Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 47 из 82

– Вчера утром, – признался Тулс, принимая у меня первую порцию и ставя её на уже давно разогретый камень на плите.

Поскольку микроволновки здесь не было, разогревали пищу на плите, используя специальный камень, на котором не лопнет посуда, и накрывая плиту большой крышкой. Ждать приходилось дольше, конечно, но это было не так важно в здешних реалиях.

Для мужчин был подогрет весь плов (так я обозначила блюдо с продолговатой голубой крупой и мясом), а мне досталась тарелка с лёгким, но сытным салатом. После завтрака, помыв тарелки, мы условились встретиться в библиотеке к полудню.

Вернувшись в комнату, я забрала подарок для Тулса и в первую очередь пошла репетировать.

Сея на период тренировок дала мне напальчники. С их помощью я могла не травмировать пальцы, дать им зажить, спокойно репетируя. Вот только с ними выступать было нельзя.

После репетиции я пришла в библиотеку, думая, что мужчины успели поспать или всё ещё отдыхают. Но нет. Они сидели в креслах, склонившись над стопками бумаг и что-то обсуждали.

В зоне чтения появилось ещё два стола, уже заполненных стопками документов.

– Света? Уже пришла? На сегодня закончила с поручениями? – заметив меня, устало улыбнулся Тулс.

После завтрака, для репетиции, я сослалась на поручения, оставленные Креей на период спячки. Легенду нужно было поддерживать.

К моему счастью, зал искусств был оснащён артефактами, поглощающими звуки. Благодаря им никто и не слышал, как я играю на скрипке, кроме русалки и мавки.

– Да. А ещё, – я подошла к библиотекарю ближе и протянула ему бумажный пакет. – С новым годом, Тулс.

Поскольку мы уже говорили про то, что спячка – аналог нашего Нового года, то он понял меня и принял свёрток.

– И тебя, Света, – библиотекарь усмехнулся и, поднявшись с кресла, отошёл к своему письменному столу, из-за которого достал перевязанную лентой стопку книг. – А это тебе.

Кеша с любопытством на нас поглядывал.

Тулс раскрыл свой подарок первым.

– Это же… – он покрутил перьевую ручку в руках, рассматривая её.

– Точно, – ответил герцог, глядя на подарок. – Похожая штука была у учителя.

Я посмотрела на мужчин, догадавшись, что они говорят о том иномирце, который учил герцога.

– Но как этим пользоваться? Он же так и не показал…

Сделав подарок одному, я осчастливила двоих. Кеша принёс ручку своего учителя, попросив и его научить ею пользоваться. Вот тут мы и пропали в обсуждениях механизма работы ручки. Та, что осталась от учителя была окунаемой в чернила, а вот у паука с поршнем внутри. Как вторая пишет, понятно было, а вот действие первой отличалось. Мало того, что нужно было ручку постоянно окунать в чернила, так она ещё была с совершенно иным центром тяжести, соответственно иначе вела себя в руке пишущего.

Мы так увлеклись изучением, что даже и не поняли, как наступило послеобеденное время.

Пропустив обед, мы переключили внимание на подаренные книги.

– Ты опирался на книги, что я читала? – рассматривая разноцветные обложки, спросила у Тулса.

Он нервно кивнул, уже почувствовав какой-то подвох.

Я покивала, думая, с какой бы книги начать.

– Они же похожи на те, что ты читаешь. Что-то не так? – устав от моего молчания, поторопил меня библиотекарь.

– Ну как тебе сказать… – я взяла самую «безобидную» книгу, зачитав название: – «Беглянка, ты будешь моей!».

На обложке была изображена сцена, видимо, охоты за той самой беглянкой, правда, почему-то в стенах помпезной ванной комнаты. Героиня в оборонительной стойке держала в руках мокрую мочалку, из которой капала пена, а вот герой, скорее всего ловец, многозначительно ухмылялся, стоя напротив неё. В углу стояла отметка «18+».

Аннотация не была очень говорящей о сюжете, только кратко ведала, как именно героиня попала в лапы страшного дракона и встала перед выбором: свобода или покорная замужняя жизнь с нелюбимым.

Я открыла книгу на первой попавшейся странице, вчитываясь в текст.

– Что там? – спросил Кеша.

Я зачитала вслух:

– « – Ты будешь моей! Я не отпущу тебя! – прорычал дракон, грубо хватая меня за запястье и с силой вталкивая в спальню. Я по инерции пробежала вперёд и упала в кровать. Не дав опомниться, его жаркое тело придавило…» – я замолчала, уже зная, что будет дальше.

Закрыв книгу, отложила её. Щёки пылали от смущения.

Как-то я не ожидала, что описания будут настолько откровенными.

– А дальше? – насупился герцог, так и не поняв, что это за книга. – Почему ты замолчала?

От его вопросов мне стало ещё более неловко. Как же это объяснить мужчинам?

– Я тоже не понял о чём идёт речь. И почему ты так краснеешь? – Тулс скрестил руки на груди, с подозрением смотря на стопку книг.

– Это книги для женщин, – обтекаемо ответила, подбирая слова.

– Ну и что тут такого? Читай дальше! – отмахнулся от паука герцог.

Я послушно прочитала следующее название:

– «Страж моего сердца или Осторожно, не разбуди зверя в его кармане!»

На обложке была изображена испуганная девушка, вжимающаяся в стену пещеры, над ней склонился наг без рубашки, улыбаясь так, что и сомнений не оставалось, про какого зверя идёт речь и из какого кармана. И на пару проливался свет сверху, из дыры.

Открыв книгу с середины, я немного полистала вперёд, выхватывая взглядом характерное слово и, прочистив горло, с выражением зачитала:

– «Я глубоко дышала, прячась в зарослях. Небольшая пещера была заманчивым укрытием. Я прошла внутрь, надеясь, что хоть так смогу отдохнуть от бешеной погони. Но ошиблась. Холодный хвост обвился вокруг моей ноги, кончиком поднимаясь выше по голени. Я замерла, как кролик перед удавом, готовая к своей участи.

– Ты так громко дышишь, – обжигая своим дыханием мою шею, сказал палач.

Его шершавый раздвоенный язык прошёлся по моей шее, вгоняя в краску…»

Я захлопнула книгу, откладывая её и ехидно глядя на мужчин.

– Мне продолжать? – усмехнулась Тулсу, протянув руку к следующей книге в стопке.

– То есть это… Это… – с ужасом понял паук, брезгливо глядя на подаренные им томики. – Зачем вообще это писать?!

– Одолжишь мне эту книгу? – давясь смехом, одновременно с библиотекарем спросил Кеша.

Я придвинула всю стопку к себе, обнимая её и защищая от герцога. Возьмёт ещё, почитает, а мне потом стыдно будет.

Ну уж нет!