Корректор

Пробуем. Через полчаса попыток что-то получается. К вредителю присасывается зелёная и очень тонкая трубочка. Но выкачать жизненную энергию не удаётся. Давление изнутри слишком велико. Первый путь очевиден: опустошить источник. Не эффективно и затратно, поэтому поищу другие способы. Всегда есть запасной вариант — нырок в Тень, но это освоенная область. К тому же этот метод строго индивидуальный и точечный, мне же нужно средство воздействия по площадям и объёмам.

Тренировочная площадка. Следующий день.

Всё-таки намного легче дышать, когда нет опасности появления Хендрика. Так что тренируюсь свободно и вволю. Близится к завершению разучивание следующей связки, уход от серии выпадов.

День проходит на редкость спокойно. Своего рода выходной. К Хендрику утром приехал целитель Юхан, вылечил его пострадавший пальчик. Но запретил активные тренировки на два дня. И ходит Хендрик сейчас без хромоты, но осторожно.

Как бы вывести его из строя на недельку-другую. Жизнь сразу заиграет радостными красками.

— Нормально, — наконец-то Дриз выносит сдержанный вердикт.

На мой взгляд, не нормально, а аномально. Аномально здорово. В последних двух попытках наставник ни разу меня не зацепил даже краешком. Не знаю подробно, что сделал предок, но видеть движения противника я стал намного отчётливее. И предугадываю лучше. Ещё срабатывает установка готовиться к отражению атаки сразу, как только видишь противника на ударной позиции.

Меня удивляет другое. Что со мной, в общих чертах понятно. Постоянное воздействие на организм понемногу его улучшает. Зрение обострено, реакция ускорилась. Но за счёт чего настолько быстр Дриз? Предок говорит, что все возможные ресурсы организма, заложенные во мне природой, задействованы.

Одно из предположений в том, что Дризу от природы больше дано. А других у меня пока нет.

Немного отдохнув и помедитировав, ухожу на ужин, который проходит на удивление скучно. Ни придирок, ни дурацких претензий — ничего! Напоследок одариваю близких огорчённым, полным разочарования взглядом. Почему-то даже отец старается не глядеть в мою сторону.

Из дома ухожу к любимым лошадкам.

— Посмотри на Бьянку, — конюший глядит на меня с уверенной надеждой. — Что-то она беспокойная.

Иду к означенной кобылке. Понятно, почему она всхрапывает и мотает головой. В этом, кстати, сложность. Трудно прицелиться. Зловредный овод исхитрился отложить личинку под верхнюю губу. Посылаю успокаивающую волну, кобылка на секунду замирает, а я успеваю нанести удар. Точечный посыл жизненной энергии закритического уровня.

Бьянка дёргает головой вверх и встаёт на задние ноги, но от ударов копытами я защищён загородкой. Это личинка резко дёрнулась, но сразу затихла. Посылаю успокаивающую волну. Это не воздействие энергией, работаю через соприкосновение аур.

— Ну, вроде всё. Личинка у неё под губой была. Не убереглась, — объясняю конюшему Гонту.

— До чего надоедливые твари, — вздыхает тот.

— Да, — соглашаюсь я, и почему-то Хендрика и Сесилию сразу вспоминаю.

Неторопливо иду к себе. Открываю для себя новое приятное ощущение. В душе глубокое умиротворение от не зря прожитого дня. Незнакомое доселе чувство.

Настораживаюсь при подходе к лестнице, ведущей к моей комнате. Наверху у входа, какая-то возня, голоса. Сдавленный девичий шёпот:

— Ваша милость, что вы делаете… ваша милость, не надо…

Паула!!! Взлетаю по лестнице и оказываюсь лицом к лицу с Хендриком, прижавшим к стенке девушку. Паула загораживается стопкой одежды, а мой лихой братец лезет настырными руками ей за пазуху.

Красная пелена бешенства заполняет разум. Но вдруг дёргается и останавливается.

«По-умному надо воевать!!! Притормози, придурок!», — первый раз слышу настолько грозный глас предка.

Ну, остановлюсь… только сразу предупреждаю: ненадолго. Улыбаюсь одним уголком рта, выслушиваю торопливые инструкции.

— Чего встал, Никчёмный? — отвлекается на меня Хендрик и шипит дальше: — Открывай свою комнату, а сам свали подальше! Быстро!

— Зачем тебе моя комната⁈ — почти ору, делая вид, что просто говорю. Выполняю рекомендации предка. — А что ты хочешь от Паулы⁈ Зачем ты её держишь⁈

Никакого эффекта. Никаких голосов снизу, никто не отзывается на шум. Не срабатывает план предка, но есть варианты. Продолжим.

— Паула, идём, я тебя до твоей комнаты провожу, — беру её за руку и выдёргиваю к себе.

Хендрик хватается за неё цепко, но Паула мне помогает. Вместе мы делаем шаг к лестнице, она недалеко. Братец вдруг переключает своё внимание на меня, отпускает девушку, но победно ухмыльнуться я не успеваю.

Хендрик скользящим движением заходит за спину и быстрым отточенным движением зажимает мне шею в локтевом сгибе. Мгновенно укрепляет зажим, сцепив руки. Я успеваю опустить подбородок и напрячь шею, но брат сильнее меня и наращивает давление.

Делаю парадоксальное движение — наклоняюсь вперёд, ставя себя в ещё более невыгодную позицию. Если мой туповатый братец всё-таки сообразит дёрнуть меня за волосы назад — я попался: он доберётся до горла. Или клок волос вырвет, тоже приятного мало.

Я могу пойти на отчаянный шаг — прыгнуть и покатиться кубарем вниз по лестнице. Весело будет нам обоим, но мне легче, я же кульбит планирую, значит, готов к нему. Но мешает впавшая в столбняк Паула, глядящая на нас круглыми от ужаса глазами. Вот дура…