В сердце урагана

— Быстро же вы обзавелись девушкой. Впрочем, это не мое дело. И, к сожалению, я вынужден вам сразу отказать. Совет решил никого не перевозить со Старобора на Атлантис без экстренной надобности.

— Тогда запишите это как экстренную надобность. Я полагаю, что для нее можно сделать исключение. Это один человек. Никто на Атлантисе этого даже не заметит.

— Крис, а вам не кажется, что…

— Возможно, Совет найдет возможность решить этот вопрос, — вдруг вмешалась в разговор Вивьен. — Обещать не могу, но приложу к этому усилия.

Удивлены были мы оба: и я, и полковник. Вот уж с какой стороны я не ожидал получить поддержку, так это от Вивьен Рэшфорд. Полковник приподнял брови, а Вивьен продолжила:

— Давайте вы придете завтра, Крис. Я постараюсь до завтра решить этот вопрос, так или иначе.

Завтра… Ждать еще один день. Впрочем, если появилась надежда на позитивный исход, то это уже стоит того. Я поднялся, попрощался с обеими, и вышел из кабинета.

—

Вивьен, какого черта? — полковник не злился, он слишком хорошо знал Вивьен для этого. Но удивлен он был по-настоящему. — Зачем ты ему потакаешь? Он уже начал зарываться.

—

Вот именно. Именно поэтому мы так и сделаем. Он начал зарываться, и долго он с нами не продержится. А пользы нам от него, в связи с новой ситуацией, все меньше и меньше.

—

Ну так и зачем нам ему помогать?

—

Дэвид… — она произнесла его имя с той нежностью, которая убивала в нем любое желание сопротивляться чарам ее голоса. — Все же ты еще новичок в политике. Именно за этим нам и надо ему помочь переселить эту девушку сюда. Крис — модифицированный, не забывай об этом. Нужен он нам, или нет, но он — опасен. Пока он на нашей стороне, но ты же сам видишь, как сложно его контролировать.

—

…и ты хочешь иметь дополнительный инструмент для воздействия на него?

—

Именно. Очевидно, что он влюблен. И это замечательно для нас. Потому что влюбленный человек пойдет на все во имя своей любви.

—

И ко мне это тоже относится? Ведь я же влюблен в тебя.

—

Конечно! Но только в той же мере, насколько это относится и ко мне.

—

Убедила. Но ты сказала — завтра. Я не верю, что до завтра Совет успеет…

—

Я думаю, что мы способны сделать это маленькое исключение сами. Без ведома Совета. В этом Крис прав — никому другому не будет дела до этой девушки. Незаметно оформить ее здесь не составит для тебя особого труда.

—

Исключение… Еще одно исключение… Многовато у нас стало исключений, не находишь?

—

Так это потому, что мы живем в исключительное время. И я верю, что мы имеем все шансы это непростое время пережить.

Орвина я нашел в мастерских. Под пристальным наблюдением пожилого механика мой друг что-то крутил под приоткрытой частью обшивки ската. Я подождал, пока эта работа будет завершена, о чем свидетельствовал удовлетворенный кивок механика, и пошел вместе с Орвином в столовую, по пути проводив его до умывальников.

— В Городе слухов столько, что всех и не упомнишь, — рассказывал мне Орвин, уплетая обед. — Есть и совершенно дурацкие: например, про то, что мы являемся посланниками Святого Круга. Ну или что-то в этом роде.

Я без особого аппетита ковырял свою порцию, и внимательно слушал.

— Но есть и любопытные. Например, мы уже слышали, что разговор у полковника с Князем получился коротким. А полковника не было всю ночь, верно?

— Верно, — кивнул я.

— Кто-то болтает, что видел вирон, летящий от нас за границу. Прямиком в сторону Волчьей Тверди.

Я хмыкнул и задумался. Я совершенно забыл, что на Староборе кроме Князя есть еще и Неизвестный со своими Волками. Судя по тому, как быстро прекратились боевые стычки дружины Князя и Волков, последним донесли, что на стороне Князя сейчас большая сила. Сила, которую Неизвестный никак не может игнорировать. Прокручивая в голове наш единственный разговор в его замке, я отдавал себе отчет, что Неизвестный о других биомах знает куда больше меня. Соответственно, наше появление его обязательно должно было заинтересовать, учитывая то, как фанатично он искал способы убраться со Старобора.

— В этом есть смысл, — признал я. — Неизвестному должно быть очень интересно, кто мы и откуда мы.

— И еще более интересно, как мы сумели сбежать.

— В любом случае, у него должно быть много вопросов к полковнику.

— Угу, — невнятно проговорил Орвин, прожевывая. — Вопрос в том, чем может Неизвестный быть интересен полковнику. Может, он модифицированный?

— Не знаю, — честно сказал я. — Ничего такого он не упомянул, но это, конечно, ничего не доказывает и не опровергает.

— Много вопросов. Много непонятного.

Я был вынужден согласиться с Орвином. В последнее время мою голову занимала только Крапива, и я понял, что вообще перестал думать о чем-то другом. А зря, наверное.

— Доедай давай, и сходим к нашим, проведаем их. Доктору понравится новость, что мы отправляемся за Андрэ.

Доктору Водопьяновой эта новость и в самом деле понравилась. Она все еще не получила разрешение покинуть медицинский центр, и Георг пусть не жил у нее в палате, но проводил здесь явно большую часть своего времени. Мы с Орвином рассказали все последние новости, в том числе и про странное отсутствие полковника на Староборе. Пилот слушал внимательно, не выпуская руку доктора из своей.

— Полковник кто угодно, но не дурак, — подвел итог нашему разговору пилот. — Он не сделает ничего такого, что может повредить ему или Атлантису. Именно в таком порядке. Если честно, то сам по себе факт нанесения полковником визита Неизвестному ни о чем не говорит — даже если этот визит на самом деле состоялся. Мне был бы тоже интересен представитель другой силы на Староборе. Я бы попытался понять, чего от него можно ожидать. Можно ли с ним сотрудничать, например.

— Все равно интересно узнать, о чем они там говорили, — вздохнул Орвин.

— Георг, насчет миссии на Н1… Ты с нами? — спросил я.

— Думаю, что решать будет полковник, но я бы, наверное…

— Он с вами, — перебила его доктор. — Кто-то должен за вами приглядывать. Кто-то умный.

— Решаешь за меня? — поднял брови в наигранном удивлении пилот.

— Делаю ровно то же самое, что обычно делаешь ты.