Страница 39 из 103
Глава 32. Демид
Глава 32. Демид
Глава 32. Демид
Женщина, которая сама делает шаг к тебе, — это совсем другое чувство.
Не победа.
Не триумф.
Не результат давления или настойчивости.
А доверие.
Выбор.
И Варя только что выбрала меня сама.
Пусть пока в одном поцелуе.
Пусть ещё не вслух.
Но я почувствовал это всем телом.
Мы стояли на набережной, и впервые за много лет я не думал о том, что будет дальше в привычном смысле — в терминах решений, рисков, сроков. Я думал о том, как сохранить этот момент. Как не спугнуть её тем, что для меня естественно, а для неё всё ещё может быть слишком.
Она молчала, прижавшись лбом к моему плечу.
Пальцы у неё на моей рубашке всё ещё были сжаты.
Словно отпускать меня пока не хотелось, но признаться в этом вслух она бы не смогла даже под угрозой пыток.
— Замёрзла? — спросил я, проводя ладонью по её спине.
— Нет, — соврала она.
— Врёшь.
— Я женщина. Нам положено.
Я снял пальто и накинул ей на плечи, не спрашивая.
Она тут же подняла голову.
— А вы?
— Переживу.
— Не люблю, когда мужчины геройствуют без необходимости.
— А я люблю, когда ты ворчишь, завернувшись в мою одежду.
На секунду она замолчала.
Потом пробормотала:
— Господи, какой же вы всё-таки... мужчина.
— Это осуждение или комплимент?
— Это диагноз.
Я усмехнулся.
Но внутри уже начало крепнуть что-то тёплое и почти беззащитное — чувство, что вот сейчас, в этот прохладный вечер у воды, рядом с женщиной, которую ещё неделю назад я даже не знал по-настоящему, мне хорошо так, как не было давно.
Слишком давно.
Мы пошли дальше медленнее.
Я держал её за руку.
Просто.
Без обсуждений.
И вдруг поймал себя на том, что это выглядит правильно. Не эффектно, не страстно даже. Правильно.
Будто именно так и должно быть: она рядом, её ладонь в моей, и никакая чёртова бывшая, никакой офисный шум уже не могут это отменить.
Телефон завибрировал в кармане.
Я вытащил.
Инга.
Сбросил.
Через секунду пришло сообщение:
“Раз не отвечаешь — значит, целуешься. Фу, брат. Но я рада.”
Я невольно усмехнулся.
— Что? — спросила Варя.
— Сестра.
— Та самая ехидная?
— Да.
— Уже в курсе?
— Думает, что да.
Варя тихо фыркнула.
— И что она думает?
— Что я целуюсь.
Щёки у неё тут же порозовели.
Даже в полутьме это было видно.
— Ужас, — пробормотала она.
— Почему?
— Потому что теперь о нас знают даже ваши родственники.
— О нас? — переспросил я специально.
Она запоздало сощурилась.
— Не начинайте.
— Нет, мне просто очень нравится это слово в твоих устах.
— Демид.
— М?
— Иногда мне кажется, что вы мной наслаждаетесь.
Я остановился.
Повернул её к себе.
— Иногда?
Она сглотнула.
Вот и всё.
Опять между нами натянулась эта тонкая искра, за которой уже начиналась настоящая близость, а не просто флирт.
— Это нечестно, — прошептала она.
— Что именно?
— То, как вы на меня влияете.
— А ты как на меня влияешь, думаешь, честно?
Варя всматривалась в моё лицо, словно ища там место, где я преувеличиваю.
Не нашла.
— И как же я влияю? — спросила тихо.
При других обстоятельствах я бы ушёл в шутку.
С ней больше не хотелось.
— Я думаю о тебе постоянно, — сказал я. — С утра. В работе. На переговорах. Перед сном. Когда просыпаюсь. Когда пью кофе. Когда злюсь. Когда мне хорошо. Ты везде.
Её дыхание стало чуть рваным.
Я видел, как под пальто у неё поднимается грудь.
— Не говорите так, — шепнула она. — Я и так уже почти без брони.
— А я не хочу твою броню, Варя.
— А что хотите?
Ответ был простым.
И страшно серьёзным.
— Тебя.
Она закрыла глаза.
На секунду.
Потом открыла и вдруг спросила совсем не то, чего я ждал:
— Вы детей хотите?
Вопрос ударил неожиданно.
Не потому, что был неприятен.
А потому, что он был из самой глубины.
Не про поцелуи.
Не про офис.
Не про ревность.
Про жизнь.
Настоящую.
Большую.
Я медленно выдохнул.
— Да, — ответил честно. — Очень.
Варя молчала.
Я продолжил:
— Дом хочу. Живой. Не музей. Женщину, которая будет рядом не ради фамилии. Детей. Шум. Хаос. Семью. Не сразу понял, что хочу именно это. Но сейчас — да. Очень.
Она смотрела на меня так, будто я только что отдал ей какой-то последний ключ.
— А я всегда хотела троих, — сказала она совсем тихо. — Чтобы шумно. Чтобы не пусто. Чтобы все друг у друга на голове и кто-то всё время что-то хочет.
Я улыбнулся.
— Троих — это амбициозно.
— Я вообще женщина широких взглядов.
— И красивых планов.
Она неожиданно смутилась.
И, боже, какое это было редкое, драгоценное зрелище — сильная, смешная, острая Варя, которая вдруг признаётся в своей мечте и сама пугается этой нежности.
Я притянул её ближе.
Поцеловал в лоб.
Почти невинно.
И понял: кажется, я уже смотрю на неё не как на женщину, которую хочу.
А как на женщину, с которой начинаю видеть будущее.
---