Страница 29 из 78
До того, как я начала терять друзей.
Единственной, кто цеплялся за дружбу со мной, была Белль, пусть даже я и была для нее сплошной бедой во всех смыслах. Я не только мост в тот грязный мир, которого ей никогда не стоило бы знать, — сама привязанность ко мне могла закончиться для нее смертью в сточной канаве. Я быстро вытираю слезы со щек тыльной стороной ладони, злясь на этого большого, злого Клирика. Он и пальцем ради нее не пошевелит. Он просто позволит ей умереть, точно так же, как позволил умереть тем охранникам, и…
Я замираю на полуслове, складывая штатив.
Нет, с Белль все будет иначе.
Он хочет, чтобы она была в моей жизни, он даже потребовал, чтобы Бобби разрешил ей приходить в гости.
Но Прист — хитрый злодей. Он может как-то использовать ее, возможно, даже в качестве приманки для сталкера. Я знаю, что он способен на это и на вещи похуже.
Я видела это в его глазах, когда он смотрел на те трупы. В них была почти нечеловеческая отстраненность — холодность, которая находилась всего в шаге от жестокости или даже психопатического удовольствия. Я чувствовала это так отчетливо, что по коже пробегал мороз. Но там было и что-то еще, нетронутое и первозданное: потенциал для чего-то доброго, сосланный в далекие галактики его глаз.
В моей голове начинает складываться план. Он рискованный, особенно потому, что включает в себя манипуляцию Пристом и попытку спрятать Белль под его защитой, не давая ему особого выбора. Если все сорвется, то мне конец. Но если сработает…
Я готовлю горячую ванну и прокручиваю в голове свой план, лежа в воде, но по мере того, как мои мышцы расслабляются, мысли тоже начинают меняться. Я представляю его, стоящего передо мной в своем облачении клирика, и мои руки соскальзывают с краев ванны, погружаясь в ароматную пену. Я могла бы воспользоваться вибратором, но после того, как я едва избежала необходимости засовывать его в задницу, старые добрые пальцы кажутся достаточно утешительными. Вздох срывается с моих губ, когда я представляю, как выражение его глаз меняется на то самое, которым он смотрел на меня в ночь убийств, а его голос проникает в мое сознание, словно приворотное зелье.
Это не занимает много времени.
Я прикусываю нижнюю губу, когда наслаждение из глубины моих бедер разливается в горячей воде, и все мое тело тает в блаженном изнеможении.