Есения

— Когда это началось? — Галдин по-прежнему обращается ко мне. — Просто сука интересно…

— Хватит, Лёш. Прекрати. Это тебя не касается, — обозначаю границы, порядком разозлившись.

— На хрена ты связалась с ним, дура?

— Замолчи.

— Думаешь, он как Сухоруков? Ради тебя откажется от бабла и пойдёт наперекор своей семейке? Неее… Это ваще не тот случай. Поиграется и бросит, как ненужную вещицу. Неужели, не понимаешь?

— Выпил — будь добр, держи себя в руках! — чеканю сердито.

— Теперь ясно как вы с долгом за шубу разобрались. Отработала каждый рубль, да? — ранит последующей фразой всё больше и я стискиваю зубы от обиды, разъедающей меня изнутри.

— Лёх, ты реально перегибаешь, — одёргивает его Сухоруков.

— Ну по факту же, Богданыч. Удобно, чё? Этот мудак своё получил, а она решила проблему.

— А ты всё никак пережить не можешь, да? Что тебе не дали, — Разумовский толкает его в грудь.

Становится мерзко вдвойне. Потому что эти двое говорят друг другу гадости, которые в первую очередь оскорбляют меня как девушку.

— Пошёл ты на хер, Эмиль.

— На хер отсюда пойдёшь сейчас ты!

— Ой ли…

— Ты сомневаешься в этом?

— Проверим?

— Завязывайте.

— Парни, прекратите. Давайте мы все успокоимся, — традиционно заводит Оля.

Однако этих двоих уже не остановить. Сначала они толкаются, перемещаясь чуть дальше от беседки, а потом… Потом неизбежно начинается мордобой со всеми вытекающими.

— Пожарили дружно шашлыки, — вздыхая, тихо произносит Аська, с ужасом наблюдающая за происходящим.