Страница 44 из 79
Пожалуй, главным отличием между Сы Мин и Эр Шэн было то, что, когда доходило до исполнения задуманного, Эр Шэн сразу предпочитала грубую силу, в то время как Сы Мин сначала все планировала, а затем уже переходила на грубую силу. Просто Сы Мин прожила дольше, набралась опыта и стала осмотрительнее.
Под давлением двух противоборствующих сил серебряный колокольчик обратился пылью, а красный светящийся шар с грохотом рухнул, погрузившись в черную воду, а после став пригоршней красного пепла. Шар над белой гладью постигла та же участь.
Мир на мгновение замер. Звездная владычица услышала громкий хлопок и подняла глаза, увидев, как вдали начинает рушиться небо. Древние орхидеи, покрывавшие землю, вяли и желтели, исчезая одна за другой.
Око формации было разрушено. Глаза Сы Мин засияли, ее сердце наполнилось неописуемым восторгом и воодушевлением.
Озеро под ее ногами ревело и бурлило, образуя водоворот. Внизу небожительница разглядела свернувшуюся калачиком фигуру, все отчетливей проступавшую в глубокой темноте. Ее губы невольно растянулись в широкой улыбке, однако только что она переусердствовала и повредила меридиан сердца. Теперь она была вне себя от радости, и к горлу подступала кровь. Ощутив во рту сладковато-сырой привкус, Сы Мин закашлялась.
Она не придала этому никакого значения, небрежно вытерев лицо тканью своих белоснежных траурных одежд. Твердой поступью Звездная владычица отправилась прямиком в темноту, словно гордый полководец, вернувшийся с победой.
«Чан Юань, Эр Шэн пришла спасти тебя. Отныне мы вместе обойдем весь мир. Я останусь рядом, когда ты будешь поражаться великолепию и роскоши. Мы испытаем тепло и холод людских отношений, все многообразие меж Небесами и Землей… Больше мы никогда не расстанемся».
* * *
Звук чего-то разбитого вдребезги эхом отозвался в его ушах. Он зарылся головой в свернутое кольцами длинное драконье тело и даже не повел глазом. Чан Юань подумал, что это, скорее всего, иллюзия: в руинах Десяти Тысяч Небес не было никаких звуков. Но тот становился громче, доносясь издалека, раздавался повсюду и оттого пугал. Чан Юань наконец медленно раскрыл свои золотистые глаза.
Там… свет? Он поднял взор в ту сторону. В вышине мерцала белая, похожая на звезду точка, к которой он попытался приглядеться. Она постепенно увеличивалась, становясь все ярче, а окружающая тьма разлеталась на осколки, точно фарфор. Ци внешнего мира медленно вливалась внутрь вместе с обрушением руин Десяти Тысяч Небес, и Чан Юань ощущал, как постепенно пробуждается его подавленная сила.
Он поднял взгляд к источнику света, и его глаза расширились в неверии.
Женщина в белом траурном платье медленно приближалась к нему, вопреки бушующей вокруг буре, которая, казалось, была способна разорвать все в клочья. Ее порхающие одежды и длинные волосы подчеркивали уверенную поступь, словно каждым шагом она растаптывала все преграды. Ее сила была так велика, что даже он мог лишь наблюдать в немом восторге.
Со спины она купалась в лучах света, он видел ее легкую улыбку, но голос ее дрожал в нескрываемом волнении:
– Чан Юань, я пришла спасти тебя, как и обещала.
Тогда он, кажется, забыл, как дышать, ошеломленно уставившись на свою спасительницу.
Привычный мрак руин Десяти Тысяч Небес отступал, и над ними вновь появилось яркое небо. Чешуя на теле дракона засияла золотом под пылью, которую, словно лепестки цветов, сорвал очередной порыв ветра. Прежде чем успел опомниться, дракон принял человеческий облик – возможно, потому, что, по его мнению, этот вид больше всего подходил женщине перед ним. Раз уж она не могла стать драконом, то он станет человеком. На самом деле он был не против уступить ей, а очень даже рад этому.
Чан Юань протянул руку, робко взял женщину за руку и хрипло позвал:
– Эр Шэн…
Чужие мягкие ладони нежно погладили щеки Чан Юаня. Он вздрогнул, но взял себя в руки. У женщины перед ним были ясные глаза, мощная божественная ци, а в чертах лица сквозили спокойствие и сдержанность, которыми Эр Шэн никогда не обладала. Чан Юань понял, что это уже не его Эр Шэн, а Сы Мин.
Живущая в мире Девяти Небес… Звездная владычица Сы Мин.
Она долго его рассматривала, внимательно изучая брови, нос и губы. Наконец, недовольная оттого, что просто глядеть ей было мало, Сы Мин провела пальцами по его коже. «Точно, именно так и должен выглядеть Чан Юань».
– Чан Юань, – произнесла Сы Мин, и невольно губы ее растянулись в улыбке. – Как и предполагала, ты выглядишь не самым смышленым.
Глаза мужчины потемнели, и он слегка запрокинул голову.
– Сы Мин…
Ее имя он произнес с некоторой скованностью, выдававшей затаенную обиду. Но теперь, когда Сы Мин отказалась от всего, как она могла позволить Чан Юаню отступить? Улыбка на ее губах стала еще пленительнее.
– К счастью, я умна. Мне просто нравится твой простодушный и глуповатый вид.
Не допуская больше никаких возражений, одной рукой она схватила затылок Чан Юаня, вцепившись ему в волосы, чтобы тот не сбежал. Другую она положила на щеку мужчины и молниеносно прижалась своими губами к его.
Чан Юань, который всегда прежде в такие моменты вел, а не подчинялся, замер. Он позволил языку Сы Мин грубо проникнуть ему в рот, сметая все на своем пути и забирая каждый его вздох.
На вкус ее губы отдавали кровью, и вскоре воздух между ними обрел запах железа.
Дыхание Чан Юаня становилось все более неровным, и он начал беспокоиться. Дракон попытался оттолкнуть Сы Мин, но, когда его руки легли ей на талию, он неосознанно притянул ее ближе.
Она была как яд, вызывавший зависимость: чем больше он пытался отстраниться, тем крепче прижимал Сы Мин к себе. Руки Чан Юаня не повиновались ему, притягивая женщину еще ближе. Ему хотелось обнять ее изо всех сил, в идеале – смешать их кровь и переплести кости, чтобы никто не смог их разлучить.
От резкого запаха крови ему показалось, что он вновь оказался там, где навечно расстался с Эр Шэн. С головы до пят Чан Юань был измазан в крови возлюбленной, нос заполнил стойкий сырой запах, от которого не получалось избавиться.
К нему вернулись страх, горе и беспомощность того дня, но проклятый рассудок решительно их отмел.
Никто не знал, что в тот момент очередной вдох лишь усиливал его удушье, словно каждый меридиан был разорван. Чан Юань невольно сжал женщину в руках еще крепче. Он не мог забыть ощущение похолодевшего тела Эр Шэн в своих объятиях, а теперь перед ним стояла она, живая, и он мог обнимать ее и целовать.