Сердце стаи

В следующий миг моя грудь наполнилась ощущением магии, похожей на мою, которое я испытывала рядом лишь с одним другим созданием – моим соседом. Это был лучший способ описать то, как я чувствовала других существ. Незримый толчок – привет – даже давление. В большинстве случаев это ощущение как бы шептало: «

Этот человек немного похож на тебя»

. Тогда как в случае с этим созданием это больше походило на крик через всю комнату:

«ПРИВЕТ, ПРИВЕТ, ПРИВЕТ»

.

Поразительнее всего было то, что я смогла

унюхать

его магию. Сладкая и сильная, она запустила во мне какой-то зуд. Я бывала в местах, где листья деревьев усыпаны волшбой, где она растворена в воде, наполнявшей реки и ручьи, невидимая для большинства, но только не для тех, кто хранил ее тайны.

Но я никогда не ощущала ее так, как тогда, может, потому, что она находилась так близко. Я никогда не была ближе, чем в трех метрах, от соседа, когда он давал волю всей своей силе, чтобы все соседи почувствовали ее. В тот момент от магии у меня закружилась голова. Мое сердце заколотилось быстрее, чем обычно.

И когда каждый инстинкт в теле вздрогнул в ответ на того, кто находился снаружи, я услышала:

–

Дитя

, – прошептал тихий голос незнакомки, которая говорила прямо в моей голове.

Я встала на ноги – в ответ моя собственная магия, пробудившись, забурлила в груди, защекотала нос, горло, позвоночник и каждое нервное окончание, отходившее от него. Я не знала, что найду, когда подкралась к двери, ведущей наружу.

– Кто здесь? – прошептала я, полностью осознавая, что я не вообразила себе этот шепот в голове. Единственный голос, который звучал похоже и ощущался так же, я слышала во сне, но этот был другим.

И я знала, что не спала. Даже если голос затих, магия все равно осталась.

Впервые как минимум за десять лет я испытывала что-то среднее между страхом и обеспокоенностью, когда потянулась к задвижке и открыла дверь, чертовски хорошо зная, что того, кто был снаружи, не остановили бы ни алюминиевый корпус, ни обшивка из стеклопластика.

Приготовившись, я широко распахнула дверь.

Я повидала многое. Бугименов и сирен. Серого человека и гарпий.

Я знала мужчину, который по желанию мог превращаться в грифона, и женщину, которая однажды в баре рассказала мне о том, как затащила одного мужчину в океан, где было так глубоко, что его тело не понимало, как справиться с давлением.

Мои родители никогда не стеснялись рассказывать истории о существах, которых они остерегались, когда росли, и которых почитали их родители, вроде Кукулькана и Хунаб Ку… среди прочих.

Я мало чего боялась по-настоящему, но мощь магии, которая незамеченной прокралась на стоянку, была на грани постижимого. Только несколько месяцев спустя я поняла, что она сделала это намеренно. Волшебное существо позволило мне почувствовать, на что оно способно, чтобы выманить наружу, как любопытную дурочку, которая обычно умирала в начале фильма ужасов.

И вот почти сразу после полуночи в полнолуние в мае, несмотря на силу настолько великую, что я засомневалась, а стоило ли мне вообще выходить наружу

в попытке найти источник этой магии

, мое чутье все равно смогло уловить крохотный ручеек какой-то энергии.

Чтобы обнаружить его, стоя в дверном проеме моего автофургона, было достаточно опустить взгляд вниз.

На земле лежало малюсенькое тельце, покрытое густой черной шерстью, которая выглядела мокрой. В тот миг комочек издал милый писк, который я прочувствовала всем своим нутром.

Я спрыгнула на землю и склонилась над ним. Сырым он был не из-за воды, а из-за чего-то вроде геля, что я поняла, когда просунула руку под тельце и подняла его, благодаря своему почти идеальному зрению в темноте. Над самым маленьким носом из всех, что я видела, расположились покрытые коркой глаза.

– О господи, да ты младенец, – удивленно проворковала я. Я чувствовала его хрупкие косточки, ощутила, как его щуплая маленькая грудь прерывисто поднималась и опускалась, пока четвероногое существо училось дышать прямо на моих руках.

Я почувствовала, что это был новорожденный младенец, а не собака – по крайней мере, не какая-то обычная собака, известная мне. Прижав к груди и покачивая эту невинную жизнь, слишком юную и беззащитную, чтобы позаботиться о себе, я подняла голову и огляделась по сторонам. Мое сердце снова быстро заколотилось.

Тогда-то я и увидела ее вдалеке среди зарослей чапарали. Два ярко-красных глаза.

–

Позаботься о нем

, – приказал ласковый уставший голос в моей голове.

– Что? – пронзительно переспросила я так, словно на дворе не была ночь, мощное волшебное создание, способное на телепатию, не говорило со мной и я не была окружена людьми, которые не знали об истинности фольклора. Я посмотрела на малыша, который уместился на моей ладони, а потом подняла голову и встретилась с двумя глазами, которые с каждой секундой были все дальше и дальше.

Она отступала.

Это его мать. Я была готова дать голову на отсечение, что это она.

Она завыла так низко, протяжно и громко, что тот, кто знал о животных хоть что-нибудь, ни за что не поверил бы, что этот звук издает койот.

Я сглотнула, тщетно ожидая объяснения, которое никогда не последовало. Ярко-красные глаза, моргнув, пропали из виду… и сияние силы исчезло.

Пушистое мокрое существо в моей руке издало еще один писк новорожденного.

На небе светила полная луна, а я еще очень долго стояла там и надеялась, что то создание вернется за своим малышом.

Но она так и не вернулась.