Страница 64 из 144
«Всё-таки какие-то тормоза у девочки работают», – подумала Ева, провожая её взглядом.
Потом услышала тяжёлый вздох Кендры.
– Прошу прощения за эту сцену.
– Да я особо ничего и не видела. Стоит ли волноваться.
– Но вы слышали.
– Хм… Ну да, надо признать: во времена моего детства воспитывали жёстче.
– А вы думаете, жёсткое воспитание – лучше? – Кендра напряжённо смотрела на Еву.
– Зависит от того, что понимать под таковым. – Её собеседница постаралась сохранить невозмутимость. А если она задавалась какой-то целью, то результат приходил сам собой. – Разумеется, не то, чтоб лупить детей напропалую. Лично меня обучали манерам так упорно, что я и сейчас помню детали.
– И помогло?
– Кхе… Ни беса не помогло. Вот только я не показатель. У меня же монтажный буравчик в одном месте. – Молодая женщина снова посмотрела вслед убежавшей девочке. – А может, и в самом деле устроить ей встречу с возлюбленным?
– Не дура же, – вздохнула Кендра. – Поймёт ведь…
– Так это забота его величества, разве нет – чтоб не учуяла то, что полагается чуять лишь посвящённым?
– Так ты тоже знаешь, в чём тут хитрость?
– Ни беса не знаю. Но помню по себе: когда сама была подростком, обрывала узду в тот же момент, как её на меня накидывали. Глупо. Не спорю – но уж что было. Я знать не знаю, какова твоя дочь, но…
– Примерно так и есть.
– Тогда лучше устроить ей свидание с женихом. Если кто и может усмирить её, так только он сам. Вопрос лишь в том, возьмётся ли император за такое деликатное дело.
Кендра завела очи к небу.
– Да он-то возьмётся. Но так-то он занятой сударь, не потянет каждый день мотаться к девчонке в монастырь и убеждать её в своей преданности.
– Всё верно. Поэтому и надо взять ребёнка деликатно за ухо и пояснить: одна встреча, но после этого она сидит в монастыре и не высовывает носик… Она феникс?
– Да, и сильный. Очень сильный.
– Вот как… – Ева задумалась. – А она не могла снизить температуру своего пламени до критического? Чтоб её не фиксировали тепловизоры.
Кендра посмотрела на собеседницу в задумчивости, слегка свела брови.
– Мне такое даже в голову не пришло…
– Мне бы пришло первым делом, если б я имела обличие феникса.
– А с драконьим как? Нормально пользуешься?
– Отлично пользуюсь! Более того, возможность оборачиваться появилась и у Хидана.
– О-о! У твоей пары!
Ева слегка заалела лицом.
– Мы не то чтобы уже определились…
– Но контакт налаживается, если я верно понимаю. Иначе он не воспринял бы твой дар.
– Мо́й дар?
– Конечно. Я передала тебе магию, значит, она твоя, тебе ею распоряжаться. – Кендра улыбнулась. – И спасибо за подсказку. Попробую всё-таки решить проблему с дочерью. С детьми вечно проблемы, и с каждым – свои.
– Да уж, – кивнула Ева, вспоминая мать.
Император Ятим Шахе Диэр Кристальный
Он спустился в зимний сад, ещё полный возмущения после «разбора полётов» с растерянными безопасниками, которые умудрились упустить Маэган. Но когда она с разбегу влетела в его объятия, возмущение испарилось. И раздражение тоже. Осталось только беспокойство, почти страх за неё.
– Тебе не надо было так делать, – прошептал он.
Девушка подняла глаза.
– Ты не хочешь меня видеть?
– Что ты такое говоришь?! – Он порывисто обнял её, надеясь, что не прижал слишком нагло. – Я испугался за тебя! Безумно испугался. После того как твою сестру лишь чудом удалось спасти – только о том и думаю, как бы до тебя не добрались.
– Но разве рядом с тобой мне не будет безопаснее?
– Увы… Именно те, кто ко мне ближе всего, кто мне более всего дорог, постоянно находятся под прицелом. Я боюсь за тебя, девочка моя, безумно боюсь. Пожалуйста, больше не делай так.
– Но я не могу так долго тебя не видеть! Ты мне даже не пишешь.
– Твой отец против, – с усилием произнёс император. – Это его условие.
– И ты не можешь ему приказать?
– Могу. Но не буду. Нельзя приказать подданному любить себя или принимать себя как члена семьи. А ведь мне именно то и нужно – чтоб он всё же меня принял. Успокойся, родная, я добьюсь.
– А если нет?
– Ну что ты, любимая. Верь в меня, я смогу. – Он лукаво улыбнулся. – Ради тебя я империю переверну. Но надо доказать твоему отцу, что положение моей избранницы для тебя безопасно, поэтому умоляю – не убегай больше от охраны.
– Но ты-то в моём побеге не виноват!
– Да как сказать. В глазах твоего отца я допустил серьёзный промах, приставив к твоей сестре ненадёжную стражу, а теперь и к тебе, получается, тоже. Раз ты смогла от неё улизнуть. Это слишком опасно, любимая, за тобой охотятся. Ты же знаешь.
Она уткнулась ему в грудь и замерла.
– Я боюсь, что ты меня разлюбишь.
– Ну как такое возможно, если я мечтаю о тебе уже многие годы, милая?!
– Так вот, много лет прошло, а мы всё ещё ждём. – Маэган потёрлась о его рубашку щекой и вздохнула. – Я больше не могу.
– Потерпи, моя родная, – прошептал он, чувствуя, как под веками вскипает горячая влага. Ощущать, что его драгоценной действительно тяжело на душе, что она страдает, было больно. Но ещё больнее оказалось хранить от неё в тайне столь важную для них обоих информацию. Хранить, не имея права даже слегка намекнуть, в чём тут дело. – Потерпи ещё немного.
Девушка снова оторвалась от мужчины, но лишь затем, чтоб проникновенно взглянуть ему в глаза.
– Женись на мне! – шепнула она. – Женись. Тихо, лишь на двоих, чтоб папа не узнал.
– Не могу, любимая, – застонал он. – Мечтал бы, но не могу. Я император, мне не скрыться от внимания охраны и свиты. К тому же энергетическая связь со мной будет заметна. Я не могу так поступить с тобой, подвергнуть тебя ещё большей опасности. Вот уж чего твой отец точно никогда мне не простит. И мы уже никогда не сможем с ним поладить.
– Тогда давай без брака, – вздохнула Маэган. – Я хочу стать твоей, пусть бы и без эдейри.
Он осторожно обхватил ладонями её лицо и сразу ощутил прикосновение её пальчиков к своим пальцам. Это было упоительное чувство.
– Я никогда не поступлю с тобой так, моё счастье. Никогда. Ты станешь моей женой по закону и с благословения Древа, я клянусь тебе. И только так.