Страница 9 из 72
Но ноги не слушались. Сердце билось так, будто искало подтверждения, что он жив. Что я не сошла с ума.
Я шагнула ближе к двери, отделяющей купальню от покоев.
За ней – тишина.
Ни шагов. Ни дыхания.
Только слабый треск огня и гул крови в моих висках.
Хотелось просто увидеть – хоть краем глаза, тенью.
Сказать себе, что всё это зря, что он другой, чужой, не тот, кого я любила.
Но пальцы уже касались кольца на двери.
Металл был теплым. Как его кожа когда-то.
Я зажмурилась. Сделай вдох, отступи, уйди.
Но прежде чем успела – дверь качнулась сама.
Он стоял на пороге.
Без плаща, в расстегнутой рубашке, волосы влажные, на коже – отблески пара и огня.
Он не удивился. Не вздрогнул.
Просто смотрел.
Между нами – пар. Дышать им было невозможно.
– Ты, – выдохнул он, будто всё ещё не верил.
Я не знала, что сказать. Ни оправданий, ни лжи не хватало, чтобы спрятать тот факт, что я стояла здесь, среди тьмы, где не должна быть.
– Не думай, что я пришла к тебе, – слова сорвались слишком резко. Неуверенность хотелось прикрыть злостью.
Он чуть склонил голову, и во взгляде мелькнуло то, чего я боялась больше всего – узнавание.
– Тогда почему ты здесь?
Я не ответила.
Молчание повисло между нами, и пар будто стал плотнее.
Он сделал шаг вперёд. Не угрожающе. Осторожно.
Я отступила.
Стену спиной почувствовала раньше, чем осознала: путь назад кончился.
Он не тянулся ко мне, не приближался дальше, но этого и не требовалось. Сам воздух между нами горел.
Я чувствовала его силу, пульсирующую, как жар под кожей.
Он чувствовал мой страх.
Мы оба знали, что сейчас всё висит на одном вдохе.
– Ты… – начал он, но не договорил.
Моё имя не прозвучало, но я его услышала.
И, может быть, именно это было хуже любых слов.
Я отвела взгляд.
Если бы посмотрела ещё мгновение – не выдержала бы.
Горло сжалось, дыхание стало коротким, будто кто-то сдавил грудь изнутри.
Мне нужно было уйти. Немедленно. Пока он не сказал больше. Пока я не вспомнила, каково это – слышать своё имя от него.
Я сделала шаг вбок, собираясь обойти, но плащ задел край камня.
Под тканью – лёгкий стук металла.
Едва слышный, но для него – как раскат грома.
Его взгляд опустился.
Туда, где рукоять кинжала мелькнула под складками.
Он не двинулся, но воздух изменился. Сгустился.
Я почти услышала, как в нём пробуждается инстинкт – древний, опасный, как огонь.
– Что ты… – прошептал он сдавленно.
Между нами прошёл ток, будто вспыхнула искра.
Он понял. Или почти понял.
Я отступила.
– Не подходи.
Голос сорвался, шепот прозвучал громче, чем крик.
Он не двинулся вперёд.
Только посмотрел – в упор, прямо, без злости.
– Ты боишься меня?
Я хотела сказать – «нет».
Но дыхание дрогнуло, и он понял ответ без слов.
Он не сделал ни шага.
И я – тоже.
Между нами тянулся воздух, вязкий, как расплавленный воск.
Огонь под кожей знал, что шаг к нему – гибель.
Разум – что шаг прочь уже невозможен.
– Ты изменилась, – сказал он негромко. Не как упрек. Как констатацию.
– А ты – нет, – ответила я.
И это была ложь.
Он изменился.
Стал холоднее. Опаснее. Сильнее.
И всё же – в его взгляде горело то же пламя, которое когда-то зажгло меня.
Я отступила к двери, едва не споткнувшись.
Он не пытался удержать.
Не позвал.
Не спросил.
Просто смотрел, как я ухожу – словно боялся, что если скажет хоть слово, то удержит.
Когда дверь закрылась, пар остался внутри, а я – снаружи.
Холодный воздух коридора ударил в грудь, заставив, наконец, вдохнуть.
Я не знала, кого спасла – его или себя.
Но знала одно: теперь пути назад нет.
Ни к нему.
Ни к ведьмам.
Ни к себе.