Страница 69 из 151
— Конечно, виноват, кто ж спорит, – усмехнулась хозяйка, закрывая флакон. – Ты виноват в нарушении моего приказа. Я велела следовать заданным курсом и запретила менять настройки, а ты самовольно покинул вверенный тебе пост. Другой вины я за тобой не вижу. Про автопилот ты не знал, я поставила его, когда отлаживала шумоизоляцию еще полгода назад, и никому об этом не сказала. Поэтому не надо врать, что случайно отключил. Ты достаточно хорошо умеешь управлять грузовым флаером, чтобы так по-идиотски подставиться.
— Это моя вина, госпожа, – повторил Пирс, наблюдая за действиями хозяйки.
— Твоя вина, твоя, успокойся, – широко улыбнулась Эйлана и поднялась. Бутылочка с бальзамом нашла себе место на журнальном столике, а изящная кружевная тряпочка, мелькнув в ручках хозяйки, полетела в кресло. – За свой позор в день мятежа ты сегодня уже получил, а теперь тебя ждет наказание за флаер.
Госпожа приподняла юбку и оседлала бедра раба. Пирс вспомнил, как сладко отдаваться госпоже, и едва сдержался, чтобы не попросить взять его немедленно.
— Инара очень хвалила Софи, – она поерзала, устраиваясь поудобнее, и осторожно царапнула пушистую грудь мужчины. – Я уверена, в хорошем поведении моей крошки есть и твоя заслуга. Без твоей поддержки она вряд ли смогла бы воздержаться от неуместных вопросов и необдуманных высказываний.
— Госпожа ошибается. Наследница – умная девушка и прекрасно справилась без моих советов, – возразил брюнет, выгибаясь навстречу ласке.
Держать себя под контролем ему становилось все труднее, по мере того, как хозяйка теснее прижималась своим нежным местом к его причиндалам. Даже через штаны мужчина чувствовал тепло ее тела.
— Кому ты принадлежишь, Пирс? – неожиданно спросила Эйлана, и поправила подол, прикрывая обнажившуюся круглую коленку.
Мужчина взглядом проследил за тканью, скрывшей ножку, и прикрыл глаза, старательно прогоняя эротическую фантазию. Этот жест хозяйки пробил серьезную брешь в баррикаде его выдержки.
— Возбуждаться я тебе пока не разрешала, мой хороший, – язвительно заметила благодетельница, проводя пальчиком по скуле раба.
— Простите, госпожа, – раб с трудом опустил начавшее подниматься «достоинство» и, сосредоточившись, ответил на вопрос. – Я принадлежу Дому Смитерс, госпожа.
— Это меняет дело. Твоя преданность моей дочери достойна небольшого поощрения, – задумчиво протянула хозяйка, задевая ноготком вершинку соска. Раб ахнул и попытался унять возбуждение. – Может, разрешить тебе пару дней пожить в моей квартире в космопорте с правом посещения борделя?
«Пожалуйста, госпожа, пощади. Возьми меня или позволь возбудиться», – умоляли его глаза, но губы произнесли совсем другое:
— Как пожелает госпожа.
— Странно, мое предложение не вызвало у тебя энтузиазма, – продолжила измываться над рабом Эйлана, двинув бедрами. – Повтори, чья ты собственность? Вдруг я неправильно тебя поняла.
— Я – раб Дома Смитерс, – громче, чем следовало, ответил Пирс, вонзая ногти в ладонь. Боль немного прояснила мысли и вернула контроль над телом.
— Что ты творишь, мой хороший? – укоризненно покачала головой Эйлана.
Она положила руку раба на его живот, разжала кулак, и, лизнув собственный палец, смазала своей слюной полукруглые ранки. Столько было эротики в этих простых действиях, что у мужчины мелькнули в голове неприличные ассоциации.
— Порча собственности госпожи карается по закону. Ах, да, ты же принадлежишь Дому, а не конкретной госпоже. Значит, это членовредительство будет заботой Луи, – усмехнулась она, явно продолжая «мучить» мужчину.
— Мне принести трость или госпожа предпочитает кнут?– пересохшими губами хрипло спросил раб, молясь, чтобы хозяйка согласилась заменить эту сладкую пытку поркой.
От того, как молодая женщина осторожно разгибала его пальцы, поглаживая каждый по отдельности, а потом посасывала кончик своего пальчика, Пирсу хотелось выть и биться головой об стену. Его «шары» уже звенели от напряжения, а «достоинство» готово было помимо воли хозяина вздыбиться и прорвать штаны. Мозг брюнета отметил, что госпоже не понравился ответ о принадлежности к Дому, но ничего получше он придумать не смог. Предложение же о проживании в космопорте, Пирс воспринял, как шутку, и предпочел не среагировать.
— Какой кнут? Пирс, ты же не совершил убийства, просто посчитал каприз Софи более значимым, чем мой приказ, – палец госпожи выписывал спирали на его ладони, щекоча кожу, а другая ручка поглаживала мускулистый торс, и бедный мужчина понял, что ему конец. Хваленая выучка наложника не вынесла натиска опытной соблазнительницы и капитулировала. Тем временем госпожа продолжила свою речь. – Ты дважды скверно справился с обеспечением безопасности моей дочери, и поскольку нет гарантий, что ты адекватно отреагируешь на мои инструкции и распоряжения, я вынуждена исключить тебя из числа телохранителей, сопровождающих меня в космопорт. Думаю, идеальным решением данного инцидента станет следующий вариант. Я подарю тебя Софи, которую ты так яростно защищаешь от моего гнева. В конце месяца ты отправишься с ней на Шеат и проживешь столько, сколько сможешь. Мой бывший муж поможет тебе устроиться охранником в его фирму и снять жилье. У тебя есть опыт общения с инопланетниками, поэтому я верю, что во Внешнем Мире ты не пропадешь, глядишь еще и женишься.
— Не понял, госпожа, – забыв про возбуждение, Пирс потрясенно воззрился на хозяйку. – Как на Шеат! Рабам же запрещено покидать Мальву.
— Как протащить тебя на корабль, я придумаю. Вижу, это единственный вопрос, который тебя беспокоит. Значит, так и сделаю, – госпожа отпустила его ладонь, тут же безвольно упавшую на ковер, и положила свои руки себе на колени. Ее лицо стало каменным. – Я рада, что через пару месяцев мне не придется решать дилемму: продлить тебе жизнь до тридцати семи или за твои фортели пристрелить в тридцать пять.