Страница 30 из 108
Глава 23
Синарьен
После исчезновения Любавы прошла неделя. Я не находил себе места, бродил по замку неприкаянной тенью. В книгах искал ответы, но безрезультатно: от злости и беспомощности перевернул стол в библиотеке. Что-то разбил. Здесь и остался — нужно было найти в выдуманных историях и исторических фактах хоть маленькую зацепку, способную вернуть девушку ко мне.
Но буквы плыли, смыслы сплетались в комок, голова гудела, да и ялмезские книги очень отличались от энтарских и скорее запутывали меня, чем помогали.
Я рычал и бросался на всех, кто пытался что-то посоветовать.
Не жрал. Не спал. Не представлял, как. Дальше. Жить!
Мне теперь не помочь, я погибну без нее.
Но что еще страшнее, я безумно боялся за Любаву. Если ее призвали по обету академии, а меня рядом не оказалось, значит…
Значит.
Я задыхался от этих мыслей. Держал горло ладонью и не двигался, пока спину не свело дикой болью.
Без меня мою Любовь казнят.
Но пока я жив, жива и она. Я даже приложил ладонь к груди, проверяя связь. Стигма тут же очнулась, засверкала нитями, обняла лаской и, будто услышав что-то, вмиг спряталась под ребра.
Я выждал, пока шаги и шорох одежды за спиной затихнут, медленно выдохнул, чтобы успокоиться, и повернулся к вошедшим.
— Син, колесница… — осторожно начал Ялик, предусмотрительно не приближаясь. — Она не вытащит нас назад, на Энтар, с таким капсулем. Мы затеряемся между мирами. Это слишком большой и неоправданный риск.
— И я пойду на него, — сказал, как отрезал, и даже лютый холод на миг отступил.
Рядом с рыжим помощником, придерживая крупной ладонью меч в ножнах, стоял хмурый Орин.
— Ваше высочество, — вдруг заговорил он, — позвольте мне остаться на Ялмезе. Я готов помочь с колесницей, все сделаю, что прикажете, но… не хочу возвращаться домой.
Я вскинул голову и прищурено всмотрелся в лицо возницы. Он потупил взгляд, щеки покрылись густым румянцем.
— А как же мать?
— Она поймет, — воин поджал губы и пригладил у виска черные волосы.
И хотя я понимал, что вряд ли вытяну поездку сам, проговорил твердо:
— Оставайся.
Я видел, как Орин светлеет рядом с Мариссой, голосистой девчонкой, и понимал его. Наши с Любавой судьбы — будто лед хрупкие, пусть хоть кто-то жизни порадуется.
Я отошел к столу и склонился над ним, чтобы не упасть — так устал за эти дни, а отдыхать нет времени. Жить нет времени!
— Синарьен, можно? — дверь тихонько приоткрылась, и в библиотеку величественно вошла Лимия, как всегда, вся в черном.
Она глянула на погром, разбросанные книги, сверкающие осколки стекла под ногами, но промолчала и даже бровью не повела. Слабо улыбнулась Орину и Ялику и обратилась ко мне:
— Я бы с радостью помогла магией, но у девочек после поддержания портала в Междумирье сил нет, нужно время, да и вытащить Любаву будет непросто. Если ее призвали по обету обучения, как ты предполагаешь, пока она его не выполнит, ничего не выйдет.
— Я знаю. Спасибо, Ли, не беспокойся. Мы сами справимся. — Я склонил перед ней голову в легком поклоне. — Вы с Даниилом и так много для нас сделали.
— Но недостаточно, — она тоскливо посмотрела в окно, мазнула боязливым взглядом по небу. — Я столько Любаве сказать хотела…
— Напиши письмо, а я передам. Любава была к вам с Даней очень привязана, и твое послание поможет ей в трудную минуту.
Девушка слабо улыбнулась и коротко кивнула, прежде чем уйти. Уже из коридора тихо проговорила:
— Любава в своей комнате оставила подарок, хотела в праздничную полночь тебе преподнести, но не успела. Заберешь?
Теперь я, судорожно сглотнув, кивнул.
Когда Лимия ушла, жестом попросил выйти и остальных. Рыжий и Орин последовали за хозяйкой, тихо обсуждая варианты быстрого ремонта колесницы. Но я прекрасно понимал, что та даже не взлетит, а значит, никакое межпространство ей не пронзить.
Нужны другие возможности.
Взгляд зацепился за мерцающую полоску Черты на горизонте. Сегодня она терялась во мгле, набрав кровавого оттенка, словно в мире и правда что-то менялось.
Я перевел взгляд вверх, на зависший полумесяц в сером дневном небе, куда так горько смотрела хозяйка, и показалось, что увидел алые прожилки и черные трещины, исполосовавшие светило. Нужно спешить.
Но как? Чтобы придумать капсуль для переноса на очень далекие расстояния, мне понадобилось несколько лет.