Сердце Молнии

Снаружи окна сидела почтовая горная галка, застигнутая дождём, хохлилась и недовольно крутила головой. Рэйна поторопилась впустить её и сразу заметила, что письмо отца, которое она так ждала, снова отсутствует. А вместо него к лапе птицы привязан небольшой тёмный предмет.

Она так и застыла, увидев его, чувствуя, как внутри всё стягивает и съёживается, как от внезапного холода, пробравшегося под кожу.

Рэйна опомнилась, когда галка щипнула её. Выйдя из оцепенения, она подцепила предмет за шнурок подвернувшимся под руку гребнем, и осторожно, стараясь не коснуться его, освободила птицу от ноши. Затем сунула ей в клюв два фоли. Получив оплату, галка тут же хлопнула крыльями и растворилась в ночи, оставив Рэйну наедине с неприятной посылкой.

Разговорный амулет — вещатель — тёмным пятном лежал на подоконнике. В скудном свете редкого уличного фонаря безликий сиенитовый камень казался мёртвым и будто втягивал в себя последние остатки света и звуков.

Рэйне понадобилось время, чтобы побороть знакомое отвращение — не к самому предмету, а к тому, кто стоял за ним — и решиться коснуться его.

Стоило ей сделать это, как чёрная пелена заволокла ей глаза.

Сколько ещё ждать?

Рэйна вздрогнула, глядя, как из мрака к ней выступает силуэт, сотканный из зыбкой тени, гуще, чем сумрак, застывший в комнате. Высокий, широкий в плечах… И такой пугающе настоящий, что на миг показалось: стоит протянуть руку — и пальцы наткнуться на плоть.

От этой мысли её едва не передёрнуло.

— Фиел.

Где твоя вежливость, Рэйна-вей? — его голос звучал прямо в её голове — каждое слово как глухой удар по камню. — Внешний мир испортил тебя.

Тень шагнула ближе, искажаясь в пространстве, как чернильная клякса в тёмной воде, и повторила:

Сколько мне ещё ждать?

Рэйна выпрямилась и с усилием заставила свой голос звучать ровно.

— Мы договорились, Фиел-дан — до моего полнолетия.

Ты зря тратишь моё время. И себя — на эти бессмысленные поиски.

— У меня ещё месяц, — с напором произнесла она. — Или ты не человек слова, Фиел-дан?

Не испытывай меня!

Он вскинул руку к её горлу, но та прошла сквозь него, как дым. И всё же Рэйна ощутила его намерение, будто ледяные пальцы в самом деле сомкнулись на её шее.

Я устал от твоей бестолковой беготни по цветочным землям! Ты впустую истратила год, пичкая себя жалкими иллюзиями. Просто чтобы оттянуть неизбежное.

— Лучше скажи, почему я не получаю писем от отца? — резко перебила она, не давая страху укорениться.

Фиел встал над ней, давя своим присутствием — тяжёлым, как нависший над головой валун, от которого некуда отступить.

Если переживаешь, почему бы тебе не вернуться и самой не взглянуть на него? — голос его сделался почти ласковым, что только сильнее пугало. — Последуй моему совету, Рэйна-вей, и поступи, как прилежная дочь гор — отправляйся домой. Иначе я потеряю терпение. И тогда уже не тебе, а твоей сестре придётся исполнять долг перед кланом. Не будешь же ты тратить её жизнь на минуты, которые тебе вздумалось провести подле этого никчёмного мальчишки Сприта?

Рэйна не сдержала резкий вдох.

Она не могла видеть черты его лица, но готова была поставить свой меч на то, что Фиел усмехнулся, выдавив из неё эту крупицу эмоций.

Надеюсь, ты не пала настолько, чтобы спутаться с ним? — его тень склонилась ближе. — Думаю, что нет. И правильно. Ведь ты — моя.

Слова сдавили ей горло сильнее, чем могла бы это сделать его рука.

Помни об этом. Особенно когда пугаешь моих людей своим рэн-маи. Они и сами не промах. Кто-то из них может захотеть отомстить сыну Теневого вора и принести его голову в дар твоему клану. Ведь месть — дело чести.

Страх сковал острым льдом сердце Рэйны и медленно расползся вниз вдоль позвоночника. Но взгляд её не дрогнул.

— Месяц, — повторила она.

Тень Фиела замерла, словно натянутая струна, готовая сорваться. На миг Рэйне показалось, что он вот-вот проявится перед ней во плоти. И ей стало страшно…

— Эй, Нефритовая, открой.

Кто?..

Голос за дверью прозвучал слишком живо для вязкого мрака, окружившего её. Рэйна вздрогнула и выронила вещатель. Тьма схлынула так же внезапно, как накрыла её.

— Что ты тут делаешь? — прошептала она, приоткрыв дверь ровно настолько, чтобы показаться самой.

— Я отнёс Никаса в постель и решил заодно закинуть тебе это.

Оин протянул ей свечи и карманный тлец для вызова огня в качестве извинения за недавнюю перебранку, и глянул в темноту комнаты за её спиной.

— С кем болтала? С Тодом?

— С чего бы ему быть здесь?

— Я слышал чей-то голос.

Рэйна приоткрыла дверь шире, демонстрируя ему пустоту.

— Тода здесь нет.

— Его всегда нигде нет, пока он там не окажется.

За дверью комнаты напротив скрипнули половицы — Оин ухмыльнулся: невидимка был у себя. И наверняка подслушивал.

— Спасибо за свечи.

Он кивнул и заметил, что у неё дрожат руки, пока она зажигала тлец. В доме не было так уж прохладно. Оин понял, что всё ещё наблюдает за ней, когда Рэйна взялась за дверную ручку, намекая, что ему пора. Он и так собирался вернуться к дивану и кинуться лицом в подушку, страшно вымотавшись за день. Но в последний момент придержал дверь ладонью, не давая ей закрыться.

— Оин, прошу…

— Что стряслось?

Рэйна отвернулась, слишком быстро, будто не хотела, чтобы он успел поймать переживание на её лице. Это лишь усилило его подозрения: что-то неладно. Если бы он не знал её хоть немного, то решил бы — это страх в её глазах.

Может, это он и был?

— Мне из тебя что, клещами тащить?

Она насупилась, но всё-таки впустила его и тихо затворила дверь.

Оин обшарил взглядом всю комнату — что-то не давало ему покоя. Как только он вошёл, волосы на затылке приподнялись, словно от чьего-то незримого присутствия. Он провёл по ним ладонью, отгоняя неприятное ощущение. В остальном здесь был порядок: кровать — заправлена, стол пустовал, на спинке стула висела аккуратно сложенная туника. Странно. Тут почти ничего не изменилось с тех пор, как комната принадлежала ему. Всё выглядело так, будто ею почти не пользовались. Словно Рэйна старалась не оставить о себе и следа, только пережидала в ней время.