Страница 4 из 75
Его ладонь скользнула между ног, грубые пальцы в перстнях втиснулись в меня без лишних прелюдий, растирая влагу по подрагивающим стенкам внутри. Я вцепилась в его плечи, выгибаясь навстречу, но он отстранился, заставляя рычать от разочарования.
— Соскучился, — мой голос звучал довольно и тихо, но я знала, что он все слышал. — Ваша светлость снова тоскует?
— И как компенсируешь? — мужчина усмехнулся и до лиловых отметин впился пальцами мне в ягодицу, другой рукой расстегивая пряжку ремня.
Один вид его члена, испещренного крупными венами, заставил довольно прищуриться и облизнуться. Не человеческий. Не демонический. Чужой.
— А нужно? — завороженно отозвалась я.
Он провёл головкой по моему животу, оставляя липкую дорожку, и я застонала, чувствуя, как пламя под кожей ответило жаром. Тут же проступил рисунок вен, в темноте светящихся золотистым пламенем, и его ядовитый взгляд восхищенно загорелся. Он всегда горел, даже когда я не пыталась сжечь.
Когда он вошёл, мир распался на осколки. Его холод заполнял, растягивал до предела, пока мои стоны перерастали в громкие всхлипы. Ему всегда было мало, и эта жадность постепенно поглощала и меня. Каждое движение было расчетливым унижением: он вытаскивал почти полностью, заставляя дрожать от пустоты, затем вгонял член обратно, выворачивая тело наизнанку от яркого удовольствия. Огонь от моих касаний трепетал на его коже, потухая почти сразу — свой жар он отдавал мне, а не ему.
— Кричи,птичка , — приказал он, сжимая горло так, что в висках застучало. — Ты мне должна.
Я впилась ногтями ему в спину, чувствуя, как под кожей вспыхивает пламя. Дым пополз по комнате, но мужчина лишь рассмеялся — низко, животно — и вдавил меня в неровную штукатурку сильнее. С очередным толчком он накрыл мои губы своими, глуша громкие стоны поцелуем. Ледяные пальцы скользнули между ног, грубо растирая клитор, пока я не закричала, ненавидя себя за предательство тела.
Его зубы впились в плечо, разрывая кожу до ноющей боли. Я завыла, чувствуя, как оргазм вырывается наружу вместе с кровью — горячая волна стыда смешалась с потоком его семени, заполняющего меня до влажного хлюпанья. Он не останавливался, вгоняя член глубже с каждым толчком, пока стена не начала осыпаться под нашим весом.
Мужчина отошёл, поправляя манжеты, расшитые золотыми нитями, и я невольно закатила глаза.Позер . Его светлость, потерявший «светлость» где-то не в этой реальности. На его плечах и груди дымились отпечатки моих ладоней, когда он застегивал рубашку под моим горящим взглядом. Я небрежно поправила волосы, медленно подходя ближе. Вырвать бы эти чертовы пуговицы, впиться ногтями ему в плечи, оставляя свои отметины.
— Дарион, — я понизила голос, накрывая его ладонь своей, и голой грудью прильнула к мужчине. Соски приятно заныли от холода шелка, но широкая ладонь предостерегающе сжала мою ягодицу. — В следующем кошмаретвоя очередь умолять.