Страница 5 из 24
Они ехали около часа, обсуждая рабочие моменты, акты и подрядчиков. Кристина говорила профессионально, чётко, демонстрируя безупречный ум. Она знала, что Артура бесит глупость. Полина, которая в последнее время могла поддерживать разговоры только о рецептах идеального бисквита и новых формочках для выпечки, явно утомляла его амбициозный разум. Кристина же давала ему ментальный вызов, заставляя уважать себя как партнёра. Но за этим профессионализмом скрывалась искусная эротическая ловушка.
В какой-то момент, когда они встали в глухую загородную пробку, Артур устало потёр переносицу и откинулся на подголовник.
— Тяжёлая неделя, — негромко выдохнул он. — Сплошные суды, согласования... Иногда хочется просто бросить всё и уехать куда-нибудь, где нет мобильной связи.
Кристина поняла: это её шанс. Она плавно повернулась к нему, сокращая дистанцию.
— Вы слишком много на себя берёте, — тихо произнесла она. Её голос звучал мягко, убаюкивающе. — Мужчине вашего уровня тоже нужна перезагрузка. Но не бегство, а... правильное расслабление.
Она медленно, словно случайно, протянула руку к приборной панели, чтобы настроить климат-контроль, и её обнажённое запястье скользнуло по рукаву его пиджака. Кожа к коже. Она замерла на секунду, глядя ему прямо в глаза. Между ними снова с треском проскочило то самое электричество, от которого воздух в салоне стал тяжёлым и горячим.
Артур не убрал руку. Его взгляд опустился к её губам, на которых играла едва заметная, торжествующая улыбка хищника. В его глазах Кристина прочитала то, что искала: дикую усталость от пресного семейного долга и голодное, животное желание обладать этой безупречной, умной и дьявольски соблазнительной женщиной, которая сидела так близко.
— И какое же расслабление вы считаете правильным, Кристина? — его голос упал до хриплого шёпота, а пальцы крепче сжали рулевое колесо.
Кристина сделала глубокий вдох, чувствуя, как её грудь коснулась плотной ткани свитера. Капкан захлопнулся. Она была готова сделать следующий, самый откровенный шаг в этой машине.
Строительная площадка в пригороде встретила их серым месивом из раскисшей глины, грохотом тяжелой техники и сплошной стеной холодного октябрьского ливня. Артур припарковал внедорожник у деревянных настилов, ведущих к двухэтажному модульному вагончику для руководства объекта.
— Сидите, Кристина, я обойду и открою вам дверь, — быстро бросил он, натягивая капюшон куртки.
Но Кристине не нужна была галантность, ей нужен был правильный визуальный эффект. Едва шеф открыл пассажирскую дверь, она решительно шагнула под ливень. Зонт Кристина «забыла» в багажнике офиса совершенно сознательно. Буквально за те тридцать секунд, что они бежали по деревянным доскам до крыльца вагончика, ледяные струи успели сделать свое дело. Дорогое кашемировое пальто потяжелело, а когда Кристина сбросила его в теплом предбаннике, Артур на секунду буквально лишился дара речи.
Винный кашемировый свитер от влаги потемнел и прилип к её телу, словно вторая кожа. Мокрая ткань безжалостно и четко обрисовала каждую линию: крутой изгиб бедер, невероятно узкую талию и высокую грудь. От холода соски затвердели, отчетливо проступая сквозь тонкий трикотаж. Кристина слегка задрожала — наполовину от реального озноба, наполовину от актерской игры — и принялась тонкими пальцами отжимать намокшие пряди волос, закинув голову назад. Её длинная, изящная шея была полностью открыта для его взгляда.
— Черт, Кристина, вы же промокли насквозь, — хрипло произнес Артур, сбрасывая свою куртку. В предбаннике было пусто — прораб и инженеры задерживались на дальнем блоке из-за аварии с кабелем. Помещение обогревалось мощной тепловой пушкой, отчего воздух здесь был сухим и обжигающим.
— Пустяки, — Кристина натянуто улыбнулась, глядя на него снизу вверх сквозь влажные ресницы. — Главное, чтобы документы в папке не пострадали. А я... я согреюсь.
Она сделала шаг к тепловой пушке, но намеренно пошатнулась на своих высоких каблуках, издав короткий испуганный вздох.
Реакция Артура была мгновенной. Он шагнул вперед и перехватил её за талию, удерживая от падения. Его большие, горячие ладони легли прямо на её обнаженную через тонкий свитер спину. Кристина почувствовала, как по его телу прошла крупная дрожь. Она не отстранилась. Напротив, она мягко оперлась ладонями о его широкую, крепкую грудь, заставляя его почувствовать тепло и податливость своего безупречного тела.
— Вы вся дрожите, — тихо, почти зловеще выдохнул Артур. Его лицо было так близко, что Кристина чувствовала мятный аромат его дыхания и смешанный с дождем запах дорогого парфюма.
— Мне холодно, — прошептала она, глядя прямо в его потемневшие, почти черные от нахлынувшего вожделения глаза. — Согрейте меня...
В этот момент в голове Артура окончательно рухнули все барьеры. Мужчина, месяцами терпящий пресный, скучный быт с располневшей Полиной, которая пахла исключительно ванильным тестом и детским кремом, сорвался с катушек. Он грубо, порывисто прижал Кристину к деревянной стене вагончика. Папка с отчетами со стуком полетела на пол, но на нее уже никому не было дела.
Его губы накрыли её рот в яростном, требовательном поцелуе. Артур целовал её жестко, словно пытался выпить до капли всю ту страсть, которой был лишен дома. Кристина ответила со всей пылкостью, на которую была способна. Внутри неё бушевал ледяной, триумфальный восторг.
«Попался! Какая же ты дура, Полина!»
— пронеслась в её мозгу победоносная мысль, пока сильные пальцы Артура нырнули под подол её свитера, обжигая кожу плоского живота.
Сроки поджимали, её тайный трехнедельный секрет требовал этой развязки, и Кристина сделала всё, чтобы эта первая близость стала для него незабываемой вспышкой, зависимостью, к которому он захочет возвращаться снова и снова.
Внутри Кристины всё пело от холодного, звенящего триумфа, пока её тело послушно отыгрывало безумную, первобытную страсть. Каждое прикосновение Артура, каждый его хриплый вздох фиксировались её внутренним компьютером. Капкан захлопнулся со щелчком, и теперь она должна была сделать эту эротическую ловушку незабываемой, выжечь свой силуэт в его памяти так, чтобы домашний уют Полины навсегда показался ему унылой серой тюрьмой.