Страница 8 из 16
— Ладно. Я купила. Мария Северова тоже немного помогла.
Дома Диана первым делом открыла фэнтези, и в тот вечер слова почему-то шли легче.
Глава 3 Купленный месяц
На следующее утро Диана проснулась раньше будильника и почти сразу вспомнила про тысячу продаж. Ощущение было странное: не радость в чистом виде и даже не гордость, а скорее облегчение, настолько непривычное, что первые несколько минут она просто лежала и смотрела в потолок. Ещё вчера цифры на банковском счёте постоянно что-то от неё требовали — ускориться, решиться, искать работу, сократить расходы, придумать запасной план. Сегодня они впервые за долгое время будто немного отступили. Не исчезли совсем, но хотя бы перестали стоять над душой.
Диана взяла телефон и открыла страницу Марии Северовой. За ночь продажи выросли ещё немного. Она посмотрела на цифру и почти сразу закрыла страницу. Так нельзя. Вчера она уже сорвала собственный недельный запрет, а если теперь начнёт обновлять статистику каждые двадцать минут, новая свобода закончится психозом.
Она открыла банковское приложение, прикинула будущие выплаты и снова посчитала, сколько времени фактически купила эта книга. Получалось около месяца, возможно, чуть больше, если не тратить лишнего. Раньше месяц казался коротким, а теперь звучал почти роскошно. Тридцать дней, в течение которых никто не заставляет её писать резюме, проходить собеседования и объяснять незнакомому человеку, почему после четырёх лет опыта она вдруг решила уйти без нового места. Тридцать дней, когда можно просто писать.
Диана повернула голову к Какаши.
— Мы молодцы.
Потом сразу поправилась:
— Ладно. Я молодец.
Плакат не спорил.
Она встала, сварила кофе и впервые за несколько недель не открыла таблицу расходов за завтраком. Это оказалось сложнее, чем должно было быть: рука буквально сама потянулась к файлу.
— Нет. Сегодня я живу как человек.
Через десять минут Диана всё-таки открыла таблицу, но только чтобы внести вчерашний кофе с Лерой. После этого закрыла. Почти победа.
В тот день фэнтези писалось легко. Не идеально, но без постоянных остановок на мысли о деньгах. Диана закончила сцену, над которой возилась несколько дней, и впервые за долгое время не стала сразу проверять количество знаков. Ещё неделю назад каждая тысяча была единицей выживания, теперь снова становилась просто текстом, и это нравилось.
К вечеру у неё получилось почти семь тысяч знаков. Диана перечитала последнюю сцену и неожиданно улыбнулась: в ней наконец заработал диалог, который раньше казался деревянным. Героиня перестала говорить как человек, обязанный объяснить читателю все свои чувства, а второстепенный персонаж внезапно стал живее, чем Диана планировала. Такое она любила больше всего — когда история начинала немного сопротивляться, когда персонаж переставал идеально выполнять план и сам подталкивал сцену куда-то в сторону.
Именно поэтому работа над фэнтези ощущалась совершенно иначе, чем роман Марии Северовой. Там Диана всё время контролировала механизм. Здесь иногда казалось, будто она просто идёт следом.
На следующий день ей пришёл первый отзыв. Уведомление появилось утром, и Диана несколько секунд не открывала его, а потом всё-таки нажала. Пять звёзд. Читательница написала, что прочитала книгу за один вечер и теперь хочет ещё что-нибудь похожее.
Диана несколько раз перечитала отзыв. Он был коротким, совсем простым, но это был первый человек, который не просто купил книгу, а дочитал и захотел ещё. Диана почувствовала совершенно неправильную эмоцию — удовольствие. Вот это уже было опасно. Она ведь не должна была радоваться, по крайней мере не так. Это была временная книга, техническая, коммерческая, почти случайная. Мария Северова не была настоящей.
И всё же Диана сделала скриншот отзыва.
Потом сразу разозлилась на себя и спрятала его в отдельную папку.
К обеду появился второй отзыв, потом третий. Не все были восторженными. Кто-то пожаловался на предсказуемость, кто-то написал, что главный герой слишком идеальный, а одна читательница поставила три звезды и сообщила, что «в целом нормально, но второй раз не прочитала бы».
Именно этот отзыв Диана запомнила лучше всех.
Три звезды. «Нормально». Без объяснений.
Диана открыла его ещё раз, потом ещё, пытаясь понять, что именно было не так. Понять было невозможно. Она закрыла страницу и через пять минут снова открыла.
— Ты вообще не настоящий автор. Успокойся.
Не помогло.
Она впервые поняла, почему писатели советуют не читать отзывы. Проблема была не в плохих, а в тех, где читатель ничего толком не объяснял. Если человек писал «слишком много клише» — понятно. Если «не понравился герой» — тоже. Но три звезды без комментария превращались в загадку, которую мозг мог решать бесконечно.
Диана закрыла сайт и открыла фэнтези. Через десять минут поняла, что всё ещё думает о трёх звёздах, через двадцать — что уже придумывает ответ читательнице, хотя отвечать вообще не собиралась.
— Имеет право.
Стало чуть легче.
Продажи тем временем продолжали расти. Не так резко, как в первую неделю, но стабильно. Книга попала в небольшую тематическую подборку, потом несколько читательниц начали отмечать её в своих постах. Одна сделала короткое видео с любимыми цитатами, и Диана испытала очень странное чувство, увидев фразу, которую сама переписывала ночью, наложенную на музыку и красивый фон.
Это было уже почти слишком.
Она открыла комментарии. Люди спрашивали название, кто-то писал, что уже скачал, кто-то спорил, действительно ли Марк Орлов токсичный или просто «сложный мужчина». Диана сидела перед экраном и не знала, смеяться ей или бояться. Марк Орлов — персонаж, которого неделю назад вообще не существовало, — теперь становился поводом для споров между незнакомыми людьми. Она даже поймала себя на желании вмешаться и объяснить, кто прав, но не стала. Мария Северова должна была молчать.
Через несколько дней пришло письмо от платформы. Диана сначала решила, что что-то случилось с оплатой, но оказалось, что ей предлагают добавить книгу в новую подборку современных любовных романов. Условия были обычными: дополнительная видимость, скидка, продвижение внутри платформы.
Диана прочитала письмо дважды.
Это было хорошо. Очень хорошо. И именно поэтому неприятно.