Страница 4 из 205
Пётр оказался выше, чем гренадер представлял по портретам, и моложе, чем полагалось памятнику.
Он шёл быстро, не позволяя свите правильно разместиться вокруг.
Остановился близко.
Сначала посмотрел на перевязанную руку.
Потом на лицо.
Гренадер приготовился к вопросам о полке, происхождении, вере и о том, кто научил его колдовству.
На половину из них хороших ответов у него не было.
Царь показал на кусок орудия в руках Лебедева.
— Что ты сделал?
За спиной Петра молчали генералы.
Колобов шумно втянул носом воздух.
Ветер тянул от реки гарью и мокрым снегом.
Гренадер мог солгать.
Сказать о тайном знании.
О Божьем знамении.
О воинском искусстве далёкой страны.
После прожитых здесь месяцев он уже успел понять: уверенный ответ обычно ценится выше правдивого.
Но уверенного ответа не существовало.
— Не знаю, государь.
Пётр всмотрелся в него внимательнее.
Потом улыбнулся.
Не доброй улыбкой.
И не злой.
Такой, от которой у людей вокруг внезапно появлялось слишком много новой работы.
— Вот и узнаем.