Сущность

Я иду за Иэном на прилегающую кухню. Стараюсь пить медленно, но каждый глоток меня расслабляет. А мне нужно расслабиться. Я сажусь за просторный кухонный остров с черной гранитной столешницей и наблюдаю, как Иэн умело передвигается по кухне, доставая продукты.

— Ты часто готовишь? — спрашиваю я.

— Почти никогда, — отвечает он. — Любишь картошку? Или салат?

— Люблю и то, и другое.

Он один раз хлопает в ладоши.

— И то, и другое! Умница. Итак. Книга. Каково твое видение?

— Оу, — вырывается у меня, застигнутой врасплох. — Я думала… в смысле, я ведь должна быть твоим гострайтером, так? Видение должно быть твоим. Тебе помочь с ужином?

Иэн, на полпути к тому, чтобы нашинковать головку чеснока, делает паузу и бросает на меня взгляд через плечо.

— Я сам справлюсь. Я очень привередлив в еде. И ты не гострайтер. Ты получишь полное авторство. Это биография, а не автобиография. Ты ведь читала контракт, так?

— Да, да, — торопливо говорю я, пока до меня доходит смысл его слов.

Полное авторство.

— Извини, я просто…

— Пей, — говорит Иэн. — Ты нервничаешь. Я понимаю. Странное здание, странный парень, который в нем живет, все странное. Понимаю. Но теперь мы друзья. Тебя это устраивает? Мы не коллеги, я тебе не босс. Мы друзья. Так что, рассказывай. Каково твое видение?

Я делаю еще один долгий глоток. Жидкость согревает меня от самого горла и до желудка.

— Честно говоря, я не особо об этом думала. То есть думала, но надеялась сначала увидеть модель Эроса и узнать о ней побольше. И побольше о тебе. Стандартом было бы, знаешь, ранние годы, затем карьера, а потом…

Иэн поворачивается ко мне лицом, недовольно размахивая ножом.

— Нет, нет. Ранние годы? Скукотища. Я хочу перейти прямо к сути. Книга начинается с Эроса. Он — тот, кто имеет значение. Все, что было до него, несущественно. Абсолютно несущественно.

Я отпиваю из бокала.

— Вполне логично.

Зачем он спрашивал о моем видении, если у него уже есть свое? Запах чеснока и лука бьет в нос, а алкоголь наконец-то заставляет меня раскрепоститься.

— Дело вот в чем, Кит: никто не делает того, что делаю я. Ни в искусственном интеллекте, ни в робототехнике, ни в секс-индустрии. Я на голову выше любого другого предпринимателя в стране, возможно, и в мире. Верно? Но это… это не книга. Книга — это ты. Твой взгляд на все: на меня, на Эроса. Твой разум — это нечто особенное. Ты как я. Ты видишь то, чего не видят другие. Тебе пюре или отварную?

Я пялюсь на него.

— Я… что?

— Картошку.

— Ох! Как захочешь, мне без разницы.

Он отвечает мне тем же пристальным взглядом.

— Пюре или отварную? В любом случае она будет утопать в чесночном масле и зелени.

— Отварную.

— Значит, отварная.

Он один раз хлопает в ладоши, роется в шкафчике и достает пакет молодого картофеля.

К тому времени, как ужин готов, я уже допиваю свой коктейль. Я приятно захмелела, алкоголь творит чудеса на голодный желудок. Иэн расставляет еду на кухонном острове и пододвигает барный стул рядом со мной.

— Налетай, — говорит он, а затем сам следует своему указанию.

Пока мы едим, Иэн не делает никаких попыток завязать разговор. Он целеустремлен, возможно, даже рассеян. У меня складывается впечатление, что он не часто принимает гостей, если вообще принимает. В ту же секунду, как он заканчивает есть, он спрыгивает со стула и направляется прямиком к бару. Все еще расправляясь со своим стейком, я не могу не наблюдать за тем, как он уходит: его широкие плечи, то, как темно-серые брюки облегают фигуру. И тут я впервые замечаю, что он босиком.

— Еще один? — окликает он меня, поднимая виски.

Я киваю.

— Да, пожалуйста.

Я доедаю стейк, пока он готовит наши напитки, и неловко сползаю со стула. Я начинаю складывать посуду, чтобы помыть, но Иэн цокает языком, останавливая меня.

— Нет, нет, — говорит он. — Не заморачивайся, я сам помою. Позже. Пойдем. Давай присядем.

Он протягивает мне второй бокал.

— Спасибо за ужин, — говорю я, забирая напиток и позволяя Иэну увести нас в гостиную.

— Пожалуйста, — отвечает он, плюхнувшись на один из архитектурных диванов. — Садись.

Он протягивает руку, указывая на место рядом с собой. Он устраивается поудобнее, поджав под себя одну ногу.

Я мешкаю.

Дождь снаружи не утихает, расчерчивая огромное окно дрожащими светящимися полосами. За ним городской пейзаж кажется эфемерным и холодно-темным. Но здесь, внутри, свет теплый. Пахнет чесноком и луком, а еще витает едва уловимый мускусный аромат — вероятно, одеколон Иэна.

— Я не кусаюсь, — говорит он. — Давай же, Кит. Мы друзья. Садись, садись.

— Моя юбка все еще немного влажная, — слабо протестую я. — Твой диван…

— Мне насрать, — нетерпеливо бросает он. Он делает глоток из бокала, и золотой перстень-печатка на мизинце блестит в свете лампы. — Садись, пожалуйста.

Наконец я сдаюсь, присаживаясь на краешек дивана, словно птица, готовая вот-вот упорхнуть.

— Итак, — произносит Иэн, и резкость исчезает из его голоса. Здесь он еще более привлекателен, мягко освещенный по краям, только самые бледные оттенки фиолетового и красного играют на его коже от неоновой рекламы снаружи. Его темные черты лица суровы, но скульптурны, утонченны, но опасны. — Твой блог. В чем там дело? Он больше никому не нравится? Почему я не видел тебя в «Scientific American» или чем-то подобном?

Я моргаю, на мгновение потеряв дар речи от шока.

— Ну?

— Эм, дело в том, что я не ученый, — отвечаю я, чувствуя себя одновременно польщенной и невероятно смущенной. — Уверена, ты заметил, что ни одна из моих статей не проходила рецензирование. То есть я люблю то, о чем пишу, я верю в это, но, откровенно говоря, это какое-то безумие. Какая-то научно-фантастическая хрень.

— Да в пизду это, — говорит Иэн, отмахиваясь. — В жопу рецензирование. Это всё система. Общество хочет держать нас в клетке, Кит. Мои идеи когда-то тоже были научной фантастикой. Ты видишь меня в чертовой клетке?

Легкий трепет пробегает по моему телу.

— Нет.

— Потому что я не позволил им убедить меня в том, что я псих. Потому что я не псих. Я охуенный гений. И ты тоже, ясно? Я прочитал весь твой блог. Это прорыв. Реально крутое дерьмо. И я хочу, чтобы ты вставила это в книгу. Вплела туда. Эроса, сознание, теорию мультивселенной, кротовы норы, рептилоидов, что угодно. Вообще всё.

— Я никогда не писала про репти…