Тёмный защитник

Глава 31. Марсела

Спустя десять минут, когда я уже допила крепкий эспрессо и отставила в сторону пустую чашку, в столовую вернулся Алессио. Старенький мобильный телефон, зажатый в руке, казался каким-то чужеродным предметом на фоне его резко преобразившегося облика. Черная рубашка, расстегнутая на две верхние пуговицы, обтягивала широкие плечи и мускулистую грудь, а бежевые брюки подчеркивали подтянутую фигуру и мощные бедра.

Не скажу, конечно, чтоб мне было на что жаловаться…

Даже в строгой одежде он выглядел дьявольски сексуально. Сердце предательски екнуло, пропустив удар, а по телу пробежала волна жара.

Алессио остановился рядом, но телефон мне не передал. Сумрачный пронзительный взгляд впился в мое лицо, словно скальпель хирурга, препарируя, изучая каждую эмоцию.

– Не дай мне пожалеть, Марсела, что я тебе доверился, – предупреждающе пророкотал муж.

Я едва заметно кивнула, пытаясь скрыть волнение, и с трудом выдавила из себя слабую улыбку. Наконец, Алессио протянул мне телефон. Прохладный металл обжег кожу, как напоминание о власти, которую олицетворял муж.

– Мне нужно уехать на пару часов, появилась работа, – добавил Алессио, мимолетно скользнув взглядом по моим губам. В этом было нечто интимное, что заставило меня невольно задержать дыхание. – Здесь останутся мои люди для твоей защиты и…

– Чтобы следить за мной и не дать мне сбежать? – закончила я за него, выгнув бровь и пытаясь придать голосу ироничную интонацию.

– А я должен беспокоиться об этом? – парировал муж, и уголки его губ дрогнули. На долю секунды в его глазах мелькнуло что-то похожее на… веселье? – Ты же не думаешь, что я настолько глуп… чтобы не предусмотреть такую… очевидную возможность? Особенно после нашего… разговора.

– Нет. Я не собираюсь никуда уходить без тебя. Да и мне хватило прошлого опыта. – Я пожала плечами, усмехнувшись, вспоминая свою жалкую, неудачную попытку побега. – Даже если бы я хотела, это бессмысленно. Весь город принадлежит тебе и твоему брату.

Алессио вновь поймал мой взгляд, и в глазах мужа вспыхнуло нечто… непонятное. Тревога? Надежда? Или что-то другое, что я не могла расшифровать? Он наклонился, его губы задержались на моем лбу дольше, чем требовал простой прощальный жест. Я затаила дыхание, боясь пошевелиться, разрушить хрупкое мгновение близости.

– Я скоро вернусь, бабочка, – прошептал он и, не дожидаясь ответа, резко выпрямился и вышел, оставив после себя горьковато-сладкий аромат парфюма. Запах, который теперь всегда будет ассоциироваться у меня с опасностью и… жгучим, запретным желанием.

Выйдя на веранду, я полной грудью вдохнула влажный утренний воздух Венеции, пропитанный ароматами глициний и темной маслянистой воды каналов. Лучи солнца, пробиваясь сквозь утреннюю дымку, золотили купола церквей и отражались в глади каналов, но не могли прогнать гнетущую тревогу, которая сжимала сердце.

Пальцы дрожали, когда я набирала номер Микеле по памяти. Гладкая металлическая поверхность стала нестерпимо скользкой от выступившей на ладонях влаги. Сердце колотилось с бешеной скоростью, отсчитывая бесконечно долгие гудки. Каждый болезненным толчком отдавался в висках, напоминая о том, что я стою на краю пропасти.

Что я скажу ему? Что безнадежно влюбилась в похитителя? Что этот человек, которого он считает заклятым врагом, стал для меня… воздухом, которым я дышу, смыслом моего существования?

Мысль была слишком чудовищной, чтобы ее озвучить. Я страшилась реакции брата больше, чем гнева Алессио.

Спустя некоторое время в динамике послышался щелчок, и раздался голос Микеле. В нем не было ни капли тепла, ни привычной братской заботы. Только лед и… едва уловимое, но оттого еще более пугающее подозрение. Острая боль пронзила душу, оставив после себя зияющую пустоту.

– Де Лука. Говорите.

– Микеле… – еле слышно выдохнула я, сжимая телефон так сильно, что костяшки пальцев побелели. Горячие слезы солеными дорожками потекли по щекам, застилая мир расплывчатой пеленой.

– Марси? Это… правда ты? – В голосе прорвалась надежда, мгновенно сменившаяся волной такого мощного облегчения, что я физически ощутила ее, словно брат находился рядом и сжимал меня в объятиях. Микеле резко отдал кому-то приказ, повелительно, властно и жестко: – Вон! Все вон, живо! – Затем уже мягче и с хрипотцой обратился ко мне: – Прости… у меня была встреча с солдатами. Обсуждали… твои поиски.

Я нервно прокашлялась, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

– Да, брат, это я, – пробормотала я, изо всех сил стараясь говорить спокойно, хотя губы растягивались в нервной, дрожащей улыбке.

– Как ты? Ты… знаешь, где находишься? Тебе причинили… – затараторил Микеле, но на последнем вопросе затих, резко вдохнув.

Я слышала, как он тяжело сглотнул. Мне не нужно было продолжение, я и так понимала, что он хотел спросить.

– Нет, – поспешила его успокоить. – Меня никто не трогал, все… относительно в порядке.

– Если не знаешь, где ты, можешь сказать, что рядом с тобой? Какой-нибудь ориентир? Звук? Опиши все, что видишь, Марси. Я найду тебя и верну домой. Обещаю. – В нем была отчаянная решимость.

Брат, как я и думала, готов перевернуть весь мир, лишь бы найти меня.

– Микеле, дело в том… – Я замешкалась, ком, подступивший к горлу, мешал говорить.

Как объяснить все, что произошло со мной за последние недели? Как рассказать о странном, пугающем, но неотвратимом влечении к Алессио, к человеку, который разрушил мою прежнюю жизнь, но одновременно… заполнил пустоту в душе, о существовании которой я даже не подозревала?

– В чем дело? Тебе угрожают? – тревожно произнес брат, и его вопрос резанул по нервам. – Марси, прошу тебя, ничего не бойся! Скажи мне, где ты и кто это сделал? Я вытащу тебя оттуда, чего бы мне ни стоило, и найду ублюдков, которые посмели тебя тронуть. Клянусь жизнью, они пожалеют, что родились на свет!