Мир сотворяется раз…

Эпилог: Свобода выбора

Птица вовсе не похожая на альбатроса упала на землю, держа в клюве толстенную книгу с красным крестом на обложке.

— Вот, – выплюнув фолиант и пытаясь отдышаться, сказала она Адаму, – это учебник «Оказание первой медицинской помощи». Его, правда, Отец ещё не придумал, но тебе пригодится. Опасно там, внизу..

Огоньками энтузиазма в глазах мальчика можно было поджечь Вселенную.

— Здорово! – восхитился он. – Когда опасно – это здорово!

Белокурая Ева смотрела на него исподлобья и молчала.

— Прощайтесь, – тяжело вздохнув, сказал совсем седой старый бог. – Пора!

К Еве шагнул Агнец. Уткнулся крутым лбом ей в грудь. Девочка заплакала.

— Прекрати реветь! – рассердился Адам. – Там, внизу, знаешь, сколько разных тварей? Захочешь, я тебе маленьких натащу, будешь воспитывать!

— Обещаешь? – сквозь слёзы спросила она.

— Зуб даю! – поклялся Адам и сунул фолиант подмышку. Церемонно поклонился присутствующим. – Спасибо за всё! Мы вас никогда не забудем!

Ева нежно поцеловала Агнца в лоб и посмотрела на Змия.

— Как же я бесс тебя, а? – тот концом хвоста стёр скупую змеиную слезу. – Злу бесс мотивассии нелься, оно бесс мотивассии хереет!

— Не ругайся в Раю! – поморщился Отец.

Девочка протянула Змию руки и прижала его голову к себе. Язык с колечком пирсинга, трогательно вися на её плече, покачивался от ветра.

— Я тебя буду навещать, – шепнул Троян, – подарки всякие там приносить, яблочки..

— Только, чур, не червивые! – попросила Ева.

Змия передёрнуло:

— Не напоминай мне об этом засранце!

Грустно свивая кольца, аспид пополз на яблоню. Угнездился, поглядывая на ветви, и прошипел:

— Давайте, ссснания, плодитесссь и размножайтессь!

Дух коснулся крылом Адама:

— Будь мужчиной, мой мальчик! Помни, там, внизу, ты в ответе за всё, не мы!

Отец поднял Еву на руки и бережно поцеловал:

— Будь женщиной, моя девонька! Помни, там, внизу, ты в ответе за Адама! И за всех, кого приручишь!

Спустя несколько мгновений под босыми ногами детей была не изумрудная трава Кущ, а звериная тропа в лесу. Парило. Стайками вились мошки. В болоте что‑то ревело и чавкало.

Ева испуганно прижалась к своему спутнику. Тот переложил фолиант и обнял её за плечи.

— Не бойся! Я с тобой!

Отец и Дух бок о бок стояли на золотой кромке облака и следили за исчезающими вдали фигурками.

— Они забудут, – грустно сказал Отец.

— У них будет выбор – вспоминать или нет! – возразила Птица.

— Выбор обясссательно будет.. – усмехнулся на своей яблоне Змий.

Дети уходили всё дальше, такие маленькие и хрупкие в торжестве нового мира.

* * *

Босые ноги мужчины утопали в ртутной луже. Задрав голову, он смотрел в метановые небеса и не без оснований чесал затылок, глубоко запуская пальцы в седые космы. С неба, гагакнув, упала белая птица, вовсе не похожая на альбатроса.

— Я в шоке! – сказала она. – Ну ты, Отец, даёшь! Это какой‑то химический хаос! Как так вышло‑то?

— Сам не знаю.. – сокрушился названый, оглядывая версию номер..