В сердце урагана

Глава 5

Я сидел в «нашем» переоборудованном вироне на месте второго пилота. Шлем со встроенной электроникой пока лежал на коленях: до старта было еще время. Георг настолько сосредоточенно колдовал над панелью управления, что я счел правильным ничем его не отвлекать. Обернувшись и бросив взгляд в салон, я в очередной уже раз удивился метаморфозам транспортного средства. От свободного внутреннего пространства вирона почти ничего не осталось: в шести креслах салона все еще могли усесться шесть человек, но и только — все остальное место было занято вещами и оборудованием. Да, механики ловко распределили багаж по стенам, прикрепив его намертво и даже обтянув прочным изолирующим покрытием, чтобы мы не поотбивали себе головы о торчащие железяки и углы контейнеров в случае нештатной ситуации. Но все равно, вид вирона изнутри создавал иллюзорную тесноту даже в пилотской кабине.

Вообще, много изменений было сделано именно «в случае нештатной ситуации». Как резонно отметил Георг, лучше подстраховаться на все случаи, и пусть нам все это на самом деле не понадобится, чем оказаться в ситуации, когда у нас не окажется чего-то необходимого. В результате, в вироне все еще можно было сидеть, и даже осторожно перемещаться, но вот спать уже — никак. Количество кресел в салоне наши техники решили было сократить до четырех, но мы отстояли два запасных места просто на какой-то непредвиденный случай.

— Ну вот, теперь, наверное, все, — удовлетворенно сказал Георг, и вытер бусинки пота со лба.

— Все в порядке? — аккуратно поинтересовался я.

— Точно узнаем в пути, но должно быть в порядке. Видишь на визоре линию?

Георг поднес свой шлем к лицу, не надевая его, и посмотрел на визор изнутри. Я последовал его примеру. На активном визоре я действительно увидел тонкую желтую прерывистую линию.

— Вижу. Что она означает?

— Это наш курс. Я проложил его на Старобор. По идее, даже если мы будем изменять наше направление и местоположение, курс должен держаться. Так уверяли меня ребята из группы Нишанта, и выглядели они при этом очень уверенными. Я еще во время прошлого рейса как мог зафиксировал местоположение Старобора и Вильма, и сейчас их можно выбрать как пункты назначения. Короче, нечто вроде примитивной навигационной системы. Раньше это было невозможно, навигация сбоила и вела куда угодно, но только не туда, куда тебе было нужно.

— А теперь все это работает?

— Вот это и есть вопрос вопросов! Первый час после старта даст нам на него ответ, будь уверен.

Странно, новый старт с Атлантиса в белую пелену не произвел на меня такого впечатление, как предыдущий. То ли я настолько доверял нашему пилоту и нашей усовершенствованной электронике, то ли мою голову занимали совсем другие мысли. Линия на визоре показывала куда-то в никуда, но судя по довольной улыбке Георга, это было правильное никуда.

До Старобора мы добрались без проблем. Электроника не подвела, и когда края биома стали видны невооруженным взглядом, в салоне вирона возникла негромкая волна ликования. Неужели настала новая эра в системе Ядра? Эта, в которой возможны спокойные и безопасные перемещения между биомами?

— Класс! — воскликнул Георг, откинувшись на спинку кресла. — Вот так точность! Но обольщаться рано. Старобор за эти дни никуда не сместился по отношению к Атлантису. А если судить по прошлым записям, то он вполне на это способен.

— И что тогда?

— Тогда надо подниматься над атмосферой, и находить его заново. Мы подготовились и к такому варианту. Теоретически, терминал вирона должен быть способен рассчитать курс. А вот работает ли это практически узнаем, если нам действительно придется это сделать. Впрочем, наверх все равно предстоит подниматься — нам нужны новые биомы, не так ли?

Я кивнул. Да, нам нужны новые биомы. Несмотря на то что мы пока понятия не имеем, что делать со «старыми». Ладно, не о том я сейчас.

— Георг, полетели сразу к дому Марии. Найдешь? Там сядем, и оттуда отправим второй вирон обратно на Атлантис, как и было задумано.

— А мы сами надолго задержимся на Староборе?

— Нет. Я полагаю, одного дня нам будет достаточно.

Сразу после высадки мы проведали Медведя и Марию — у них все было в порядке. Они оба не ожидали нас увидеть так быстро, и изрядно удивились, но их удивление было радостным. Медведь рассказал, что его навещали из Города. В Городе после нашего отлета было на удивление тихо, да и представительство Неизвестного тоже затаилось. Судя по всему, Князь решил не рубить с плеча и хорошенько обдумать новую ситуацию. Что ж, для нас это был добрый знак. Впрочем, я и не ожидал столкнуться с проблемами на Староборе так рано.

Обоим пилотам другого вирона, также благополучно достигшего Старобора, мы дали потаращиться на местную природу да поудивляться почти полному отсутствию ветра. В общем, дали немного насладиться тем, что они никогда не видели на Атлантисе, после чего решительно отправили их обратно. Я улыбнулся, предвкушая, как на них по возвращении накинутся составители новостей. Таким образом, основные задачи на Староборе были решены. Правда, по лицам всех без исключения участников нашей экспедиции было видно, что улетать так скоро никто не хочет. Мы сообща решили остаться здесь на ночь и стартовать на Вильм рано утром. Да и к тому же у нас с Орвином были еще свои нерешенные дела.

И вот я пробирался через лес, совершенно не замечая накрапывающего дождя. Орвин вернулся совсем недавно, но я почему-то не хотел приставать к нему с расспросами. Мне кажется, он тоже предпочел меня пока проигнорировать. К вечеру, когда все сели ужинать, я взял одну из лошадей, приведенных ранее из Города для Медведя, и поехал к Крапиве.

Уворачиваясь от блестящих от влаги веток, я размышлял о том, в каком настроении будет девушка, особенно после разговора с моим другом. И очень быстро пришел к выводу, что такие размышления являются безусловно лишними, и только вгоняют меня в еще большую грусть и неуверенность. Я совершенно не представлял себе, что хочу сказать Крапиве, о чем вообще хочу поговорить. Почему-то я был уверен, что так правильнее всего — находить верные слова нужно без подготовки, интуитивно. Я слишком хорошо помнил нашу последнюю встречу и то, что я говорил и что чувствовал.

Крапива была дома. И даже открыла мне дверь сама. У меня разом вспотели ладони, благо я был и без того весь мокрый от дождя. Она посмотрела на меня как-то устало, задумчиво, и молча пошла в дом. Мне оставалось только принять это как приглашение, и я поплелся за ней.