Страница 74 из 107
– Ничего, просто удивилась, – повторила я, продолжая избегать его взгляда.
Я понимала, что нам надо обсудить будущее после всей правды, которая вчера выплеснулась наружу, и ночи, которую мы провели вместе. Но я не знала, как начать разговор, слова застревали в горле. Я закрыла глаза, пытаясь скрыть от мужа свои колебания.
– Я не смогу развеять тревожные мысли, если не узнаю, что забралось в твою хорошенькую головку, – надавил Алессио, и, нежно обхватив мой подбородок, приподнял его. – Будь хорошей девочкой, Марсела, открой свои красивые глазки и скажи мне, что не так.
Я тяжело вздохнула, понимая, что противостоять этому мужчине, его воле, его проницательности бесполезно. Мне не хотелось признаваться в своих страхах, и тем более в ревности к призракам его прошлого. Но следовало догадаться, что Алессио не остановится ни перед чем, желая получить то, что хочет, особенно в том, что касается меня. Наконец, собравшись с духом, я открыла глаза и встретилась с его взглядом, в котором уже назревала буря.
– Ты… для всех девушек… которых… с которыми спишь… готовишь завтрак?
– Почему ты вдруг интересуешься такими вещами, Марсела?
Я горько рассмеялась и обвела рукой комнату, безмолвно спрашивая: «Ты серьезно? Тут же все ясно!»
– Не хочу надумывать себе лишнего после того, что вчера между нами произошло. – Я сделала паузу, глубоко вздохнула, пытаясь унять предательскую дрожь в голосе. – Просто скажи, ты… со всеми такой… заботливый?
Муж молчал несколько мгновений, внимательно изучая меня темными, проницательными глазами, как будто пытался найти на моем лице ответы на свои вопросы. И не знаю, что он там нашел, но кое-что явно развеселило его. Уголки губ приподнялись в легкой, самодовольной усмешке.
– Ты ревнуешь,
cara?
– спросил он с ласковыми интонациями.
Я фыркнула, но промолчала, зная, что отрицать очевидное бесполезно. Моя ревность, глупая и беспричинная, все равно была как на ладони. Как ни странно, Алессио, вместо того чтобы рассердиться, расслабился и, раздвинув мои ноги в стороны, занял место между моих бедер. Он бережно взял меня за руку и положил ее на свою грудь, туда, где ровно и сильно билось его сердце.
– Марсела, ты моя жена, – сказал он низким и хриплым голосом. – Ни одна другая женщина не сравнится с тобой. И уж конечно, никто из моих прошлых любовниц никогда не будет значить для меня то же самое, что и ты, – произнес он как само собой разумеющееся.
Я слышала в его голосе искренность, тепло, которое заставило мое сердце затрепетать. Однако назовите меня глупой дурой, но я не могла поверить ему. Я невесело засмеялась.
– Ты считаешь меня настолько наивной и глупой? – спросила я, глядя на него в упор. – Это все между нами… – я умолкла и сначала указала пальцем на него, а затем на себя, – никогда не сработает, Алессио, ты знаешь это не хуже меня. Вчера… было просто прекрасно. Мы могли на мгновение оттолкнуть реальность, забыть о том, что нас окружает. Но рано или поздно мне придется вернуться к семье, а тебе – к Доменико. Ты будешь помогать ему в том, чем вы занимаетесь, а я… я стану использованной принцессой Каморры, которую ты запер в золотой клетке.
– Ты действительно в это веришь, Марсела? – жестко спросил он, и его ладонь сжала мои пальцы.
– А почему бы и нет? Как, по-твоему, ситуация выглядит со стороны? Ты вдруг полюбил меня, узнав, что я та самая девочка с площадки, которая выросла? И теперь ради меня решил закончить многолетнюю вражду между нашими семьями, хотя даже не ты ее начал?
Алессио напрягался все сильнее с каждым словом, сорвавшимся с моих губ, как будто готовился к неизбежной битве, исход которой пока неизвестен. Но, несмотря ни на что, он ни на секунду не отодвинулся от меня, продолжал стоять передо мной и крепко удерживать за руку.
– Во-первых, отвечаю на твой самый первый вопрос: я никогда не был… как ты выразилась… «заботливым» со своими бывшими любовницами, – проговорил муж, и я почувствовала, как вокруг него сгущается тьма. – Обычно все заканчивалось тем, что после того, как они приходили в себя, я вызывал им такси и больше никогда не видел. А тебе я приготовил гребаный завтрак, потому что ты моя жена. Я хотел позаботиться о тебе, как и обещал. Ведь я понимал, что после нашей совместной ночи… у тебя будет болеть тело, и не хотел, чтобы ты вставала с постели. Но, видимо, мои действия вызвали у тебя лишь сомнения и подозрения.
Алессио сделал глубокий вдох, а затем продолжил уже чуть спокойнее:
– Во-вторых, я дал клятву перед Богом, Марсела, и намереваюсь сдержать ее любой ценой. Да, изначально план с браком был уловкой, способом удержать тебя рядом со мной. Но после вчерашнего… я думаю, это очевидно. Я не хочу ничего менять между нами. Да, я не могу сказать тебе три слова, которые жаждет услышать девушка. И я говорил, что не могу обещать тебе сказку о принце на белом коне. Но не потому, что не испытываю к тебе… серьезных чувств… или не пытаюсь… Просто… – он запнулся и отвел взгляд, – из меня годами выбивали любые проявления эмоций, Марсела. До такой степени, что в конечном счете я решил, что оно того не стоит. Но ты другая, Марси. Ты – моя. Навсегда. Ничто в чертовом мире этого не изменит.
– Что ты несешь?! – выкрикнула я, не выдержав. Горячие слезы жгли глаза. Я толкнула его в грудь, чтобы Ал отпустил меня, чтобы я могла дышать и думать.
Но Алессио твердо стоял на ногах и продолжал удерживать меня в клетке своих рук.
– Мы враги, Алессио! Точнее, наши семьи враждуют! У нас нет будущего! Да, я выбрала тебя! Но будь реалистом! Ни Доменико, ни моя семья никогда не примут наш брак! И как бы я ни хотела остаться с тобой… Микеле… он… – Я замолчала, не в силах высказать словами свой самый большой страх – потерять брата.
Терпение Алессио, которого у него всегда было немного, окончательно лопнуло.
– Бабочка, черт тебя побери! – взревел он с яростью. – Я не отпущу тебя! Ни в этот раз! Ни в следующий! Никогда больше! Если понадобится, снова запру тебя и заставлю подчиниться!
Он резко схватил меня за плечи, прижимая к себе так сильно, будто испугался, что я убегу от него.