Служба продолжается

Глава 1. "Последняя позиция"

Сахель, 24 сентября 2025 года

Мина легла за стеной, и жёлтая пыль вошла в комнату раньше звука.

Андрей увидел, как она выдавилась из щелей вокруг заколоченного окна, тонко обозначила лучи фонарей и зависла над полом. Потом ударило. Железная дверь дёрнулась в петлях, с потолка посыпалась штукатурка, радиостанция на столе подпрыгнула и упала набок.

Шум исчез сразу.

Не стал тише — исчез. В левом ухе остался высокий стеклянный звон, в правом сердце глухо отсчитывало удары. Рядовой Самойлов сидел у стены с наушником, прижатым к голове, и что-то кричал, широко открывая рот. Андрей видел мокрые зубы, блестящие в красном свете дежурной лампы, но не слышал ни слова.

Третья контузия научила его не доверять первым ощущениям.

Он провёл ладонью по затылку, проверил, нет ли крови, потом показал Самойлову два пальца.

Связист сначала уставился непонимающе, затем тоже поднял два.

— Сколько? — спросил Андрей и не услышал собственного голоса.

Самойлов ответил. По губам получилось «два».

Сознание было на месте. Зрение не двоилось. Тошнота привычная, не хуже. Значит, работать можно.

Он поднял рацию, вернул аккумулятор, который от удара отошёл в гнезде, и ткнул кнопку передачи.

— «Узел», я «Майами». Приём.

В наушнике за треском возникло далёкое бормотание. Слух возвращался кусками: сначала низкие звуки, потом шипение, а поверх всего тонкая нота, будто где-то рядом постоянно работал старый кинескоп.

— «Узел», я «Майами». Западный цел. Миномёт у них пристрелян по старому командному. Меняем точку. Приём.

Ответа не было.

Самойлов покрутил ручку, посмотрел на Андрея и покачал головой.

— Ретранслятор лёг. Южных слышу, «Узел» не слышу.

— Савчука вызывай. Потом север. По кругу, пока не ответят.

— Есть.

Андрей поднялся. Правая нога отозвалась нормально, левая — с привычным запозданием и тупой болью над коленом. Стена качнулась, но удержалась на месте, когда он упёрся ладонью. Восемь лет назад после близкого взрыва он пытался сразу бежать, упал на ровной земле и едва не угодил под чужую очередь. Повторять старые ошибки не стоило. Новых хватало. Тошнота накатывала к горлу, но в желудке ничего не было

Командный пункт размещался в бывшей конторе геологов — три комнаты из серого бетона, крыша из рифлёного железа, узкий коридор, два выхода. Когда российская группа заняла старый разведочный лагерь, инженеры усилили стены мешками с грунтом и поставили над крышей противоосколочную сетку. Местные называли это место «крепостью». Андрей с первого дня называл «гробом с двумя дверями» и запрещал держать внутри больше одной смены.

Сейчас запрет спас нескольких человек. В дальней комнате горела карта, на которой неделю рисовали маршруты снабжения. Осколок прошёл через кровлю, пробил стол и застрял в ящике с бумагами. Если бы там сидел весь штаб, западный сектор остался бы без начальства и всего развернутого узла связи.

Капитан Лосев лежал у порога, привалившись плечом к косяку. Санинструктор Нечаева разрезала на нём разгрузку и пыталась добраться до груди. Камуфляж ниже правой ключицы быстро темнел.

— Что? — Андрей присел рядом.

Ольга подняла глаза. На щеке у неё была чужая кровь, на переносице — белая полоска от очков, которые сорвало взрывом.

— Осколок. Вход спереди, выхода не вижу. Дыхание справа почти не проводится.

Она говорила громко и отчётливо, поняв по его лицу, что он оглох. Андрей положил ладонь Лосеву на плечо.

— Антон, слышишь?

Капитан приоткрыл глаза.

— В отпуск не отпускаешь… хоть так полежать дай.

— Разговаривает, — сказал Андрей. — Значит, пока не помер.

— Очень смешно, — ответила Нечаева. — Держи его.

Она обработала бок груди, нащупала место, отсчитала рёбра. Лосев понял раньше, чем увидел иглу, и выругался.

— Не дёргайся, — Андрей сильнее прижал плечо. — У тебя отпуск.

Игла вошла. Капитан выгнулся, зашипел сквозь зубы. Через секунду из катетера вырвался воздух. Дыхание стало чуть ровнее, но цвет лица Ольге не понравился.

— Нужен хирург. Сейчас.

— Сейчас у нас только ты.

— Я знаю, кто у нас сейчас. Потому и говорю: нужен хирург.

Андрей не ответил. За дверью снова ударил пулемёт — коротко, экономно, по три-четыре. Шеин на западной башне. Между очередями захлебнулась чужая автоматная стрельба. По крышам зашуршали осколки.

Лосев ухватил Андрея за рукав.

— Связь?

— Дальняя молчит. Сектора собираем по малой.

— Шестаков?

— Не отвечает.

— Тогда… — капитан попытался вдохнуть глубже, не смог и несколько секунд только смотрел. — Тогда ты.

— Сначала узнаем, кто живой.

— Андрей…

— Лежи. Я понял.

Он не любил, когда командование передавали таким образом — между иглой в груди и новой миной. Получалось похоже не на приказ, а на завещание. Но формальности существовали как для мирного времени так и в боевой обстановке. Если капитан не мог командовать, старшим на месте оставался он. Лейтенант Савчук держал южный сектор, но до него ещё требовалось достучаться.

Андрей поднял с пола свой автомат. Крышка ствольной коробки была в пыли, коллиматор цел. Он вытащил магазин, посмотрел на верхние патроны, вернул на место. В патроннике — тот, что дослал перед выходом из укрытия десять минут назад. Предохранитель. Ремень. Всё привычно. Пальцы сами проверили подсумки.

— "Синоптик"!

— Южный ответил!

Связист протянул ему гарнитуру.

— "Океан", я "Майами", живой?

Сначала пришёл хрип, потом голос лейтенанта:

— Вопреки вашему плану. У нас два «трёхсотых», один тяжёлый. Восточную стену простреливают с водокачки. Видим три пикапа, один с крупняком. Запад как, приём?

— "Сахара" тяжёлый. Командный разбит. "Бард" молчит. Кто с тобой из офицеров?

— Никого. Наблюдатели ушли к полосе до начала.

— Принимай роту.

Пауза была короткой, но Андрей её услышал.

— Вы старше по должности на базе, — сказал Савчук.

— Я старше по возрасту и вредности. Ты офицер.

— Товарищ старший мичман, не время.

— Вот именно. Ты держишь юг и рожаешь боевое распоряжение. Я собираю запад, север и резерв. Решения по месту мои. Возражения?

— Никак нет.

— Боезапас?

— Винтовочный две трети. Пулемётных лент четыре с половиной короба. Гранат мало. Вода есть. Один «Корнет», расчёт цел.

— «Корнет» по пикапу не трать, пока к стене не полезут. Водокачку можешь достать?