Страница 95 из 97
— И ведь заметьте, вы бывали со мной несправедливы. Бывали грубы. Бросали фразы, которые били больнее пощёчин. Но я ничего не сказала отцу. Ни слова. Потому что я не хочу вас поссорить и испортить вам жизнь. Вы для него — очень важный человек. Я это понимаю. Может, и вы прекратите придираться ко мне по поводу и без?
Марина Викторовна стушевалась. Она как-то сжалась, опустилась в кресло, и её идеально прямая спина вдруг стала сутулой. Мне показалось, что я видела мачеху такой впервые — не строгой, не властной, а какой-то… растерянной. Мне даже стало немного неловко.
— У меня нет своих детей, — тихо проговорила Марина Викторовна, глядя куда-то в сторону. — Но через строгость к тебе я хотела… хотела быть полезной. Хотела, чтобы ты выросла достойной женщиной.
Я помотала головой, но стала говорить мягче.
— Слабое оправдание. Через строгость вы хотели сделать меня удобной? Чтобы я не мешалась вам со своими проблемами? Так не трогайте меня. Я спокойно решу всё сама. Знаете, я ведь к вам даже неплохо отношусь, несмотря на всё. Но поймите, пожалуйста. Даже если вы очень захотите, вы не замените мне маму. И отцу вы первую жену не замените. Это просто невозможно. Как бы вы ни старались. Но у вас другая роль. Другое место в нашей семье. Эта роль не хуже, просто другая. Мне кажется, вам стоит принять этот факт и просто жить дальше. Так будет лучше для всех. Для вас, для меня, для папы.
Марина Викторовна хотела что-то ответить, открыла рот, но неожиданно в кабинет постучались. Дверь открылась, и внутрь вошёл Ян.
Я тут же ощутила странный трепет, сама не понимая, от чего. Сердце ёкнуло, в груди сжалось что-то холодное и острое. Ян глянул на меня, замешкался на секунду, его идеальная маска на мгновение дрогнула. Потом он прошёл к столу и обратился к Марине Викторовне.
— Извините, я на минуту.
Он протянул ей аккуратный файлик с бумагами.
— Там обходной лист, я всё прописал. И спонсорская программа факультета от моего отца, как вы договаривались. Денежный перевод будет в течение пяти рабочих дней. Всего доброго.
После этого Ян развернулся и ушёл, даже не посмотрев на меня второй раз. Дверь за ним закрылась с тихим щелчком.
Я перевела взгляд на мачеху. Спонсорская программа для факультета? Теперь ясно, почему мачеха так активно «подкладывала» меня под Яна. Деньги. Престиж. Связи. Всё сходилось. Но озадачило меня другое. Совсем другое.
— Обходной лист? — медленно и тихо спросила я, боясь услышать ответ.
Марина Викторовна убрала бумаги в стол и посмотрела на меня.
— Да. Макарский отчислился. С сегодняшнего дня. По собственному желанию. Большая потеря для нас.
Я застыла. Внутри буквально всё оборвалось. Как будто кто-то взял и перерезал тонкую ниточку, которая ещё держала меня в равновесии.
Я ничего не сказала. Развернулась и выбежала из кабинета, не слушая, что кричит мне вслед мачеха.
Нагнала Яна в коридоре. Он шёл быстро, уверенно, не оглядываясь. Я встала перед ним, преграждая путь. Ян остановился и заглянул мне в глаза. В его взгляде не было ни злости, ни насмешки. Только какая-то странная, тихая грусть.
— Ты отчислился? — неуверенно спросила я.
Ян молча кивнул.
Я начала говорить громче. Во мне были смешанные чувства. Обида. Несправедливость. Даже страх.
— Но зачем? Семестр же только начался! Ты же даже перевестись никуда не сможешь в начале учебного года! Это же глупо! Это же… это же твоя учёба, твои перспективы! Твоё будущее!
Я запнулась, начала говорить тише, почти шёпотом.
— Если это из-за меня, то не нужно… Давай мы что-нибудь придумаем! Ты не должен вот так всё рушить из-за меня. Я не стою этого, Ян. Правда.
Ян вдруг мягко улыбнулся — той самой улыбкой, которая могла покорить навеки любую девушку.
— Ксюша? Успокойся, пожалуйста. Ты ни в чём не виновата. Совсем. Я ухожу, потому что… потому что так надо. Это наши с отцом дела, семейные. Не буду тебя ими загружать.
Я подняла голову и заглянула Яну прямо в глаза.
— Правда?
Ян кивнул всё с той же улыбкой.
— Правда. Клянусь.
Я не унималась.
— А как же… — начала я и вовремя остановилась.
Чуть не спросила: «А как же твоя месть?» Глупый вопрос сам собой всплыл в голове, ведь он очень волновал меня все эти дни. Но я успела вовремя остановиться, прикусив язык.
Ян продолжил тише, и его голос стал каким-то другим — не холодным, не расчётливым, а почти… тёплым.
— Если честно, ты была единственной причиной, почему я не хотел уходить. Единственной.
И вдруг он потянулся рукой к моей щеке. Медленно, осторожно, зная, чем всё закончится. Но будто он не мог не попытаться.
Я вздрогнула. И мягко отстранилась, сделав полшага назад.
— Ян, не надо… — прошептала я.
Он застыл. Остановил руку в сантиметре от моего лица. Пальцы дрогнули. Ян натянуто улыбнулся, сжал руку в кулак и убрал её в карман пальто. Посмотрел на часы, хотя я была уверена, что ему не нужно никуда спешить.
— Мне пора, — проговорил он. — Надеюсь, у тебя всё будет так, как ты и мечтала. Ксюша. Ты заслуживаешь счастья. Даже если оно выглядит не так, как мы представляли.
Я не смогла что-то ответить. Горло сдавило, слова застряли где-то в груди. Ян начал меня обходить, его плечо почти коснулось моего, но вдруг он остановился рядом. И тихо, почти шёпотом, добавил:
— До скорой встречи, Ксюша.