Страница 24 из 66
Она была такой же, как та, что мы видели наверху, в главном коридоре, — железная, с древними символами, покрытая паутиной и пылью. Но эта дверь была ещё старше. И на ней горела печать.
Магическая печать, пульсирующая тусклым красным светом.
— Вот оно, — выдохнул Рейнар.
Он подошёл ближе, осмотрел печать.
— Сюда даже я не могу войти, — сказал он тихо. — Нужен ключ ректора. Или разрешение совета.
— А у убийцы он был? — спросила я.
Рейнар покачал головой.
— Если убийца — кто-то из совета, то ключ у него мог быть. У каждого из старших драконов есть доступ к некоторым уровням. Но не ко всем.
— А к этому?
— К этому — только у ректора. И у Дарена, потому что он вёл исследования.
— Значит, если убийца зашёл сюда, он либо взял ключ у Дарена после убийства, либо Дарен сам его впустил.
Рейнар посмотрел на меня.
— Ты думаешь, Дарен знал убийцу?
— Или доверял ему. Или был с ним заодно.
Рейнар помолчал. Потом подошёл к двери и положил руку на печать.
Печать вспыхнула ярче, но не открылась.
— Бесполезно, — сказал он. — Нужен ключ.
— Корнелий, — мысленно позвала я. — Что за этой дверью?
— Главное хранилище, — ответил лич. — Меня держали рядом. Я слышал разговоры стражников. Там артефакты древних. Самые сильные и самые опасные. Один из них... не знаю точно, но говорили, что он может дать власть над всем миром.
— А попроще?
— Он может убить любого дракона одним касанием. Или сделать бессмертным. Зависит от того, кто и как использует.
— Весело.
Я вернулась к Рейнару.
— Есть способ открыть без ключа?
— Взломать, — ответил он. — Но печать магическая. Если взламывать неправильно, она уничтожит всё внутри. И нас заодно.
— А правильный способ?
— Только ключ. Или кровь дракона из совета. Но для этого нужно, чтобы дракон добровольно отдал кровь и произнёс заклинание.
— То есть убийца, если он из совета, мог открыть?
— Мог. Но тогда его кровь осталась бы на печати. А здесь её нет.
Я присмотрелась к печати. Рейнар был прав — никаких следов крови.
— Значит, открывали ключом.
— Или не открывали вообще, — сказал Рейнар. — Может, убийца не заходил.
— А следы на полу?
Мы оба посмотрели на пол. Магические следы вели прямо к двери. И... обрывались.
Рейнар нахмурился.
— Странно.
— Что?
— Следы ведут к двери, но не от двери. Тот, кто их оставил, либо вошёл и не вышел, либо...
— Либо умеет летать, — закончила я.
— Либо умеет телепортироваться.
Я присвистнула.
— А такое возможно?
— В этом мире — да. Но телепортация — сложная магия. Ей владеют единицы. И она оставляет следы. Другие, не такие, как эти.
— То есть убийца вошёл и не вышел?
— Или вышел, но не по полу.
Мы стояли перед дверью и смотрели на неё, будто она могла дать ответ.
— Рейнар, — сказала я. — Если убийца внутри, он там и сидит?
— Если убийца внутри, он либо мёртв, либо нашёл то, что искал, и ушёл другим путём.
— Другим путём? Здесь есть другой выход?
— В древних подземельях всегда есть тайные ходы. Надо искать.
Рейнар отошёл от двери и начал осматривать стены.
Я осталась у печати. Что-то меня в ней смущало. Какая-то мелочь, которую я упустила.
— Корнелий, — позвала я. — Посмотри внимательно. На печати есть что-то странное?
— Дай подумаю, — отозвался лич. — Я вижу только то, что видишь ты. Но я могу анализировать символы.
Он замолчал. Я знала, что в такие моменты его лучше не трогать.
Я вернулась к осмотру двери. Провела рукой по холодному металлу, по символам, по краям.
И вдруг нащупала что-то.
Крошечная щель. Там, где металл соединялся с камнем.
— Рейнар, — позвала я. — Иди сюда.
Он подошёл.
— Смотри. Здесь щель. Тонкая. Едва заметная.
Он присмотрелся.
— Ты права. Это не дверь. Это проход. Замаскированный под дверь.
— То есть?
— То есть это не главный вход. Это тайный ход. Кто-то очень хотел, чтобы все думали, что дверь запечатана.
— И что нам делать?
Рейнар приложил руку к щели. Закрыл глаза.
— Там пустота, — сказал он. — Пространство. Проход есть. Но он очень узкий. Только для одного человека.
— Ты хочешь сказать...
— Я хочу сказать, что убийца мог пройти здесь. Если он знал об этом ходе.
— А ты знал?
— Нет. Даже я не всё знаю об этих подземельях.
Я смотрела на щель и думала.
— Если мы полезем, можем застрять, — сказала я. — Или нарваться на ловушку.
— Можем, — согласился Рейнар. — Но другого пути нет.
Он достал из-за пояса тонкий кинжал и попытался расширить щель. Камень поддался — мягко, будто был не камнем, а глиной.
— Магия, — пояснил Рейнар. — Древняя. Она сохраняет проход, но даёт ему расширяться при необходимости.
Через несколько минут щель стала достаточно широкой, чтобы в неё можно было протиснуться.
— Я пойду первым, — сказал Рейнар. — Если что-то случится — беги.
— Куда? — усмехнулась я. — Я даже дороги обратно не запомнила.
— Тогда молись, чтобы ничего не случилось.
Он полез в щель.
Я за ним.
Внутри было темно. Факел Рейнара освещал узкий проход, вырубленный прямо в скале. Стены здесь были гладкими, будто отполированными, и на них тоже были символы.
— Красиво, — прошептала я. — Жутко, но красиво.
— Это место силы, — ответил Рейнар. — Древние строили на совесть.
Мы шли минут пять. Проход то поднимался, то опускался, делал резкие повороты, но в целом вёл куда-то вглубь.
— Корнелий, — позвала я. — Ты знаешь этот путь?
— Нет, — удивлённо ответил лич. — Я даже не подозревал, что он существует. Значит, древние хорошо прятали свои секреты.
— Что чувствуешь?
— Ту же энергию. Она сильнее. Мы приближаемся.
Наконец проход закончился. Мы вышли в небольшой зал.
Здесь было светло. Стены светились мягким голубым светом — те же символы, что и везде, но здесь они горели ярко, освещая всё вокруг.
В центре зала стоял саркофаг.
Каменный, огромный, с высеченной на крышке фигурой дракона.
— Что это? — выдохнула я.
— Гробница, — тихо сказал Рейнар. — Древнего дракона. Или древнего мага.
— Здесь кто-то похоронен?
— Или заточён.