Вторая попытка жить

Дворцовый сад

Император Ятим Шахе Диэр Кристальный

С делами удалось расправиться пораньше, и государь поднялся в верхний кабинет, отлично экранированный от любых методов прослушивания. Ормон уже был там, и Ятиму стало неловко, что он всё-таки вынудил адмирала подождать. Трудно было определить, кто из них двоих был более занятым, но на старшего Кристального самая значительная часть нагрузки обрушивалась после возвращения на планету.

– Добрый вечер, – кивнул Ятим, лично затворяя дверь.

Ормон поднялся из глубокого кресла. Склонил голову.

– Государь…

– Ну хватит, я уже включил глушилку! – Император даже на миг вышел из себя. – Издеваешься надо мной, что ли, этими своими церемониями?.. Ты в курсе, что Май уже три раза пыталась со мной связаться и один раз – убежать ко мне?

– Вот про попытку побега мне не сообщали, – насторожился адмирал. – Когда?

– Три дня назад. Мои люди смогли пресечь, но записка до меня добралась. Я, честно тебе скажу, перепугался до полусмерти, даже сам рванул проверять, не покинула ли она стен монастыря. Может, всё-таки стоит объяснить ей суть нашей задумки?

– Нет. Хотелось бы верить, что мой ребёнок окажется достаточно разумным и сдержанным, чтоб промолчать и не проговориться даже подружке, даже горничной. Но в таких вопросах рисковать никак нельзя. Давай придерживаться прежнего плана. Подозреваю, твоим оппонентам понадобится чуть больше времени, чтоб вылезти со своими задумками и показать себя.

– А ты не боишься, что Май привыкнет тебя ненавидеть? – Ятим, нахмурившись, посмотрел на своего будущего тестя. – Я так понял, сейчас она просто беснуется.

– Не особенно опасаюсь. Верю, что она поймёт. Но знаешь, даже если случится самое худшее – пусть. Лишь бы в будущем дочь жила в полной безопасности. – Ормон покачал головой.

– А твоя Кендра знает, что мы с тобой прибегли к хитрости, или тоже считает, что ты из принципа портишь жизнь Май?

– Я не говорил. Но у меня возникает впечатление, что она догадывается. Слишком спокойно реагирует на всё, утешает дочку и не пытается меня уговорить. Хотя стоит на стороне Май, только считает, что свадьбу стоит сыграть не через год, а через три. Боится, что к двадцати трём энергетика дочки ещё не стабилизируется.

– Вот уж чего я меньше всего боюсь, – буркнул Ятим. – А вот того, что за год мы можем не успеть с решением проблемы – больше всего.

Адмирал усмехнулся.

– Настроился уже?

– Конечно! Я ждал столько лет! Мне не видеть её сейчас просто больно!.. Извини.

– Май тоже сильно печалится. Но если намекнуть ей на истинный расклад, она, я уверен, в итоге примется настаивать на том, чтоб пожениться немедленно, пусть и без особых торжеств. А это, сам знаешь, немыслимо. Любой драк увидит установленную с нею связь. А ты ведь намереваешься соединиться с ней в полном смысле слова?

– Разумеется.

– Тогда жди. Ничего не остаётся.

– Знал бы ты, как меня бесит эта необходимость, – процедил правитель сквозь зубы и машинально бросил взгляд в сторону рабочего стола. Там раньше стояла голографема Маэган, но пришлось временно её убрать.

– Тебе в этом смысле легче, – успокаивающим тоном произнёс Ормон. – Ты потом всех виновных сможешь переказнить с особой жестокостью, закон тебе это позволяет. А пока предвкушай.

– Только и остаётся. – Ятим посмотрел на адмирала вдумчиво. – Тебе ещё надо поработать?

– Именно так. Хорошо бы переговорить с Орфалом, если именно он до сих пор занимается этим делом.

– Он всем сразу занимается. И похищением Камеи тоже. Скажу, чтоб пришёл.

– И ещё мне понадобится Хидан.

– И его пришлю. Но ты недолго. Скоро уже начнётся обед, а ни тебе, ни фиру на него опаздывать нельзя, раз уж я явлюсь вовремя.

– Не беспокойся. Мы быстро.

Император лишь жестом дал понять, что предоставляет адмирал полную свободу использовать его кабинет, и спустился на нижний этаж по старой винтовой лестнице. Не особо-то хотелось окунаться в свиту, которая уже собиралась в большой приёмной – большую её часть к ужину в итоге не пригласят, но помелькать перед глазами его величества они хотели. Какой в этом смысл, Ятим понимал с трудом.

Так что он вышел из рабочего крыла через фарфоровый зал – небольшую комнату, где в застеклённых горках хранились старинные чайные пары. Их собирала мать Ятима, но собрала довольно-таки скромную коллекцию. Молодой император приказал не убирать эту подборку и иногда даже рассматривал предметы, хотя фарфор не особо ценил, даже самый редкий. Он мог смотреть на него сугубо потребительски. Но вот этих вещей любовно касались пальцы его мамы, она обожала их трогать и разглядывать. И, казалось, они хранят клочок её души.

Из фарфорового зала быстрее всего можно было попасть в зимний сад, а оттуда – во внутренний садик, который на зиму и в суровую непогоду закрывали выдвижным стеклянным куполом, а летом открывали небу и солнцу. Он был мал, и росли здесь только фруктовые деревья и те кусты, которые цвели особенно красиво. Вымощенные гранитом дорожки вели в центр, туда, где высилась старинная мраморная беседка. Когда-то её арки украшали витражные экраны, но потом во время штурма дворца два из них разбились, и прадед Ятима приказал убрать уцелевшие в хранилище. А вместо них распорядился изготовить и поставить ажурные золотые.

Такие хоть в случае чего проще ремонтировать.

Возле беседки стояла молоденькая светловолосая девушка, которую император раньше никогда не видел. Она с таким увлечением разглядывала золотую вязь, что сперва он подумал – узор выбирает для вышивки. Девочки же любят вышивать. Она выглядела очень нежно, воздушно, мужчина даже удивился, как мог не заметить такую в своём окружении.

Хотя нет, она не из придворных. Не дракая, определённо. И не человек. Одета очень просто, даже как-то подчёркнуто, что ли. Так-так, а не та ли таинственная фири перед ним, которую сегодня должны были пригласить к ужину. Поколебавшись, правитель всё-таки решил повести себя не совсем корректно и взглянул на девицу магическим зрением.

В конце концов, ему простительно. Он тут вроде как величество.

Надо же, и в самом деле бестия. Драконица, причём освоившаяся со вторым обличием. Если бы не расстояние в десяток световых лет до Жгучей сферы – так называлась родная звезда системы бестий – она могла бы обернуться и полетать над столицей.