Моряк

ГЛАВА 21

На следующее утро Бьянка едет тем же поездом в Кумлу, идёт пешком от станции, проходит ту же процедуру контроля, её встречает новый, более молодой сотрудник и проводит в комнату для свиданий. Она садится на то же место и включает запись. Через некоторое время стучат, и внутрь впускают Адама Гибсона. На нём мешковатая зелёная одежда, посреди кофты бледное пятно зубной пасты. Сотрудник садится у двери и прислоняется затылком к стене. Гибсон только что принял душ, волосы ещё мокрые. Над правой скулой синяк. Сквозь заляпанное синтетическое стекло Бьянка видит его сильные руки, спокойно лежащие на столе.

Она встаёт и подходит к окну с густыми горизонтальными решётками. Снаружи возвышается стена странного грязно-жёлтого цвета.

Бьянка оборачивается, начинает задавать вопросы, возникшие после вчерашней беседы. Гибсон отвечает настолько честно, насколько способен, но часто повторяет, что действительно ничего не помнит.

Внезапно раздаётся храп сотрудника. Он спит с широко открытым ртом, руки свисают по бокам.

Гибсон с улыбкой смотрит на Бьянку, встаёт, обходит стол, подходит к окну и останавливается в полуметре от неё.

— Привет, — шепчет он.

— Привет.

— Боишься?

— Нет.

— Хорошо, — улыбается он.

— Но, кажется, лучше снова сесть.

Она заставляет себя не двигаться, чувствуя, что ноги начали дрожать. Рядом он намного крупнее её. Бьянка поднимает взгляд к его лицу. Он протягивает руку и осторожно убирает прядь с её щеки.

— Не надо, — слабо говорит она.

— Ты невероятно привлекательная, — шепчет он.

— Нет…

— Можно один раз тебя поцеловать, пока он не проснулся?

— Пожалуй, нет, — улыбается она и пристально смотрит ему в глаза.

— Хорошо.

— Продолжим вопросы? — спрашивает она, чувствуя тревожное щекотание в животе.

— Прости. Просто я столько раз видел тебя в Crime Scene… а теперь ты здесь, в одной комнате со мной, прямо передо мной… Я бы себе не простил, если бы просто поддался застенчивости.

— Ты застенчивый? — улыбается она.

— Конечно. А ты как думала? Но… мне хотелось бы унести с собой одно красивое воспоминание о тебе… Глупо, но поэтому я и спросил, — говорит он и на несколько секунд опускает глаза.

— Один маленький поцелуй, — произносит она, сама не понимая почему.

Гибсон осторожно приближается, широко улыбается, снова становится серьёзным и почти нереально мягко целует её в губы. Остаётся совсем близко, ждёт и целует снова. Бьянка открывает рот, принимает его язык. Они целуются глубоко, она гладит его сильные плечи, спину и ягодицы. Оба стараются дышать бесшумно. Он опускается перед ней на колени и поднимает платье.

— Подожди, нельзя, — шепчет она.

Под мышками у Бьянки выступил пот. Она тревожно смотрит на спящего сотрудника и всё же позволяет Гибсону стянуть колготки и трусики.

Она приподнимает ноги, и он осторожно снимает одежду.

Тёплое дыхание проходит сквозь волосы на лобке. Он немного разводит её бёдра и начинает ласкать языком. Медленно проводит мягким языком по щели снова и снова. Вульва наполняется кровью, набухает и словно сама раскрывается. Одной рукой Бьянка гладит его влажные волосы, другой опирается о стену.

Она тихо стонет и тревожно косится на сотрудника. Хотя происходящее противоречит всему, что она себе обещала, внутри нет силы, способной это остановить.

Гибсон встаёт, напряжённо смотрит ей в глаза, спускает брюки, поднимает её и прижимает спиной к холодному окну.

Бьянка раскрывается навстречу и резко вдыхает, когда он входит.

Она обхватывает его, чувствует, какой он крупный. Сердце стучит так сильно, что отдаёт в барабанные перепонки.

Он начинает двигаться — сначала мягко и глубоко.

Сотрудник храпит во сне.

Она знает, что это безумие, но остановиться уже невозможно. Она хочет происходящего и вздыхает при каждом глубоком движении.

Быстрее, тяжелее.

Голова с глухим звоном ударяется о оконную решётку.

Гибсон берёт её жёстко, отчаянно, по-звериному. Бьянка чувствует, что больше не может сдерживаться. Комната исчезает. Остаются только желание, наслаждение и его тяжёлые движения. Она напрягает ягодицы, тело захлёстывает судорогами оргазма, и Бьянка не может удержать громкий стон. Гибсон протяжно стонет, и в ту же секунду она чувствует, как он кончает внутри неё. Толчки спермы щекочут изнутри — и Бьянка вырывается из сна с бешеным пульсом.

Она лежит в своей постели, шесть утра. За окном темно. Пульс постепенно замедляется. Между бёдер влажно. Она поворачивается на бок и чувствует приятное покалывание в набухших гениталиях.

— Боже…

Бьянка закрывает глаза, сердится на себя за этот сон, пытается снова заснуть и решает, что после такого мастурбировать точно не станет.