Страница 329 из 331
Удачно получилась делегировать полномочия. Света тогда изрядно намучалась подбирать на виллы управляющих, прекрасно понимая, что уследить за всеми хозяйствами будет просто невозможно. Но всё сложилось удачно. Много обязанностей взял на себя Гней, оказавшийся отличным организатором, редкостным педантом, и жутким занудой. Будь дело на Земле, Света бы всерьез заподозрила в Гнее чистокровного немца, имевшего в предках не один десяток поколений немецких бюргеров. Скромно заявив, что ему абсолютно не хочется больше воевать, Гней принял должность Главного Управляющего, сняв со Светы огромную головную боль, нашел себе девчонку из местных и установив на виллах настоящих немецкий орднунг (порядок). Каждая корова, овца, лошадь свинья и даже курица получили свою отдельную бирку. Каждый день в специальные листы записывалось, сколько какая корова дала молока, сколько прибавила в весе свинья, сколько снесено яиц какой курицей и так далее, если показатели оказывались меньше – Гней устраивал настоящее расследование, доводя окружающих до потери сознания. Остальные же управляющие боялись его как огня. Зато, каждые три дня Света получала подробный доклад с длинными рядами цифр о состоянии дел во всех своих сёлах, деревнях и виллах, без необходимости совершать поездки самой. Масла в огонь подлил Кир, который сначала ржал как ненормальный, а потом, отсмеявшись, предложил устроить «социалистические соревнования», между работниками вилл, и даже собственноручно написал серию плакатов на эту тему, периодически заходясь в самой настоящей истерике, (а его плакаты типа «Даешь повышение урожайности!» «Колесный плуг не соха-горемыка» «Даешь повышение удоев молока каждый день!» украсили и виллы, и села). Оценив идею как здравую, насколько это вообще было возможно в исполнении Кира, Света объявила, что коллектив виллы, показавший лучшие результаты по удою молока, сбора зерна и овощей, прироста скота и заготовки сена, по окончанию сбора урожая получит собственноручно вышитый госпожой графиней вымпел из красного бархата с гербом и премию: управляющему двадцать серебряных монет, работникам по пять за первое место, а за второе – десять и по две соответственно…А чтобы не было жульничества, проследит Гней. К сильнейшему удивлению Виолетты и Гнея, которые отнеслись к данной идеи очень скептично, работники вилл настолько впечатлились, что начали работать как проклятые, без отдыха вообще, и Свете даже пришлось вводить отдельным указом обязательный отдых, иначе люди буквально падали от усталости. Возмутились крестьяне сельских общин, пришлось отдельные «соцсоревнования» с наградой пообещать и им…
Каждая вилла превратилась в настоящих хозяйственный центр. На них разводили коров, кур, свиней, коз, их, конечно, было мало пока, но ожидался хороший приплод. Вокруг вилл разбили большие огороды, с картофелем, морковью, луком и другими овощами, пытались выращивать томаты. В прудах вокруг вилл, а, и сёл, так же прямо на реках в обустроенных затонах, разводили рыбу. Много внимания уделялось садам, коих во владениях Светы насчитывалось уже около десятка – оливковые рощи, виноградники, яблочные сады, один даже лимонный сад. Практически на каждой вилле работали маслобойня и сыроварня. Было открыто несколько мастерских –гончарные и плотницкие, одна кожевенная, к большому сожалению, кузни было только две, и работали кузнецы на износ, а лечебный пункт, где работала единственная знахарка, был вообще один. У знахарки, правда, было несколько учениц, но процесс их обучения обещал был долгим. На одной из вилл удалось запустить небольшой ткацкий цех, где ткали льняное полотно. На каждой вилле была организована лавка, она же своеобразный приемный пункт, где любой работник виллы или крестьянин мог купить ткань, шерсть или льняную, изделия из металла, гвозди, например, или инструменты, которые хоть и стоили прилично, но пользовались спросом и разбирали их охотно, готовую одежду, глиняную и стеклянную посуду, масляные светильники, тут же можно было купить зерно, крупу, овощи, хуже было с мясом, но тоже реально, а так же соль, мёд, приправы, хоть и в небольших количествах, цыплят. В перспективе Света хотела продавать через эти лавки даже скот. Кроме того, в эти же лавки любой крестьянин мог сдать излишки зерна, овощей, собранные грибы, ягоды, орехи, мёд, шкурки животных, лечебные и ароматные травы, или же заготовки для стрел, дротиков или копий, и за всё он получал справедливую цену, благо грамоты, составленные Светой собственноручно, с указанием всех расценок, были в каждой лавке и любой мог с ними ознакомиться. Хороший оборот лавкам обеспечивало жалование, которое выплачивалось работникам вилл и другим работникам, вроде «шерифа» с помощниками, учителей и ремесленников. Тут как было сделано – Света платила им жалование, а сельская община им обеспечивала пропитание. В каждом селе был назначен даже лесничий - егерь, ответственный за окрестные леса, вырубку и посадки деревьев, и контролирующий охоту крестьян, которым было разрешено охотиться на зайцев, бобров и разнообразную птицу, а вот на крупных лесных обитателей, типа оленей, медведей и кабанов уже увы, нельзя.
Торговле лавок сильно помогли торговые караваны диргемцев, которые приходили каждые десять дней. Соль, краски, ткани, специи, иногда скотина и птица, инструмент, крупы – кукуруза и рис, уголь, металл, кожа, что привозили караваны, полностью закрывали потребности немалого хозяйства. Хотя и стоило это не просто дорого, а очень дорого, и золото буквально рекой уплывало из Светиных рук.
-Надбавка будет сорок процентов, - сказал после долгого торга с диргемцами вымученный в край Шкип, - Изя мог бы, конечно, и побольше сбросить, но его тут нет, увы.
Вот и заявлялся каждые десять – двенадцать дней племянник Идриса абн Бадави который приводил к Свете на виллу караван, каждый раз дарил хороший, дорогой подарок, а потом обдирал девушку, как липку, ну, тут уж было ничего не поделать.