Страница 13 из 22
Глава 9
Головка его члена коснулась входа — влажная, горячая, пугающе большая. Он не входил. Он просто прижимался, раздвигая складки, дразня, заставляя меня сходить с ума от ожидания.
Я чувствовала, как пульсирует кровь в висках, как сжимается и разжимается вхолостую моя киска, хватая пустоту. Он медлил, глядя мне в глаза, и в этом взгляде было всё: и нежность, и голод, и та пугающая, тягучая власть.
Медленно. Невыносимо медленно. Я чувствовала, как его головка раздвигает меня — сантиметр, ещё один. Было тесно. Очень тесно. И немного больно — не резкой болью, а тупым, распирающим давлением, от которого хотелось зажмуриться и одновременно смотреть, не отрываясь.
Он вошёл наполовину и замер. Его дыхание сбилось, на лбу выступили капли пота. Мышцы шеи вздулись от напряжения, которое он вкладывал в то, чтобы не двинуться дальше. Не сорваться.
— Чёрт, Оля… — выдохнул он сквозь стиснутые зубы.
Его пальцы впились мне в бедро, оставляя следы. Он закрыл глаза, пытаясь совладать с собой. Я видела, как дрожит его тело — мелкой, едва сдерживаемой дрожью. Как пульсирует член внутри меня, разрастаясь, требуя большего.
— Лев… — прошептала я.
Он открыл глаза. В них плескалась тьма.
— Потерпи, — сказал он хрипло. — Сейчас привыкнешь.
Он ждал. Дышал глубоко, рвано, стараясь успокоить бешеный ритм сердца. А я чувствовала, как боль отступает, сменяясь чем-то другим. Тем самым заполнением пустоты, о котором я грезила ночами. Он был во мне. Наконец-то.
— Может, — выдохнула я. — Дальше.
И он сорвался.
Первый толчок — глубокий, полный, до самого упора. Я вскрикнула, вцепившись в его плечи. Второй — быстрее. Третий — ещё. Он больше не сдерживался. Его бёдра двигались с нарастающей скоростью, вбиваясь в меня с той самой грубой силой, которую он так долго прятал под маской спокойствия.
Комната наполнилась звуками: влажное, ритмичное хлюпанье, его прерывистое дыхание, мои стоны — сначала сдавленные, робкие, а потом всё громче, всё откровеннее.
— Да… вот так… — рычал он. — Какая же ты сладкая… какая тесная…
Он накрыл мой рот ладонью, приглушая крики, но я кусала его пальцы, выгибаясь навстречу каждому толчку. Удовольствие нарастало волнами, каждая следующая выше предыдущей. Я чувствовала, как стенки влагалища сжимаются вокруг его члена, как он заполняет меня целиком, до самого нутра, до краёв.
— Лев… Лев, я сейчас… — забилась я под ним.
— Давай, — прорычал он, ускоряясь.
И я кончила. С криком, с судорогой, с ощущением, что рассыпаюсь на миллион осколков. Он продолжал двигаться во мне, продлевая агонию, вылизывая мои слёзы со щёк, целуя веки, губы, подбородок.
Но ему было мало.
Он вышел из меня медленно, почти нехотя, и я застонала от потери. Но он уже переворачивал меня, ставя на четвереньки.
— Я хочу видеть тебя всю, — сказал он глухо. — Хочу зайти глубже.
Я опустилась на локти, уткнувшись лбом в подушку. Моя спина прогнулась, задница оказалась высоко поднята — открытая, беззащитная перед его взглядом. И он смотрел. Долго. Тяжело.
— Господи, — выдохнул он. Его ладони легли на мою попку, сжали её, раздвинули. — Ты даже не представляешь…
Он массировал мою попку — сильно, уверенно, разминая упругую плоть, словно скульптор, работающий с глиной. Его пальцы впивались в кожу, оставляя красные следы, гладили, сжимали, разводили в стороны.
Я зарылась лицом в подушку, сгорая от стыда и наслаждения. Он раздвинул ещё шире, и я почувствовала, как прохладный воздух коснулся самого потаённого места.
Он провёл пальцем по туго сжатому колечку мышц — легонько, едва касаясь. Я дёрнулась.
— Тсс, — он наклонился, поцеловал поясницу. — Я просто смотрю.
Он поставил пальцы по обе стороны от этого маленького, стыдливого отверстия и осторожно раздвинул, раскрывая его своим глазам. Я чувствовала, как горит лицо. Как пульсирует где-то глубоко внизу запретное, извращённое возбуждение от того, что он видит меня всю. До конца. Без утайки.
Он оторвал взгляд от моей попки — я почти физически ощутила это — и снова вошёл в киску.
Сзади это чувствовалось иначе. Глубже. Острее. Каждый его толчок отдавался во всём теле, прошивая насквозь, до самых кончиков пальцев. Он держал меня за бёдра, вбиваясь с неутомимой, яростной мощью.
— Ещё… — шептала я бессвязно. — Пожалуйста…
Он задвигался быстрее, жёстче. Его дыхание сбилось, превратилось в сплошной рык. Я чувствовала, как он теряет ритм, как член пульсирует внутри меня, наливаясь перед финалом.
И вдруг он вышел.
Я обернулась. Он стоял на коленях позади меня, его член — мокрый, блестящий, налитый кровью — смотрел прямо на меня. Его рука двигалась по нему быстрыми, отчаянными движениями.
— Лев…
— Не могу, — выдохнул он. — Не могу внутрь… я сейчас…
Его взгляд метался по моему телу — по спине, по ягодицам, по этой маленькой дырочке, которую он только что разглядывал с таким жадным интересом. Его кулак сжимал член у основания, большой палец гладил набухшую головку.
— Твоя попка… — прорычал он. — Чёрт, Оля, ты меня с ума сводишь…
Он направил член прямо на мою попку. Я замерла, не сводя с него глаз.
Первый толчок — горячая, густая струя ударила по коже, разливаясь по пояснице. Второй — по самой попке, стекая в ложбинку. Третий, четвёртый — он кончал долго, сдавленно рыча, изливая на меня всю ту похоть, что накопилась за всё это время. Сперма текла по моей спине, капала на простыни, смешивалась с потом.
Он обессиленно опустился на кровать, притянул меня к себе. Мы лежали, тяжело дыша, в липкой, влажной темноте. Его пальцы гладили мой живот, грудь, бедро — без цели, просто чувствуя.
— Оль…
— Ммм?
— Это было…
Он не договорил.
Потому что раздался голос.
— Вот это я, конечно, вовремя вернулся.