Страница 35 из 103
Глава 28. Демид
Глава 28. Демид
Глава 28. Демид
Когда мне сообщили, что Елизавета всё ещё ждёт, я уже был зол.
Не на ситуацию даже.
На себя.
Потому что надо было закончить всё окончательно куда раньше. Не оставлять ни лазеек, ни привычного для неё ощущения, что она всё ещё может явиться с личным вопросом и занять пространство, в котором ей давно нет места.
Мы развелись тихо.
Красиво даже, если так можно сказать о разрушении брака. Без грязи, без делёжки на публику, без показательных истерик.
Она ушла с тем, что получила.
Я остался с уроком.
Хорошим, дорогим, очень отрезвляющим уроком о том, что красота, воспитание и умение держать бокал под нужным углом не заменяют душу.
Когда я спустился в холл, мне навстречу уже шёл охранник.
— Демид Андреевич, там... небольшая заминка.
Я мгновенно напрягся.
— Какая?
— Елизавета Аркадьевна разговаривает с Варварой Сергеевной.
У меня потемнело в глазах.
Очень нехорошо.
Очень.
Я пошёл быстрее.
Почти сразу увидел их.
Елизавета стояла спиной ко мне. Варя — напротив, прямая, красивая в своей сдержанной ярости. Рядом Жанна, судя по стойке, уже готовая при необходимости вцепиться кому-нибудь в волосы ради справедливости.
И я успел услышать только конец фразы Елизаветы:
— ...он всегда выбирает женщин, которых удобно впечатлить. Не принимайте это близко к сердцу.
Я остановился ровно за её плечом.
— А вот это было ошибкой, — сказал я ледяным тоном.
Елизавета обернулась.
На секунду в её лице мелькнуло что-то вроде досады. Она не ожидала, что я подойду именно сейчас. Прекрасно.
— Демид, — произнесла она мягче. — Наконец-то.
— Отойди от неё.
Тишина в холле стала почти осязаемой.
Варя не двигалась.
Но я чувствовал её напряжение кожей.
Елизавета склонила голову.
— Ты драматизируешь. Я просто пыталась уберечь девушку от лишних иллюзий.
— Ты не имеешь права даже произносить её имя в таком тоне.
Она усмехнулась.
Той самой знакомой усмешкой, от которой у меня когда-то уже начиналось раздражение в висках.
— Ого. Как всё серьёзно. А ведь прошло всего ничего.
— Тебе лучше уйти, — сказал я спокойно. — Прямо сейчас.
— А если нет?
— Тогда я попрошу охрану вывести тебя.
Жанна рядом с Варей, кажется, внутренне аплодировала. Хорошая подруга.
Елизавета перевела взгляд на неё, потом снова на меня.
— Ты всегда был жесток, когда дело касалось самолюбия.
— А ты всегда путала самолюбие с правом лезть туда, где тебя давно не ждут.
Она чуть побледнела.
Попал.
Хорошо.
— Я пришла не за этим, — сказала уже суше. — У меня вопрос по продаже дома.
Господи.
Дом.
Дом, который после развода остался в её пользовании ещё на два года. Который она сама просила “не трогать, пока не решит, что делать”.
И вот теперь, видите ли, вопрос.
— Это можно было решить через юристов.
— Можно. Но я хотела поговорить лично.
— А я — нет.
В её взгляде впервые за разговор мелькнула настоящая злость.
Ну наконец-то. Без фарфоровой маски даже проще.
— Ты изменился.
— Нет. Просто перестал быть вежливым там, где это принимают за слабость.
Я сделал шаг вперёд, встал так, чтобы закрыть Варю от прямого взгляда бывшей жены.
Мужской жест.
Очень прозрачный.
Но в тот момент мне было плевать, как это выглядит.
Елизавета всё поняла.
Конечно поняла.
И именно это ударило её сильнее всего.
— Что ж, — сказала она холодно. — Вижу, у тебя новый проект.
Я почувствовал, как Варя за моей спиной едва заметно дёрнулась.
Нет.
Этого я не прощу.
— Ещё одно слово о ней в подобном ключе, — произнёс я так тихо, что стало страшно даже мне самому, — и ты больше никогда не переступишь порог ни этого офиса, ни любого объекта, к которому я имею отношение. Ты меня поняла?
Елизавета смотрела долго.
Потом вдруг улыбнулась.
Устало.
Почти по-настоящему.
— Поняла, — сказала она. — Поздравляю. Похоже, на этот раз ты всё-таки выбрал не пустоту.
Она развернулась и ушла.
Прямо.
Красиво.
С гордо поднятой головой, как умеют уходить женщины, которым не позволили победить, но не дали и упасть.
Я подождал, пока за ней закроются двери.
Потом медленно обернулся к Варе.
Она смотрела на меня огромными глазами.
И в них было слишком много всего: обида, напряжение, ревность, уязвимость... и что-то ещё.
Что-то такое, от чего у меня резко перехватило дыхание.
Потому что я понял: сейчас важно не победить ситуацию.
Сейчас важно удержать её.
---