаю! Пустите!

Я чуть надавливаю предплечьем, перекрывая ему кислород на секунду. — Не знаешь? Твоя девка пропала, а ты тут как крыса сидишь у костерка?! Чего прячешься, урод?

— Меня убьют! — визжит он, срываясь на фальцет. — Они меня на куски порежут!

Я ослабляю хватку, давая ему вдохнуть.

— Кто? За что?Говори внятно.

Алексей сглатывает, по его грязной щеке ползет слеза.

— В карты я играл. В закрытом клубе. Поначалу везло. А потом бац и проигрался. В хлам. Думал, отыграюсь, а там… там долг такой в 10 миллионов. Мне за три жизни не расплатиться. А людей этих впервые видел! На нервах даже лиц не запомнил. Они мне счетчик включили. Сказали, если до пятницы бабок не будет — закопают в лесу. Ну вот я испугался и сбежал.

Я смотрю на это ничтожество, размазывающее сопли по лицу, и чувствую только брезгливость.

— А Вероника? Ты ее им сдал?

— Нет! — он отчаянно мотает головой. — Нет, вы что! Я просто сбежал. Думал, залягу на дно, пересижу. А ее… я думал, ее не тронут. Долг-то мой. Кому она нужна?

Я с силой бью кулаком по песку в миллиметре от его уха.

— Идиот, — цежу я сквозь зубы. — Какой же ты сказочный, непроходимый идиот.

Я рывком поднимаю его на ноги, попутно отряхивая.

— Пошли. Будешь рассказывать мне про свой клуб. В мельчайших подробностях. И молись, чтобы твои карточные друзья не пустили Веронику в расход до того, как мы их найдем.

У следаков мы составляем фотороботы на всю компанию. Попутно допрашиваем Прохора, как он оказался в закрытом клубе для любителей игры в покер.

Он рассказывает, что в интернете познакомился с Валетом и он-то пригласил его в клуб. Сказал, что только там играют лучшие игроки и я смогу раскрыть весь свой талант.