В сердце урагана

— Знаешь, если бы она выбрала меня, а не тебя, то я говорил бы все то же самое. И думал тоже, — сказал он, не поворачиваясь ко мне. — Но, думаешь, это помогает? Нихрена не помогает. Я… Я очень много плохого думал о тебе. О ней — нет. А о тебе… И я ненавижу себя за это. Ты даже представить себе не можешь, как это отвратительно.

Я молчал. Я не мог и не хотел себе ничего такого представлять. Но выслушать его я должен был.

— Я же не идиот. Я все понимаю. Никто не виноват, она выбрала, все такое. Но ничего нельзя поделать с тем, что вот тут, и вот тут.

Он повернулся ко мне, показав на сердце, и на висок. Я увидел, что в глазах Орвина стоят слезы, и снова почти физически ощутил его горе — безбрежное, как атмосфера Ядра. Я окунулся в тот омут, в котором он был постоянно. Там была темнота.

— Я не знаю, что сказать, — проговорил я. — Я не хочу тебя терять, и не могу терять ее.

— Но если что, то выбор очевиден, да?

В его вопросе прозвучала горечь, но я на этот вопрос уже отвечал, поэтому просто промолчал.

— Как ты думаешь, мы могли бы с тобой остаться друзьями?

Я задал вопрос, который звучал глупо и по-детски. Но по-другому я не сумел его сформулировать.

— Не знаю, — Орвин отвернулся. — Честно не знаю. Я… могу постараться. Я каждый день стараюсь. Я же не дурак, и не подонок.

— Нет. Ты не дурак и тем более не подонок. Ты — головой ударенный, помнишь? Как и я, впрочем.

Орвин грустно улыбнулся, все ещё не глядя на меня.

— Да уж, как тут забыть. Есть у тебя планы, что делать дальше?

— Думал об этом. А ты?

— Я хочу добиться, чтобы Атлантис организовал экспедицию на Н1. Надо забрать оттуда Андрэ. Мы обещали.

— Согласен, и готов участвовать. Я уже почти восстановился. А ты, кстати?

— Да все в порядке со мной, — махнул рукой мой друг. — Надо только полковника убедить.

— Убедим. Но я сперва полечу на Старобор.

— Ещё бы, — Орвин опустил глаза. — Я с тобой.

— Орвин, не обязательно…

— Я полечу с тобой. На Старобор, — отчетливо выговорил Орвин. — Это моя родина. И я хочу знать, что там сейчас. Я полечу на Старобор. Не к ней.

Я кивнул, поняв и приняв то, что услышал.

— Тогда пошли в столовую, потом проведаем доктора, а потом — к полковнику. Годится?

— Я так и собирался. Так что не воображай, что это ты меня убедил.

Шутки Орвину давались пока ещё тяжело. Но я внутренне ликовал от того, что он пытался.

— Даже и не собирался. Это всецело твой план.

Мы оба нисколько не удивились, когда застали Георга в палате доктора. Доктор Водопьянова уже вполне пришла в себя, и рвалась если не в бой, то хотя бы домой. Врачи, однако, не собирались ее выпускать до завтрашнего дня, и Георг сейчас занимался тем, что тушил пожар, горевший в душе и в глазах доктора. Быстро поняв, что мы оба своим присутствием скорее мешаем, чем помогаем, мы решили, что свою часть дела выполнили, и направились к полковнику. Полковник оказался занят, и нам пришлось прождать почти час около его кабинета, пока нас не пригласили войти.

Выглядел полковник решительно.

— Так, господа, — сходу начал он. — Я уже получил медицинские данные по вам. С вами, Крис, ожидаемо все в порядке, ну или вот-вот будет в порядке. Аппетит зверский, да? Ну, само собой. Орвин, у вас никаких серьезных повреждений нет, но восстановление идет медленнее. С доктором Водопьяновой немного сложнее, у нее не очень хорошие реакции и анализы, но наши медики делают все возможное.

— Мы только что были у нее.

Я ввернул фразу, чтобы монолог полковника хоть немного напоминал диалог. Он глянул на меня и продолжил.

— С содержимым рюкзака Андрэ работают наши ученые. Надо сказать, что данные очень отрывочны, излишне эмоциональны, но, без сомнений, чрезвычайно интересны. Мы узнали много нового о нашей истории, о том, что было после Раскола. О том, что на самом деле стало причиной Раскола. Данные в плохом состоянии, поэтому изучение идет медленно.

— Вы собираетесь отправить экспедицию на Н1? — спросил Орвин, дождавшись паузы. — Чтобы вытащить этих людей?

— Этот вариант на обсуждении, — уверенно ответил полковник. — Такое решение я не могу принять сам, это будет решать Совет. То, что вы сообщили: дроны, ИИ… Всё это звучит…фантастически. И нам нужно очень осторожно оценивать все риски и выгоды.

— Мы не можем бросить этих людей там вымирать.

— Это не мы их бросили, раз уж на то пошло. Их бросили те, кто решил улететь, кто устроил Раскол. Получается, это мы, на Атлантисе, были брошены. И мы выжили. И Совет будет делать все, чтобы мы выживали и далее.

— Полковник, давайте без политики, — покачал головой я.

— Без политики тут не обойтись, Крис. Ваша экспедиция давно вышла за рамки исследовательской. И уже давно не ваша, раз на то пошло.

Полковник поднял обе руки вверх, заметив, как мы с Орвиным синхронно начали закипать.

— И не надо на меня так смотреть. Если бы это было только мое решение, то я бы организовал спасательную миссию завтра же. Я на вашей стороне. Но вам нужно повзрослеть. Понять, что нельзя все решения принимать на эмоциях, просто потому что нам так хочется. Ещё раз: никто пока не отказался от экспедиции. Новый Совет соберется послезавтра, специально по этому поводу. Давайте дождемся решения. Вполне может быть, что мы зря спорим.

Полковник сделал паузу. Что тут скажешь? Умом я понимал, что он прав. Сегодня я уже думал о том, что будет, если дроны заинтересуются Атлантисом. Сможет ли Атлантис защитить себя? Ответа на тот вопрос у меня не было.

— Что будет с Полем? — спросил Орвин.

— Да, вот Поль еще, — полковник поморщился, как будто мы ему напомнили о зубной боли. — Ему… трудно. Он жил совсем в другом обществе, если их компанию можно вообще назвать обществом. А сейчас вокруг него много людей, множество непонятных ему приборов, и полное отсутствие понимания, как вообще устроена жизнь здесь. Он потерялся, и пока не находит выхода. А вы говорите о том, чтобы привезти сюда других потерявшихся.

— Мне кажется, что «потеряться» все же лучше, чем «умереть», — покачал головой я.

— Давайте пока закроем эту тему, — скривился полковник. — Я вам уже все сказал. Предлагаю дождаться решения Совета.

— Видимо, другого варианта у нас нет, — сказал я, с сожалением поднимаясь с кресла.

— У меня есть и хорошая новость для вас, — вслед нам сказал полковник. — Крис, вы хотели на Старобор, верно? Не передумали?

— Не передумал. И Орвин хочет лететь со мной.

— Хорошо. Тогда вылетаем завтра.

— Вылетаем? — переспросил Орвин.