Страница 134 из 409
Теда одновременно и завораживала неуловимость Ривермена, и раздражало отсутствие «искусности» в выборе жертв. Он знал, что его методы соблазнения и похищения были сложнее. Жертвы Ривермена жили в среде постоянного риска и были вынуждены садиться к незнакомым мужчинам ради заработка. Клиент мог «задержать» проститутку на несколько часов. Любой – даже Тед – мог похитить женщину таким способом. И именно поэтому, по мнению Теда, Ривермен выглядел примитивнее, «не дотягивал» до того уровня хитрости, которым Тед так гордился.
Но затем Тед добавил важное: если у Ривермена есть «универсальный» метод, позволяющий выбирать
любую
жертву, то круг женщин, на которых он охотится, рано или поздно расширится. Он может перейти к беглянкам, несовершеннолетним правонарушительницам или тем, кто зависает в барах. То есть к тем, кто просто
выглядит
как проститутки.
– Если вы их еще не нашли, – сказал Тед, – значит, он либо отлично скрывает тела, либо, возможно, переехал и больше не работает в округе Кинг.
Мысль о том, что Ривермен убивает не только проституток, занимала его особенно. Он почти ждал подтверждения, что в списке должны быть жертвы из округа Пирс – его родных мест. На протяжении всех интервью он подчеркивал: серийные убийцы, действующие годами, почти всегда имеют другие, спрятанные захоронения. С его стороны это звучало как намек – прозрачный, но заманчивый. Тед оставлял дорожку: если интервьюеры достаточно догадливы, они могут найти места, где до сих пор лежат его собственные жертвы.
И уже тогда, в первом нашем интервью, Тед словно окончательно проник в сознание Убийцы с Грин-Ривер.
Откуда Ривермен?
– Есть люди, которых нет в вашем списке, – заметил Тед. – И ваше упоминание о возможных жертвах в округе Пирс меня зацепило. Не знаю почему – просто ощущение. Мне кажется, этот человек именно оттуда. Где-то между Оберном и Такомой. Не могу объяснить, но внутренне я сразу отметил: «Интересно. Хотел бы узнать о нем больше».
У Теда были свои основания считать, что Ривермен живет в районе Такомы.
– Я думаю так, потому что почти все жертвы перемещались на юг от мест, где их видели в последний раз. Это может быть его попыткой сбить вас со следа. Сдвиг – заметный, не случайный. Исключение – Уэнди Коффилд из Такомы, но в остальном направление сохраняется. Я считаю, что он просто ехал домой.
Он говорил без спешки, как человек, уверенный в своей интуиции:
– Он знает эти горы. Просто пробует разные варианты. Но взгляните на тех, кого нашли восточнее Энумклоу. Это северо-восток округа Пирс и юго-восток округа Кинг – ближайшие горные районы к Такоме, Пьюаллепу и Оберну. Я хорошо знаю эти места и уверен: там должно быть больше тел. Уже нашли три, но, когда я узнал про первые два, сразу подумал: «Там минимум пять». Река, о которой вы говорите, – не единственная его ориентация. Это иголка в стоге сена. Посмотрите, где можно свернуть с трассы, проверьте грунтовые дороги – мне кажется, вы найдете больше.
Далее он говорил уже как аналитик:
– Видно, что он действует по схеме: увозит жертв из Сиэтла в горы на западе, далеко на юг или сдвигается восточнее Энумклоу после осени восемьдесят третьего. Это не хаос. Места он выбирает обдуманно и, скорее всего, возвращается туда не один раз: привезти тело, проверить, все ли на месте, оценить обстановку.
Тед обратил внимание на то, что похищения и захоронения связаны между собой. Он полагал, что убийца избегает долгой дороги с жертвой, заранее подбирает точки, где ему удобно действовать. В 1984 году, когда мы еще не знали истинных масштабов его передвижений, это могло выглядеть правдоподобной теорией. Но к 1985-му стало ясно, что Убийца с Грин-Ривер иногда возил тела на расстояние свыше пятидесяти миль.
Тем не менее схема, которую отметил Тед, оставалась важной. Даже если расстояния были куда больше, чем он предполагал, логика выбора мест все равно прослеживалась. Мы учли его наблюдения и попытались использовать их для создания предварительного профиля преступника.
Тед составляет профиль Убийцы с Грин-Ривер
В рассказе Теда о Ривермене я искал любые зацепки, которые могли бы пролить свет на его собственное поведение. Могло ли его удивление из-за отсутствия закономерности что-то сказать о нем самом? Либо у Теда была своя схема преступлений (о которой знал только он – мы ее так и не выявили), либо его поразило, что другой убийца мог заранее продумать, как не выдать свою схему. В любом случае интерес Банди к «схеме» Ривермена многое говорил о нем самом.
Следователи традиционно ищут закономерности в череде преступлений – это дает шанс взять преступника с поличным, правильно спрогнозировав место следующего нападения. Метод отлично работает с грабителями или взломщиками, а иногда – и с серийными убийцами. Самый впечатляющий пример – операция по поимке убийцы во время расследования убийств детей в Атланте.
Наше расследование лишь подтвердило слова Теда. Несколько раз он пояснял:
– Позвольте заметить… у меня, когда я впервые услышал об этих делах, сложилось свое мнение. Интуитивное. Простите, если повторяюсь – возможно, вы это уже обсуждали тысячу раз. Но когда я увидел ваш список жертв с местами находок, многое изменилось. Даты исчезновений, даты обнаружения, расстояния – все это заставляет смотреть иначе. Если, конечно, исходить из того, что все случаи связаны. А я думаю, что они связаны: детали слишком уж совпадают.
Он делал оговорку, но по сути говорил:
«Я сел, посмотрел на факты – и мне все стало яснее».
В оперативной группе по делу Грин-Ривер работали два детектива, занимавшиеся только поиском пропавших без вести. Работа была бесконечной: полиция штата Вашингтон редко уделяла приоритетное внимание таким делам, особенно побегам несовершеннолетних. В результате у детективов накапливались огромные списки имен, которые нужно было сверять со списками пропавших. Часто люди возвращались, но их имена не удаляли из баз, что еще больше все запутывало. Тед был прекрасно осведомлен об этой проблеме и предполагал, что Ривермен тоже знал о слабом месте системы.
– Но вот что важно, – продолжал Тед. – После октября восемьдесят третьего пропажи резко пошли на спад. И никто не вернулся. Я не утверждаю, что он остановился. Простите, я не хочу звучать назойливо – просто… что-то явно изменилось в его поведении.
До поездки во Флориду мы не получали никаких сведений о пропавших, которые указывали бы на то, что Убийца с Грин-Ривер продолжал убивать после 1983 года.