Страница 33 из 71
— Хорошо, — наконец кивнул он. — Я как раз взял выходные на работе, так что завтра буду свободен. Буду ждать вашего звонка. — я кивнул в ответ, давая понять, что разговор окончен. — На этом всё? — спросил он, и в его тоне проскользнула едва уловимая настороженность.
— Да, на этом всё, — подтвердил я.
Он поправил пакет в руке и бросил короткий взгляд на Айну — мол, пошли. Та всё это время стояла чуть поодаль, обхватив себя руками, и молча переводила взгляд с брата на нас и обратно.
— Ну, тогда мы поехали. До свидания, — сказал он.
— До завтра, — ответил я и проводил их взглядом. Затем негромко сказал, обращаясь к Кире, не поворачивая головы: — Запомни номер их машины.
Кира посмотрела на меня так, будто пыталась понять, что я мучу, но спорить не стала.
— Сейчас, — тихо ответила она, и затем я услышал, как щёлкнула камера её телефона.
Я обернулся, глядя на удаляющуюся пару, и достал сигарету. Никотиновая ломка уже давала о себе знать мерзким, тянущим чувством где-то под ложечкой, так что самое время было воспользоваться моментом и заткнуть эту дыру хотя бы на следующие пару часов.
Закурив, я глубоко затянулся и выпустил дым в сторону, глядя, как Айна подходит к машине. Она бросила на нас короткий взгляд, но, встретившись со мной глазами, тут же отвернулась и быстро села на переднее сиденье.
Евгений тем временем убрал пакет, открыл заднюю дверь и, даже не взглянув в нашу сторону, сел за руль. Двигатель заурчал, и автомобиль начал медленно выезжать со двора.
— Лапин! — раздался голос Киры за спиной. — Теперь, когда они уехали, может, объяснишь, какого чёрта происходит?
Я обернулся.
Она стояла, уперев руки в бока, и смотрела на меня с тем самым выражением, которое появлялось у неё, когда она была готова спорить до последнего.
— Ты зачем его отпустил-то? У нас же есть улики на него! Обувь! Кровь! ДНК! А ты про какие-то пропавшие вещи спрашивал. И про наличку. Ты серьёзно?
Я сделал быструю затяжку, глядя вслед удаляющейся машине, потом щелчком отправил окурок в урну и не попал, а, разворачиваясь к машине, бросил:
— Пошли быстрее в машину. Всё объясню по дороге.
— Хочешь проследить за ними? — спросила она, уже понимая, что я задумал, и быстро зашагала следом.
— Именно, — ответил я, открывая дверь.
Мы сели в салон. Я повернул ключ — двигатель заурчал, — и, выезжая со двора, заговорил:
— Ты видела глаза Айны, когда мы заговорили про дачу? Она не просто нервничала — она прям боялась. Как будто мы приехали не вовремя. Как будто они собрались не на дачу, а куда-то ещё. И я хочу узнать — куда.
Кира шумно выдохнула, глядя вперёд на дорогу.
— Лапин, у нас был другой план. Мы должны были спросить его про обувь прямо сейчас. В лоб. С фактами. А ты…
— Послушай, — перебил я. — Улики никуда не денутся. Если он виновен, он от этого не убежит. А если мы сейчас поедем за ним — возможно, найдём что-то ещё. Что-то такое, что поможет нам прижать его по-настоящему.
Кира помолчала, переваривая, а потом хмыкнула и спросила:
— Думаешь, найдем там саму пропавшую? Связанной или убитой?
— Кто знает. — я пожал плечами и тут же добавил: — Но чувствую, что проверить нужно обязательно.
— Ладно. Поехали. Если уж ты решил поиграть в шпионов — я с тобой. Но если он реально просто едет на дачу снова говно убирать за бомжами, то это будет самый тупой выезд в моей жизни.
Я усмехнулся и прибавил газу.
«Фольксваген» мелькнул впереди, скрылся за фурой, потом снова показался — уже у развязки. Я чуть сбросил скорость, чтобы не висеть у него на хвосте, и перестроился в соседний ряд.
— Погоди… — тихо произнесла Кира, а затем как-то задумчиво, будто прокручивая что-то в голове, спросила: — Ты думаешь, что они сообщники? Точнее, могут ими быть? Брат и сестра?
— Была такая мысль, — признался я.
— Бли-и-и-ин… А правда ведь! — тут же выпалила Кира: — Та девка реально себя странно вела! А я даже и не подумала! В голове только и было, что обувь, кровь, улики и что надо бы его побыстрее прижать. Вот я дура!
Я покосился на неё.
Она сидела, нахмурившись, и с досадой кусала губу — явно злилась на себя. Редкое зрелище. Обычно Кира предпочитала злиться на других.
— Не дура, — сказал я спокойно. — Просто ты привыкла, что улики важнее людей. А я знаю, что люди иногда важнее улик. Разные подходы — это нормально.
Она ничего не ответила, только вздохнула и отвернулась к окну.
Я выдержал паузу, глядя на дорогу, потом решил сменить тему:
— Кстати, ты слышала его ответ про кредит?
— Слышала, — Кира фыркнула. — «Никогда не брали». «Жили по средствам». Отвечает так, будто сам в это верит, а у самих — полтора миллиона долга.
— Вот и я про то же, — я покачал головой, затем помолчал немного и спросил: — Как думаешь, а он может не знать про кредит?
— Не знать? — переспросила она, затем, немного подумав, ответила: — Вообще… по документам именно Ника Убойнова брала кредит. Так что, если она оформила всё втайне, то он правда может быть не в курсе.
— Скорее всего, так и есть, — кивнул я. — Слишком уж уверенно отвечал. Но для чего его жена взяла такую сумму? Да ещё и втайне от него? А если и вдруг он все-таки знал — то зачем врать? Неужели не понимает, что такую информацию проверяют в два счёта? Как-то это… глупо.
Кира слушала внимательно, покусывая губу. Видно было, что она тоже прокручивает это в голове, пытаясь сложить кусочки в единую картину.
— С другой стороны, — продолжил я, — он вообще не удивился нашим вопросам. Любой нормальный человек на его месте спросил бы: «А почему вы об этом спрашиваете? Это как-то связано с исчезновением моей жены?» А он — ничего. Просто ответил и всё. Как будто ему совершенно плевать.
Кира вздохнула, поправив волосы, и ответила:
— А может, он просто патологический лжец? Такие тоже бывают — врут, не моргая. — она раздражённо отбросила прядь за ухо и повернулась ко мне. — Вот поэтому надо было и надавить. Дожать его хотя бы по этому вопросу. Может, если бы упрекнули во лжи, он бы сразу по-другому запел, а так он общался с нами как ни в чём не бывало.
— Успеем, — ответил я и сразу добавил: — Сейчас важнее узнать, правда ли они едут на дачу просто прибираться.
— Ну, тут согласна, — кивнула Кира.