Страница 54 из 79
В сердце Сы Мин при виде такого милого Чан Юаня готова была взорваться тысяча солнц. Прижавшись к нему, она ластилась, как кошка, а после в порыве чувств лизнула его ухо.
Мужчина покраснел еще гуще.
– Для этого… больше подходит постель…
Та в ответ лишь прихватила его ухо зубами, лукаво ухмыляясь. Когда Чан Юань услышал ее дыхание, у него екнуло сердце. Положив ладонь ей на затылок, он повернул любимую к себе и нежно прижался губами к ее губам, дразняще потершись, а после прикусив нижнюю. Чуть отстранившись, он глухо пробормотал:
– Не издевайся надо мной.
– Чан Юань, разве я могу? – ответила та со смехом. – Но я великодушна. Можешь сам поиздеваться надо мной. Ничего не имею против…
И он сделал, как ему было велено.
Они надолго сплелись в объятиях друг друга, пока Сы Мин наконец не потянула своего дракона за рукав.
– Нам нужно в Небесное царство. Давай разберемся с этим демоном, а потом сможем жить своей жизнью.
– Хорошо.
Когда они прибыли, в мире Девяти Небес творилась кутерьма. На Небесах слишком долго царил мир, и небожители позабыли, как противостоять могущественному врагу.
Демоны были свирепыми и искусными бойцами, жестокими по своей природе. Они были беспощадны и не знали снисхождения. Некогда белые дороги из облаков у врат в мир Девяти Небес были обагрены кровью. Ужас Сы Мин мгновенно сменился яростью. Это был дом, где она прожила многие тысячелетия. Девушка могла насмехаться над моралью Небесного царства, а точнее, ее отсутствием, однако бесцеремонное вторжение чужаков Звездная владычица не потерпит. Выхватив из рук Чан Юаня Защитный меч, она пугающе спокойно промолвила:
– Демоны зашли слишком далеко…
Но тут ее ушей достигло знакомое хныканье.
Обернувшись, она заметила Ланьхуа, которая неизвестно как притаилась за вратами под сломанной колонной. Ее глаза, покрасневшие от слез, жалобно смотрели на хозяйку, носик дернулся в очередном всхлипе.
– Ты еще жива? – изумленно спросила Сы Мин и тут же шлепнула себя по губам. Вспомнив, что по ее милости Маленькая орхидея осталась посреди войны и разрухи совсем одна, Звездная владычица ощутила укол вины и ласково обратилась к питомице: – А-Лань, не бойся. Скажи мне, кто тебя обидел, и я побью его.
– Хо… хозяйка. Хнык, я думала, что больше не нужна тебе… – Ее нос покраснел от рыданий. – Демоны, которые напали, свирепые и жестокие. Они убили всех, кто охранял меня в зале Почитания Небес. Я спряталась в своей изначальной форме, поэтому меня не нашли. Я… еле-еле сбежала и хотела спуститься в мир смертных, чтобы найти тебя, но… Но ты ушла, и мне было страшно – вдруг тебе не захочется меня видеть в царстве Людей. Хнык, если я тебе не нужна, то и ты мне тоже, вот!
Видя, что ее питомица даже сейчас умудрилась закатить истерику, Сы Мин лишилась дара речи, но за неимением времени на препирательства снова спросила:
– Куда отправилась нечисть из царства Демонов?
– Ха, я ни за что не скажу, что они штурмуют небесный дворец! – надулась Ланьхуа. – И точно не скажу, что они кричат о воскрешении Повелителя демонов!
Лицо Сы Мин переменилось, вместе с ней нахмурился и Чан Юань. Они обменялись обеспокоенными взглядами. Прежде чем божественные драконы оказались истреблены, Повелитель демонов из мира Девяти Глубин был убит древними богами и буддами из-за своей жестокости и могущественной силы, а сейчас демоны кричат о его воскрешении и штурмуют небесный дворец. Зачем?
Сы Мин погладила Ланьхуа по голове.
– Оставайся здесь, а я пойду побью этих негодяев вместе с твоим… твоим зятем.
Фея, выпучив глаза, растерянно посмотрела на стоявшего рядом Чан Юаня, и горькие слезы снова заструились по ее щекам.
– Ты в самом деле, в самом деле меня бросила. Нашла себе мужчину, и я тебе больше не нужна! – закричала она, утирая влагу с лица, а после, обиженная, убежала в неизвестном направлении.
Чан Юань проводил ее взглядом:
– Твоя питомица?
Сы Мин с улыбкой кивнула:
– Ее истерики довольно забавны, правда?
– Есть немного, – согласился он.
– И я так думаю. Поспешим во дворец. Если Небесный император будет повержен, этого не переживет репутация ни небожителей, ни моя.
Небесный дворец, расположенный на самой вершине царства, был далек от прежних тишины и покоя, теперь над ним вились черные клубы демонической ци. Звон сцепленных клинков резал по ушам, а мерцающие искры магического оружия слепили. Отовсюду струились реки крови, источая тошнотворную вонь.
Один из демонов с глазами, полными жажды убийства, бросился прямо на Сы Мин. Та лишь успела удивленно поднять брови, прежде чем краем глаза уловила, как взмахом Защитного меча Чан Юань испепелил атакующего. Однако ци меча не исчезла, а лишь нарастала, превратившись из бестелесной в осязаемую, подобную огромному клинку. Он стрелой пронесся, рассекая все, что встречалось на пути, будто дыни и овощи, и врезался в высокую облачную лестницу перед небесным дворцом, где с грохотом рассеялся.
Этот неожиданный удар потряс и небожителей, и демонов, сцепившихся в нескончаемых схватках. Все взгляды были прикованы к паре, возникшей словно из ниоткуда. Сы Мин не предполагала, что одним взмахом меча они привлекут к себе столько внимания. Прокашлявшись, она шепнула на ухо Чан Юаню:
– Нам следует быть чуточку скромнее.
Ее прервал мужчина в пестрых одеждах всех цветов радуги, что взобрался на вершину небесного дворца. Он стоял лицом к ветру, каждый порыв развевал разноцветные ленты на его рукавах. Подняв над головой угольно-черную табличку с именем покойного Повелителя демонов, он подставил ее грозовым облакам, откуда по ней ударил луч зеленого света.
Мужчина прокричал:
– Возносим хвалу возвращению Повелителя в три царства! – прокричал мужчина.
Вдохновленные демоны вторили:
– Возносим хвалу возвращению Повелителя в три царства!
Животный страх отразился на лицах небожителей. Вдруг до них донесся иной звук из глубин дворца. Сначала совсем тихий, постепенно он нарастал. Прислушавшись, они обнаружили, что это песнопение, сопровождающее технику Очищения Небес. Из всех лишь Небесный император знал эту технику, и только он мог ею владеть. Она очищала от скверны все живое и уничтожала демоническую ци во всем мироздании. Это был чрезвычайно действенный способ усмирения демонов. Однако его применение требовало жертвы.