Незаконная желанная

Глава 23

Эденгар

В голове пульсировало набатом, в груди звенело, будто туда провалился колокольчик, а пах сводило томящей болью, отчего Эд откатился на другую сторону дивана и скрипнул зубами. Несовместимы, а тянет к ней, как безумца.

— Набирайся сил, — с трудом проговорил он и обнял Лану, стараясь не прикасаться к ней бедрами и не упираться в ее ягодицы стоящим членом.

Девушка дрожала, но от поглаживаний быстро успокоилась. И даже уснула через несколько минут. Грудь перегревалась от ее кожи, Эд волновался и все норовил вырваться. Ему стоило немалых усилий сдерживаться, хотя понимал, что они обречены. Еще пару дней в таком перенапряжении, и сущность выстрелит наружу.

Несколько раз девушка дергалась во сне, цепляя его ноги своими, и Эденгар отчаянно глушил горячую волну по всему телу. Дождавшись, когда Лана расслабится и мерно засопит, он выбрался из ее объятий и почти рухнул на пол. Боль в паху настолько свела разум, что долго не получалось ни вдохнуть, ни пошевелиться. Стояк не проходил, напряжение не отпускало. Эд жаждал ее взять, резко, быстро и глубоко…

Но нельзя же!

Стражи ворча уплотнились, в доме стало намного темнее. Эду помогало ночное зрение, а Лана не просто так боялась — хоть глаз выколи. Еще сутки, и в ход пойдет тяжелая артиллерия. Рохи не станут церемониться — будут выкуривать их любым способом: иллюзиями, запахами, внушением. Даже самым страшным. Но об этом думать не хотелось.

Собрав оставшиеся дрова, разжег камин и долго смотрел на пляшущие языки. В пламени чудилось лицо Вальки: друг управлял стихией огня, ладил с рунами и обязательно нашел бы выход, а Эд уже готов сдаться. И сдался бы, если бы не Лана. Мысль о том, что он виноват и втянул ее во все это, не отпускала. Ведь, как дурак, думал, что несовместимость рас оградит его от роковой ошибки, но общение переросло в странную и болезненную манию. Вожделение выворачивало душу наизнанку, и Эд не мог себе помочь.

На диван не посмел ложится, устроился на полу и долго смотрел на силуэт Ланы. Маленькая, худенькая, светлое лицо и четкие черты, будто созданы рукой Великих Богов. Тонкие брови домиком, ресницы, как веера, а под ними голубые, как небеса Дакрии, глаза. И улыбка: всегда широкая, ясная и… сладкая. Губы сладкие. Порочные. В них так просто утонуть, войти, забыться…

Эд дернулся и отвернулся. Так недолго и с ума сойти. Бывают же чудеса в природе: дракона тянет к человеку. И отчего так?

Лана постанывала и вертелась, но Эд только прислушивался, но не смел приближаться.

Уснул под щелканье дров и скрежет роховских челюстей. Девушка не оставляла его и во сне: подходила ближе, поднимала руки и требовала раздеть ее, приласкать, прижать к себе. У Эда были любовницы на Ялмезе, но такие нежные искусительницы никогда не встречались. Невеста была холодной, как северный лед, хотя и первой красавицей в Дакрии. Наверняка она уже давно замуж вышла и забыла Эденгара. А любил он по-настоящему совсем в юности, с той девушкой и невинность потерял, до сих пор раны царапались и не давали дышать. Лучше и не вспоминать об этом.

Лана, коварно улыбаясь, потянула Эда к себе и прижалась бедрами. Было жарко, и Эд не смог больше сопротивляться. Раскрыл ее ноги, погрузился с рывком до упора. Двигался неистово-бешено и зверем зарычал, когда достиг вершины.

Очнулся от яркой разрывающей боли, изливаясь на плед. Перевернулся набок и заскулил сквозь зубы. Этого еще не хватало! Теперь девчонка его и во сне преследовать будет?

Темнота никуда не делась, камин погас, оставив после себя только слабое тепло. Лана тихо сопела на диване, закутавшись в одеяло. Эд поплелся в ванную и долго отмокал в прохладной воде, но похоть не уходила, желание не исчезало. Даже после двух сбросов, чувствовал, как тут же наливаются чресла, как каменеет член, не позволяя ему и на миг расслабиться и остыть. У драконов очень развита нижняя чакра страсти, и жить столько времени без секса — убийственно для искры.

Он сидел в ванне, в давно остывшей воде, и не мог прийти в себя.

— Валь, какой шанс? — прошептал Эд, стиснув мокрые волосы до боли, и опустил голову на колени. — Я не могу больше. Не могу.

Тихие шаги послышались в коридоре. Дверь скрипнула, и, щупая стену в темноте, в ванной появилась Лана.

— Ты здесь? — прошептала девушка.

Эд не ответил. Замер, стараясь не дышать. Капли воды ползли по лицу и щекотали кожу.

— Эд… — шепнула Лана испуганно. — Эдгар, ответь.

Она слепо прошла вглубь и нащупала край ванны.

— Я чувствую, что ты здесь. Я слышала, как вода плескалась. Почему ты молчишь? Не пугай меня.

— Лан, — хрипнул Эд, — оставь меня. Могу я хотя бы помыться без твоего общества?

Девушка дернулась, будто ее ужалили.

— Я все равно ничего не вижу. Чего ты боишься? И больше не буду приставать, — в ее голосе послышалась улыбка. Радовало, что Лане действительно стало легче. — Честно-честно, хотя мне и хочется. Слушай, — девушка присела на край и засмеялась в темноту, — а как это несовместимы? Почему тогда ты так горишь, когда я к тебе прикасаюсь? — худенькая ручка сорвалась с края и юркнула в воду.

Эд отодвинул ногу, но места в ванной было катастрофически мало.

— Признайся, ты наврал? — хмыкнула Лана и пошевелила пальцами в воде. От этого маленькие волны защекотали грудь. Шальная ручка скользнула глубже, нащупала в воде его живот и плавно поплыла вниз.

— Перестань, — попросил тихо и, убрав ее руку, вырубил ночное зрение. Не мог на нее смотреть: жар распалялся пуще прежнего. Толку с того, что сон высвободил его от напряжения? Толку, что он после еще несколько раз кончил? Он все равно хотел женщину и не справлялся с этой тягой. Неприродная, ненормальная жажда опаляла губы и опоясывала низ живота. Был бы он на Ялмезе давно бы нашел драконицу и… Но хотелось земную девушку, в противовес морали, закону и духовной традиции.

— Поговори со мной, — бодро проговорила Лана и вывернула руку из его захвата. — Как ты в такой холодной сидишь? Бр…

— О чем поговорить? Я правду сказал, и, прошу, не поднимай больше эту тему.

— Еще чего! Я не монашка, чтобы бояться запретных тем, тем более, если мне интересно, обязательно все выясню.

Она замолчала и снова коснулась пальцем воды, задела его грудь, плавно скользнула по напряженным мышцам и остановилась на соске. Эд перехватил худую ручку и переложил ее на край ванны. Пришлось вернуть ночное зрение, потому что Лана казалась непредсказуемой. Еще полезет куда не надо.

— Ты ничего не добьешься. Можешь не стараться, — проговорил он строго и уверенно.