Малая! Будешь. Моей

— Ксюша?

Я подскочила к отцу, увидела пепельницу и медленно закрыла глаза. Я ведь помнила, что её нужно спрятать! Помнила и забыла...

Кирилл закатил глаза, обошёл нас, взял пепельницу и посмотрел на моего отца. Он начал говорить серьезно, без тени смущения.

— Давайте сразу обсудим все вещи, которые вам могут во мне не нравиться. Хотя, едва ли вам хоть что-то во мне нравится. Да, я курю. А ещё я катаюсь на байке, что вы и так знаете. И забит я весь с ног до головы, как вы могли заметить. А ещё... — Кирилл оттянул край своих домашних штанов, демонстрируя одежду, — я не привык выряжаться как полупокер.

Краем глаза я заметила, как Марина Викторовна широко раскрыла глаза из-за услышанного слова.

Кирилл продолжил, не обращая на неё внимания.

— Да, ещё я не всегда умею подбирать слова. Но зато всегда за них отвечаю. А ещё я на четверть испанец. Не думаю, что в этом есть хоть какой-то минус, но вы его наверняка найдёте, так что лучше, чтобы вы знали это сразу. Ещё я часто влипаю в истории и вообще малоприятный тип. Но вот такой уж я человек. Но не совсем уж плохой, хочу заметить. Вроде ничего не забыл. Но если ещё что-то вспомню — обязательно вам сообщу.

Я почувствовала, что готова упасть в обморок. Потому что сейчас точно случится ещё один скандал. Но мой отец... он посмотрел на Кирилла так странно, будто с толикой уважения за его прямоту, и спокойно ответил:

— Буду ждать.

И тут в дверь раздался ещё один звонок. Пришёл отец Кирилла. Тот убрал пепельницу в шкаф и пошёл открывать дверь. Декан лишь коротко кивнул сыну, разулся и прошёл в комнату. Но увидев, что мы все в параде, что накрыт стол, он слегка замешкался.

— Здравствуйте... — произнес он. — Я, если честно, ожидал, что мы просто переговорим и всё.

Он медленно глянул на Кирилла. Изменился в лице.

— Ты жениться, что ли, собрался?

Я тут же громко засмеялась, замахала руками, потому что мой отец тоже изменился в лице.

— Ну что вы? Какая свадьба? Мы так... просто решили, что сухой разговор можно разбавить приятным ужином. Вы же не против? — залепетала я.

Отец Кирилла пожал плечами и чуть ослабил галстук.

— Вообще-то я не обедал, да и что-что, а готовить Кирилл умеет. Это у него от матери.

Я улыбнулась.

— Вот и славно, давайте тогда садиться?

Марина прошла к столу и глянула на отца Кирилла.

— А ваша жена к нам не присоединится?

Он тут же ответил:

— Она сейчас в Испании. Может, в другой раз.

Мы с Кириллом замерли и переглянулись. Отец Кирилла что-то знал? Или он сказал это, чтобы не рассказывать все подробности их жизни?

Первые полчаса ужина проходили тяжело и натянуто. Все медленно ели, нехотя пили вино, сухо обсуждали жизнь — кто где учился, кто чем занимается. Мой отец постоянно хвалился мной, будто желая показать, насколько Кирилл хуже меня, насколько он мне не подходит.

Кирилл то и дело брал меня за руку под столом. Он уже привык такое слушать, но он понимал, как тяжело мне.

Отец Кирилла тоже был кремнем, никак не реагировал на странные провокации. Больше говорил о себе и своих делах. И это удачно помогло ему вывести беседу туда, куда он и хотел.

— Кстати, об адвокатской практике. Скажите, вы действительно были тут, когда случился тот... инцидент?

Мой отец спокойно кивнул.

— Да. Я приехал за Ксюшей. Смотрю, дверь открыта. Я заглянул и увидел странную сцену. Потом Кирилл кивнул мне на вазу, и я понял, что должен вмешаться.

Отец Кирилла кивал и внимательно слушал. Его холодное лицо стало таким мягким, даже слегка заискивающим.

— Да, вы простите, что из-за моего сына вы влипли в такую историю. Подскажите, как мы можем это... ну, так скажем, замять?

Я нахмурилась. Сжала руку Кирилла под столом, хотела вмешаться, но отец глянул на меня и слегка улыбнулся, а потом снова посмотрел на отца Кирилла.

— А что именно вы хотите замять?

Тот искренне удивился.

— Ну как же? У вас же наверняка есть претензии. Я бы хотел их урегулировать. Я понимаю, что мой сын оболтус и ходячая проблема. И, наверное, в этом есть и моя вина. Мне за него искренне стыдно, и я бы очень хотел, чтобы эта история не расползлась в массы.

Кирилл вздохнул, и в этом вздохе прямо читалась фраза: «Зачем я всё это устроил? Я ведь знал, что так всё и будет».

Мой отец отпил немного вина и кивнул.

— Да уж… «Ходячая проблема» это вы правильно заметили. И таков уж удел родителей – платить за грехи своих детей. Особенно таких.

Я не выдержала. Вскочила, хоть Кирилл и пытался меня остановить.

— Папа! — громко крикнула я.

И вдруг мой отец выдал то, чего, мне кажется, не ожидал никто за этим столом. Он спокойно, глядя прямо в глаза декану.

— Но ваш сын спас мне жизнь. Мне и моей дочери. Не думаю, что это стоит как-то регулировать.