Страница 65 из 82
Каждая черта рисунка, уходящая за пределы главной схемы, соединялась с другой. Вроде бы листы образовывали три соединенных между собой кольца, но черты становились треугольником.
Вампир пригладил волосы, сосредотачиваясь и резко поднося руку к лицу, укусил себя за запястье. Быстро удлинившиеся клыки проткнули кожу, и первые капли упали ровно в центр нарисованного круга под ногами мужчины.
Алые сгустки втянулись в рисунок, начав светиться и распространяться по чертежу. Через пару секунд пентакль был замкнут и вампир быстро зашептал.
Грубый язык и рычащий, напряжённый голос сильно контрастировали с привычным для меня Алом. Он говорил не голосовыми связками, а звуком, поднимающимся из живота. Каждое слово, прочитанное, казалось, злобой и голодом, проходило сквозь меня, врезаясь в полупрозрачную, засветившуюся серебристо-зелёным цветом, паутину, и разделялось на импульсы, уходило к Кеше, растворяясь над ним.
В первые минуты наблюдать было интересно. Так я смогла отвлечься от пугающего тона вампира. Однако однотипность происходящего вскоре стала привычной, и я надеялась, что мы закончим быстро.
Время тянулось медленно, мне казалось, что уже прошёл не один час, но оказалось, что всего сорок минут. Стоять было несложно, но напряжение так и давило.
Тулс изредка поднимал руки, касаясь паутины, тянущейся от него к спящему. Но тоже уже порядком устал.
Ал же совмещал в себе противоположные состояния. Голодный взгляд с каждой минутой становился всё безумнее, но сам он физически выглядел бодрее, словно выпил энергетик.
Наконец Кеша зашевелился. За миг до пробуждения он раскинул змеиный хвост, чудом не сбив меня с ног. И затем герцог встал рядом, с вызовом глядя на вампира.
Змеиные кольца подтянулись к нам, наг зашипел. Ал оскалился, плотоядно облизнувшись.
Тулс, наблюдающий за этим, подобрался, готовый к любому развитию событий.
Я сглотнула, не понимая, что же делать. Бежать? Остаться? Что-то сказать?
Между хищниками практически засверкало пространство. Светящийся круг под Алом вспыхнул с новой силой, угрожающе становясь ярче возле Кеши.
Не знаю почему, но я встала между ними. Наступать на рисунки было страшно, но перспектива схватки пугала больше.
Ал отскочил от меня, ногой разрывая рисунок. Он рычал, что-то неразборчиво проговаривая. Голос, наполненный злобой, заставлял содрогаться, призывал отвернуться и вообще где-то спрятаться. Кеша предостерегающе обвил пространство вокруг меня хвостом, не прикасаясь. Минута растянулась в вечность и Алексайо отступил, опуская голову и приходя в привычное для меня состояние.
– Света, возьми его за руку и отвлеки. Он ощущает, что я могу напасть. И пока я не уйду, будет стоять, защищаясь от любого типа атак. А ему нужно расслабиться, – попросил вампир, срываясь на хрип. – Тулс, выйдешь со мной? Я объясню, что делать дальше.
Библиотекарь обеспокоенно посмотрел на друга, потом с подозрением перевёл взгляд на меня и на Ала, а затем разорвал паутину над собой и вышел первым. Демонстративно разворачиваясь спиной к вампиру.
Как только за ними закрылась дверь, тёплые руки легли мне на шею. Кеша, согнувшись, положил голову мне на плечо, шумно выдыхая.
– Я думал, что не вырвусь из этого сна, – прошептал он. – Постой так немного. Я сейчас…
Постоять мне было несложно. Хотя не очень удобно.
Несколько минут мы не шевелились. Герцог, тяжело дыша, что-то шептал. А потом, закончив, дёрнул меня на себя, заваливая на кровать и укутывая в одеяло.
– Посидишь здесь? – растерянно спросил он, скручивая кольца под собой.
Дождавшись моего утвердительного кивка, он скрылся в ванной.
За стеной два разноцветных сгустка тепла стояли рядом. Цвет Ала изменился, став мигающим, с красными всполохами.
Что с ним? Это нормально?
Я встала, подходя к двери в будуар. Мужчины тихо переговаривались. Голос Ала казался нормальным, если не считать хрипоты. Но алый оттенок меня беспокоил.
– Что с тобой? – я резко открыла двери, когда вспышка была особенно сильной, смотря на вампира.
Он был самым обычным. Таким, как всегда. Снаружи. Но это была иллюзия.
– Всё хорошо. Не беспокойся, – ответил он, поворачиваясь ко мне.
Лжёт. Спокойно, со знанием дела.
– Не правда, – настаивала я. – Я же вижу.
– Это просто голод. Восстановлюсь со временем, – заверил он меня и снова повернулся к наблюдающему за нами Тулсу.
Такой ответ мне не понравился. Возможно, это голод, но он точно не «просто». Я решила не настаивать и вернулась в спальню герцога. И как раз он вышел, переодетый и так же нарочито бодрый. Но и его тепло было другим. С искрами.
– Как самочувствие? – спросила, уже предчувствуя ответ в том же стиле, как у Ала.
– Отлично. Немного отлежусь – и будет всё по-прежнему.
В обморок герцог и вампир упали почти одновременно. Тулс вынес вердикт очень быстро:
– Алексайо нужно поесть нормально и восстановиться. Он надорвался магически на фоне истощения. А вот Шон в этот раз действительно просто спит. Возвращайся к себе, я тут разберусь. И со Скаей тоже.
***
Утром Тулс передал, чтобы я сама была в библиотеке. Он занимался лечением Ала и Кеши.
Роль развлечения гостей взяла на себя Трина и Крея. И вот вторая потребовала ещё сыграть на скрипке для гостей. Просьба была настолько категоричной, что отказать я не смогла.
Сначала слушателей было немного, но как только я заканчивала играть одну композицию, подходили ещё гости и уже требовалось играть новую мелодию. Эсса, пытающаяся это остановить, была легко перебита экономкой, напомнив, что горгона только охраняет меня от враждебно настроенных. А поскольку таких не было, ей стоило молчать.
Казалось, пальцы уже стёрты до костей, но никого не волновала кровь на струнах. Не было никого, кто бы мог остановить это наказание. Эсса смотрела на меня с сочувствием, но так и не смогла ничего сделать. Трину отвлекла Ская, искусница развлекала танцами гостей в другом зале, став такой же заложницей.
С каждой новой нотой я всё больше обещала сама себе, что больше не возьмусь за инструмент. Но продолжала играть.
Появление Кеши я почувствовала за несколько секунд до его прихода. Надежда, что я наконец отдохну, возродилась.
– Концерт закончен, – объявил он, стремительно приближаясь и встав передо мной, пряча от зрителей.
Я тут же опустила инструмент, глядя на пальцы. Мелкие царапинки не казались серьёзными. Но ощущались адски. Как и боль в запястье.