Страница 91 из 108
— Глупость, скажи? – Антон, слабо улыбнувшись, повернулся ко мне.
— Еще какая! – подтвердила я. – Это же надо такое выдумать? Ты и Калинина! Вот умора!
— Я ей тоже самое говорил.
— Нет, ну это какой нужно быть чокнутой, чтобы заподозрить тебя и Адку в романтических отношениях? – хрюкая от смеха, заявила я.
— Ну да.. – протянул Антон, по-прежнему издеваясь над котлетой, которая теперь уже больше походила на пюре. – Нет, ну а вот если чисто гипотетически? Ты считаешь, это невозможно?
— Конечно, нет! Даже Волан-де-Морт и профессор МакГонагалл были бы лучше парой, чем вы!
— Почему? – резко спросил парень, а затем, замявшись, добавил. – Это я так.. Просто интересен ход твоих мыслей.
— Может, как друзья вы и ладите, но как пара совершенно не походите друг другу. Ты же знаешь Аду. С ее взрывным характером ей нужен кто-то типа Муслимова: сильный, сдержанный, способный дать ей отпор.
— А я, значит, слизняк? – насупился Булаткин.
— Нет, Антош, – я ласково похлопала друга по руке. – Ты просто мягкий, мечтательный и.. Слишком добрый.
— А ты не думала, что люди с разными характерами лучше ладят? Например, с Муслимовым у Ады не вышло, потому что они оба упертые, и каждый гнул свою линию, не желая уступать. Может, Калининой как раз нужен тот, кто не будет давать ей отпор, а, наоборот, примет ее такой, какая она есть?
— Хм, теория о том, что противоположности притягиваются, конечно, любопытная штука, но не в вашем случае, – отрезала я. – И оставь уже в покое свою котлету, ты и так размял ее до состояния однородной массы.
Антон ничего не ответил. Лишь пожал плечами и перевел тему разговора.
Вечером перед сном я по привычке просматривала новостную ленту в Инстаграм и наткнулась на новую видеозапись в фанатском паблике, посвященном творчеству группы "Абракадабра". Было видно, как во время выступление Влад подходит к краю сцены, а поклонники изо всех сил тянут к нему ладони. Слушателей и артиста разделяло барьерное ограждение, которое находилось в метре от сцены, поэтому Ревков мог коснуться до протянутых к нему рук лишь кончиками пальцев.
Одна из девушек, судя по виду, совсем юная, визжала и смотрела на Влада так, будто вот-вот должна заплакать. Она яростнее всех вытягивала руки вперед и истерично выкрикивала его имя.
Заметив это, Ревков снял со своего запястья черную фенечку, которую носил в последнее время, и что-то сказал охраннику, стоящему у сцены с суровым видом. Мужчина приблизил к Владу ухо, чтобы лучше расслышать певца, который пальцем указывал на ту самую визжащую девчонку.
Охранник коротко кивнул, взял из рук Ревкова браслет и одел его на протянутую руку поклонницы, которая от этого жеста окончательно потеряла самообладание: прикрыла рот руками, а по лицу заструились самые настоящие слезы.
Ни за что бы не подумала, что фенечка, снятая с руки Ревкова, может произвести на кого-то такое яркое впечатление. Мне, конечно, тоже было четырнадцать, и я тоже фанатела от популярных групп, но не помню, чтобы я ревела от переизбытка своих эмоций. Хотя, возможно, дело было в том, что я так и не попала на концерт своих кумиров.
Я знала, что группа "Абракадабра" отправилась в свой первый тур, и ребята уже почти месяц колесят по стране. Музыканты выступали в клубах и концертных залах крупнейших городов России: Питер, Екатеринбург, Самара, Казань, Пермь, Владивосток. Выступления были каждые два-три дня, поэтому бОльшую часть времени ребята проводили в дороге.
На следующий день я решила поехать вместе с Адой в "Экстру". Полноценно тренироваться мне пока было нельзя, но врач сказал, что "плавно растанцовываться" уже можно. Я намеревалась встать в последнюю линию и вполсилы повторять хореографию.
Тренер Вадим, услышав о моих планах, возражать не стал, и я получила колоссальное удовольствие от процесса. В очередной раз убеждалась, что танец, пусть и невнятный, заряжал энергией и положительно влиял на настроение.
Когда после тренировки я вышла в холл, то первым делом увидела Назара. Он что-то весело обсуждал с незнакомым мне парнем. Заметив меня, Фомин пожал собеседнику руку и двинулся в мою сторону.
Я выправила прядь волос из-за уха, чтобы хоть немного прикрыть рубец на щеке, и поправила висевший на плечах рюкзак.
— Привет, красавица! – Назар легонько приобнял меня, усадил на пустую скамейку неподалеку, а сам опустился рядом.
Он расспрашивал, как у меня дела, интересовался здоровьем и планами. Поначалу я отвечала односложно, но потом каким-то чудесным образом парень разговорил меня, и я сама не поняла, как поведала ему гораздо больше, чем планировала вначале. Фомин слушал внимательно, кивал и, казалось, был полностью поглощен моим рассказом.
— Тем не менее выглядишь ты отлично, – сказал он, когда я замолчала.
— Да не ври, – усмехнулась я, опуская глаза в пол.
— Нет-нет, – он подцепил мой подбородок. – Не смотри вниз. Смотри вперед. И держи голову гордо поднятой.
— Зачем?
— Затем, – Назар закусил губу, а затем произнес. – Саш, можно я скажу прямо?
— Ты о чем?
— Дело вовсе не во внешности, дело в самоощущении. И именно по тому, как ты сама себя оцениваешь, тебя воспринимают окружающие. У меня есть одна знакомая. Она весит под сотню и при этом встречается с офигенно классным парнем. Красивым, успешным, при деньгах. Хочешь знать, как у нее это вышло?
— Как? – заинтересованно протянула я.
— Она несет себя как королева. Будто каждый из ее ста килограммов ценнее золота, понимаешь? Никто не называет ее жирной, потому что все видят только ее безграничную уверенность в себе. Ее обаяние, ее харизму, – Назар убрал волосы, которыми я по привычке прикрывала шрам, мне за ухо и тихо добавил. – Никто не будет замечать твои несовершенства, если ты сама не будешь придавать им значения.
Я задумалась. А ведь Назар был прав. Мир видит в нас то, что мы ему транслируем. Мне следовало принять и полюбить себя новую. И только в этом случае я могла рассчитывать принятие и любовь окружающих.
Когда к нам подошла Ада, Фомин, рассказывал мне о том, что он теперь официально вошел в тренерский состав танцевальной школы "Экстра". Назару поручили вести занятия по нескольким направлениям и даже сформировали для него новую группу учеников.
— Ты сейчас домой? – спросила Калинина.
— Конечно, а куда еще? – ответила я, но тут же поняла, что вопрос был адресован не мне.
— Да, – кивнул Фомин. – Подвезти?
— Было бы здорово, – кивнула подруга, а я, ничего не понимая, смотрела то на него, то на нее.