Страница 47 из 97
26
Остаток дня я практически не разговаривала с Сефером, ограничиваясь отрывистыми резкими комментариями. Его жалость глубоко ранила меня и позволила соленой воде просочиться внутрь. И, к сожалению, мое молчание его не раздражало, скорее, он выглядел сосредоточенным.
После купания он настоял на том, чтобы вытереть меня толстым пушистым полотенцем, и все это время наблюдал за мной, слегка нахмурив брови.
Однажды я его убью. Даже не ради мести, а просто чтобы стереть этот взгляд.
Я снова задремала в дороге, и к тому времени, как мы вернулись во дворец, настало время ужина. Вместо того чтобы присоединиться к остальным, мы сели за круглый стол в отдельной комнате рядом со спальней Сефера. Принц закончил ужин первым и исчез за дверью.
Когда он ушел, у меня наконец получилось сделать глубокий вдох, вцепившись в край стола.
Я ненавидела Сефера. Ненавидела даже больше, когда он был милым, нежели когда он был жестоким. Или, может быть, это одно и то же. Возможно, принц решил сменить тактику, потому что понял, что так будет больнее. В конце концов, я его разозлила. Сказать ему, чтобы отвалил, было неосмотрительно.
Не глядя я положила в рот что-то из еды, заставив себя прожевать и проглотить пищу, хотя на вкус она была суше, чем пляжный песок. Мне нужно было есть, если я собиралась прожить достаточно долго, чтобы уничтожить этого фейри.
Когда я наконец подняла взгляд от своей пустой тарелки, то увидела, что он стоит в дверном проеме, скрестив руки на груди, и наблюдает за мной. Не хотелось задавать этот вопрос вслух, но он так и вертелся на языке. Какого черта принц так на меня уставился?
Стиснув зубы, я выдержала его взгляд и ответила на него своим яростным. Один уголок его рта лениво приподнялся.
— Я приготовил тебе ванну. Подумал, что ты захочешь смыть соль с кожи и волос.
Я дотронулась до косы, которую заплела, чтобы пряди не падали на лицо. Обычно мягкие и гладкие волосы были жесткими и сухими. Я поморщилась.
Сефер отступил, не сводя с меня своих золотых глаз.
— Пойдем.
Но прежде чем мы дошли до ванной, кое-что новое в спальне принца привлекло мое внимание. На низком кофейном столике перед камином находились.. Я замедлила шаг и присмотрелась. Карандаши, чернила, ручки, уголь. Стопка новых альбомов. Тюбики с красками. Баночки и кисти.
Почти так же сильно, как мое тело жаждало полотен и обруча, мои пальцы жаждали взять карандаш. Но принц никогда не проявлял интереса к живописи.
— Что это?
Сефер остановился в дверях и пожал плечами.
— Твои наброски хороши. Я подумал, что ты, может, захочешь продолжить. Особенно теперь, когда перед тобой маячит главный объект твоего творчества. – Мужчина улыбнулся, весь такой ослепительный и красивый.
Я внимательно осмотрела принадлежности для рисования. Было ли это ответом на отсутствие хобби? Пытался ли он меня развлечь? Или сделать что-то приятное?
Его забота ощущалась в душе, как расправляющиеся крылья птицы, готовые к полету. И я ненавидела это. Когда Сефер был ужасен, я могла ненавидеть его и утопать в этом чувстве. Но только не в этот раз, чем бы это ни было.
Принц исчез в ванной, и я, скрестив руки на груди, последовала за ним.
Комната была тускло освещена – в воздухе не плясали волшебные огоньки, но множество свечей озаряло каждую поверхность. Их мерцающий золотистый свет окутывал теплом, отбрасывая мягкие тени. В воздухе витал древесный аромат сандала и лаванды. В конце ванны стоял низкий табурет.
— Не думала, что фейри пользуются свечами.
Сефер обошел ванну с другой стороны и повернулся ко мне. Если раньше он был богом солнца, купающимся в сиянии, то теперь казался порождением рассвета, окруженным мягкими отблесками и тенями, одинаково темными, яркими и невероятно красивыми.
У меня перехватило дыхание.
— Я слышал, они нравятся людям. Подумал, что так тебе будет комфортнее. – Он указал на ванну, отблеск свеч в его глазах завораживал.
Как предусмотрительно.
Сефер мог быть таким заботливым и таким добрым, таким милым, каким ему хотелось, но это не отменяло того факта, что он убил мою сестру. Я цеплялась за эту мысль, впивалась в нее ногтями, как будто это было единственное, что могло спасти меня от падения в бездну.
Я развязывала бархатное платье, ощущая его пристальный взгляд, пока расправлялась с каждым узелком, и когда сняла его, то испытала облегчение, – для влажного воздуха ванной платье было слишком плотным. Тонкая сорочка, уже успевшая намокнуть от пота, прилипла ко мне, и пришлось ее снять. Я подцепила ногтями первую застежку ошейника.
— Оставь его.
От этого тихого шепота по коже побежали мурашки. Внизу живота разлилось тепло. По какой-то причине мое тело напряглось, по спине прошелся разряд, который заставил почувствовать себя уязвимой. Такой, какой я не должна быть.
Нет. Мне все равно. Это только мое тело и его потребности. В конце концов, я стояла обнаженная перед привлекательным мужчиной и больше месяца не получала разрядку.
Вот и все. Ничего, абсолютно ничего более.
Под пристальным взглядом Сефера я молча залезла в ванну.
Температура была идеальной: горячая, почти обжигающе неприятная вода. Переливчатый отблеск ароматических масел плясал на поверхности, пока я невыносимо медленно погружалась. Выгнув спину, я окунулась с головой. Потом, когда я наконец устроилась, с моих губ сорвался удовлетворенный выдох.
— Хорошо, птичка? – Его пальцы пробежались по краю ванны, которую Сефер обошел по кругу, прежде чем опуститься на табурет.
— Ты же меня слышал. Знаешь, что хорошо.
На этот раз его улыбка была ласковой, почти интимной.
— Что ж, ты была послушным питомцем. И заслужила небольшое поощрение.
Я чуть было не поблагодарила Сефера, но что-то в его глазах подсказало мне, что он еще не закончил.
— На самом деле ты заслужила гораздо большую награду. – Принц окунул кончики пальцев в воду, отчего по поверхности побежали круги. Его взгляд проследил за их движением, пока не добрался до меня: прошелся по груди, поднялся к ключицам и шее, на которой сверкал ошейник, и, наконец, к моему разгоряченному лицу. Сефер пожирал меня одним взглядом.
— Потрогай себя.
Я замерла. Было видно только, как поднимается и опускается его грудь, как клубится пар и как мерцает пламя свечей. Мне очень этого хотелось. Мое тело трепетало оттого, как принц скользил по мне взглядом. Но он как будто не собирался покидать ванную, чтобы оставить меня одну.