Охота

— Да. Она сейчас не может обо мне заботиться, а папе нужно было приехать сюда по работе, — ответила я. — Вот отец Джейка и сказал, что он может взять меня с собой, пока они занимаются… ну, тем, чем они там занимаются.

— А что с твоей мамой?

Я тяжело сглотнула. Я не очень любила об этом говорить.

— Ну… у меня должен был появиться младший братик, но потом она заболела.

Темные брови Ретта поползли вверх:

— Оу, она беременна?

— Нет. Была беременна. Но что-то случилось, и с тех пор она постоянно болеет, — пробормотала я.

Никто из детей ничего не ответил. Они просто уставились на меня — кто с растерянностью, кто с жалостью.

Наконец Мерритт нарушила неловкое молчание:

— Так, ребята, хватит ныть, что вам скучно. Нам нужно поднять Эверли настроение из-за ее мамы и придумать что-то реально крутое. Согласны?

Остальные с энтузиазмом закивали.

— Еще историй про призраков? — предложил Джейк.

Мерритт закатила глаза:

— Боже мой, нет. Никаких больше дурацких призраков!

— Я знаю, что мы можем сделать, — Ретт резко поднялся, обведя всех нас повелевающим взглядом. — Мы сбежим на улицу.

— Куда? Вниз, к пляжу? — спросил Ари.

— Нет, — нетерпеливо вздохнул Ретт. — Я имею в виду совсем на улицу. Ну, за забор.

— Родители говорили, что в Уайлдерклиффе нам нельзя выходить за ограду. Вообще никогда. Это слишком опасно, — с округлившимися глазами произнес Бенджи.

— Но там же столько всего можно исследовать! Это же всё видно, когда подлетаешь на самолете, — вмешалась Мерритт, скрестив руки на груди. — Там и лес, и горы. И другие пляжи тоже.

Саманта нахмурилась:

— И как мы вообще выберемся? Ворота заперты, а заборы слишком высокие, чтобы на них залезть. К тому же они сверху с острыми шипами.

— Кажется, у меня есть идея, — подал голос Джейк. Он выдержал паузу, дожидаясь, пока все взгляды устремятся на него. — Здесь есть старые туннели. Отец рассказывал мне о них прошлым летом.

— Что? — глаза Саманты расширились. — Серьезно?

— Ага.

— А почему ты раньше не говорил, что тут есть туннели? — спросил Ретт, и в его глазах промелькнуло раздражение. — Мы могли бы всю неделю исследовать их там, снаружи.

— Ну… папа сказал, что они опасные. Мне нельзя туда ходить.

— Зачем тогда он вообще тебе о них рассказал? — спросила Мерритт, склонив голову набок. — Похоже, он втайне хотел, чтобы ты их изучил, разве нет?

— Нет, — Джейк покачал головой. — Он рассказал только потому, что боялся, будто я сам наткнусь на один из входов, пока играю на улице. И если бы я ничего не знал, то наверняка полез бы внутрь.

— Думаешь, там правда опасно? — спросил Ари.

Джейк пожал плечами:

— Не знаю. Может быть. Но мне кажется, он просто не хочет, чтобы мы уходили слишком далеко от поместья, потому что можем потеряться.

— Ладно, решено, — ответила Мерритт, вздернув подбородок. — Ты покажешь нам один из этих туннелей, и мы отправимся на разведку.

— Э-э… есть одна проблема, — Бенджи погрозил пальцем в воздухе. — Наши родители еще могут не спать. Они стопудово увидят нас, когда мы будем спускаться.

Мерритт медленно кивнула:

— Хорошее замечание. Сначала нужно послать шпиона проверить обстановку. — Она в задумчивости слегка нахмурилась, помедлила, а затем повернулась ко мне: — Эверли… это должна быть ты.

Мои глаза округлились.

— Почему я? — пискнула я.

— Потому что тебе всего девять. Ты такая маленькая и милая. Если взрослые тебя увидят, ты легко сможешь убежать, сказав, что просто спускалась попить воды. Они поверят любому твоему слову.

— И еще у тебя такие длинные светлые волосы, — добавила Саманта. — С ними ты выглядишь как ангелочек. Абсолютно невинно.

— Ну… — я прикусила нижнюю губу, чувствуя, как щеки обдает жаром от тяжести чужих ожиданий, давивших на меня. — Ладно. Я пойду.

Сердце бешено колотилось. Я приоткрыла дверь спальни и выглянула наружу. Коридор был темным и пустым. Я бросила последний взгляд на ребят, и они помахали мне или показали большой палец вверх.

Движимая желанием произвести на них впечатление, я шагнула в коридор и направилась к главной лестнице.

Я прижималась к деревянным панелям стен, проводя пальцами по их пазам, и на цыпочках шла по длинному коридору. От каждого скрипа половиц под ногами сердце уходило в пятки, но никто из взрослых так и не вышел из комнат с расспросами.

У начала лестницы я замялась. Широкая спираль перил уходила вниз, на первый этаж. Там должно было быть темно, если все уже легли спать, но я заметила слабое теплое свечение. Впрочем, я знала, что некоторые взрослые просто забывают выключать свет перед сном, поэтому все равно решила спуститься и проверить, чист ли путь. Если я этого не сделаю, остальные подумают, что я трусиха. И вообще не крутая.

Я сглотнула, заставив свою дрожащую руку ухватиться за лакированное дерево, и сделала первый шаг. Медленно спускаясь, я изо всех сил прислушивалась, пытаясь расслышать хоть что-то сквозь глухой стук в собственной груди — никакого движения, никаких голосов. Это был хороший знак.

К сожалению, мои надежды рухнули, когда я преодолела три четверти пути. Теперь мне был виден весь первый этаж, и слева я заметила своего папу и отца Джейка. Они сидели у журнального столика, склонив головы над пачкой каких-то документов.

— Думаю, мы сможем без проблем внести эти дополнения и коррективы, — сказал мой отец, перекладывая один лист бумаги, чтобы изучить другой. — Особенно если заставим команду взяться за работу как можно скорее. С этим ведь не возникнет трудностей?

Отец Джейка покачал головой:

— Никаких. У нас надежная команда рабочих. К тому же все они подписали железные соглашения о неразглашении, так что тут переживать не о чем.

— Отлично. Думаю, мы можем смело рассчитывать на завершение работ к середине октября. Как тебе такой расклад?

— Идеально. Игра в этом году стартует тридцать первого октября.

Папа усмехнулся, но его смех прозвучал немного натянуто и неловко:

— Не думаешь, что это немного чересчур?

— Остроумие и драматизм — это как раз то, чего ждет наша публика, — ухмыльнулся отец Джейка. — Так что Хэллоуин — идеальная дата для старта. В прошлом году мы начали чуть позже только из-за некоторых накладок с кандидатами.

— А, понятно.