Страница 5 из 75
2. Дворняги любят грызть кости
2. Дворняги любят грызть кости
Один.
В кровати я просто лениво потянулась — вскакивать в страхе передумала еще очень и очень давно. Яркое солнце слепило, его лучи не согревали, но это было намного лучше кошмара. Крики, слезы, попытки изменить то, что меняться не желало.Исход был тем же: потолок с трещинами в форме паучьих лап, золотые цепи на балдахине, нелепо яркий свет, пробивающийся сквозь идеально чистые витражи. Я всегда была привередлива к мелочам, пока не перестала замечать их окончательно.
Нежданный подарок был далеко не тем, что я ожидала.Всего лишь платье. Короткое. Воздушное, как крылья стрекозы перед тем, как их оторвать. Шифон из цитриновой крошки струился между пальцев, холодный и скользкий — точно камни на дне озера, где мне разок удалось побывать; на воротнике —его герб: переплетенные змеи с рубиновыми глазами. Только он один знал, что я любила белый, и всегда выбирал все, кроме него.
— Откуда⁈ — эльфийка замерла на пороге, бледные пальцы впились в косяк. Её глаза — два озера чистой зависти — скользнули по мне, и она зашла внутрь бесцеремонно нагло. Как всегда. — Это… новое?
Я оттолкнула ее руку, когда девушка потянулась к рукаву, и резко развернулась, заметив, как Амелия нервно отпрянула от моих волос. Наверняка и в треснувшем зеркале отразился ее страх, когда тусклые искры предостерегающе блеснули в разноцветных тенях комнаты. Легкая юбка качнулась, сверкнув им в такт.
—Бла-жен-на-я, — тихое предупреждение прозвучало слишком легко — шаг ближе к эльфийке, и я ощутила дрожь в её дыхании. — Хочешь одолжить?
Она отпрянула, будто обожглась, еще до того, как я коснулась ее. Глупая девчонка с манией величия, мечтающая найти себе даже не принца — короля. Толькокороль был занят собственной одержимостью и сгорал от своих же страстей. Она не выдержала бы и дня.
Мои шаги эхом отражались от каменных стен, пока я спускалась по извилистым улочкам города. Красные фонари — капли крови на чёрном шёлке идеально резных крыш — скрипуче покачивались над головой. Я остановилась у края канала всего на мгновение — в обсидианово черной воде отразилась та же тьма, сверкнув золотыми глазами.
Нефритовые статуэтки, идеально вытесанные из безжизненно холодного камня, смотрели осуждающе. Эти вездесущие немые свидетели чужих секретов и грехов молчали, затаившись в удушливом дыму благовоний и человеческой вони.
До появления людей было проще:блаженные не вели войн за территории,высшие не вмешивались в дела иных рас, апроклятые так отчаянно искалистихийных , что сами истребили почти всех. Люди испортили Иномирье задолго до своего появления здесь и продолжали методично извращать то, что не принадлежало им: их храм возвышался в центре столицы, а золотые иероглифы на табличках казались насмешкой над забытым смыслом.
Рынок кишел смертными: торговцы с липкими пальцами, солдаты с тусклыми мечами, женщины, чьи глаза горели страхом. Они желали вырваться отсюда так сильно, что готовы были отдать все ради эфемерной роскоши. Они не знали главного — мир ломал их так быстро, что глупые надежды таяли с каждой новой смертью из-за отравления магической эссенцией. Даже воздух был против чужаков.
Портниха встретила меня румянцем и скомканным приветствием, а ее мастерская — ароматами дорогих тканей и лавандой. Я погладила массивный отрез черного бархата, старательно разглаживая мелкий ворс, и позволила ей разглядеть чешуйчатых на шее. Юная фея с исколотыми иголками руками и ярким взглядом зеленых глаз не стала исключением. Ее интерес, впрочем, был не так плох: обычное любопытство с долей глупого восхищения искусной работой.
— Шелли, я соскучилась! — капризно бросила я, поманив девушку к себе. За синей шторой шевелилась тень — чьё-то сбитое дыхание. — И хочу что-то новое.
— Я… я сейчас… — девушка уронила ножницы, изогнувшись в поклоне, будто увиделаего лично.
— Не спеши, — пальцы сами скользнули к ее запястью, и я рассмеялась, чувствуя, как под кожей застучала кровь. Фея коротко кивнула, с благодарностью заглянув мне в глаза, когда увидела, что все мелкие царапины исчезли. Маленький бонус дляпостоянного клиента. — У тебя гость.
Штора дрогнула в нетерпении. Мужчина выглянул лишь на мгновение — его глаза, тёмные как бездна, сверкнули любопытством, а на скулах проступили размытые символы, отливающие синим. Я стащила с плеча феи мерную ленту и распахнула штору слишком резко — он замер.
Запах сосновой смолы и пота окутал так удушливо, что на очередной заинтересованный взгляд я нарочно улыбнулась. Отвела взгляд в притворной задумчивости и подошла настолько медленно, чтобы он успел рассмотреть лучше то, что будет проклинать этим же днем.
— Позвольте, господин, — я понизила голос, обвивая лентой его талию, и тихо засмеялась, когда меня прижали ближе. Его сердце билось учащенномедленно . Не то сердце, не тот подопытный. — Ищите что-то особенное?
— Нашел. Вас, — хриплый рык пронзил повисшую тишину, заставив только неискренне удивиться. — Когда закончите… — Он оказался более жадным, чем я ожидала: ладонь мужчины уверенно опустилась мне на поясницу и медленно поползла вниз. Я только довольно прищурилась, прогибаясь, и отстранилась ровно в тот момент, когда его пальцы сжались на ягодице. — Я куплю вам любое платье, когда медленно порву это.
— Не дышите, — выдохнула я, наклоняясь так, что губы почти коснулись его ключицы. Глаза расширились, когда мужчина вновь потянулся ко мне, и я тихо рассмеялась, скользнув ногтями по его груди и назвав смущенной фее результат. — А то ошибусь, и мы с вами…
— Бёдра… нужно измерить… — её голос прозвучал относительно спокойно, но девушка была заметно озадачена и смущена, когда я опустилась ниже, чтобы исполнить ее просьбу.
Темный взгляд уперся в меня так увлеченно, что я не смогла не улыбнуться — хотя бы в себе я могла не сомневаться. Демоны всегда были крайне любопытны, как и все проклятые, вот только самоконтроля и дальновидности им явно не хватало.
Возможно, у него был бы шанс получить что-то большее: малышке Мишель он нравился, и на следующий день он сам пригласил бы ее на прогулку, если бы не мое вмешательство, которое совершенно не имело смысла — только желание немного развлечься.
— Я хочу что-то темное, — ресницы дрогнули, скрывая мой довольный взгляд. Поднимаясь, я нарочно провела кончиками пальцев по выпуклости его брюк, и улыбнулась так, как научилась за долгие дни — идеально мягко и невинно. — К вашим глазам.