Страница 45 из 68
Они больше не бросались вперёд бездумно. После множества погибших сородичей стая изменила тактику. Несколько тварей отвлекали нас спереди, остальные пытались обойти через кустарник.
Максимус это заметил первым.
— Назад. Медленно.
Я пятился, не сводя глаз с чудовищ.
— Они окружают нас.
— Именно. Пусть думают, что у них получается.
Шаг за шагом мы отходили между деревьями. Монстры, уверенные в своей победе, двигались следом.
Максимус вдруг остановился, тихо бросив мне:
— Здесь.
За нами уже в метре была узкая расщелина, почти полностью скрытая кустами. На дне торчали острые обломки бурелома и сломанные стволы молодых деревьев.
— Мы в ловушке, — прошептал я.
Максимус усмехнулся.
— Не мы. Они.
Он выстрелил в ближайшего монстра. Тот, раненный в бок, взревел от боли и бросился вперёд. А за ним ринулась вся стая.
— Бежим!
Мы сорвались с места. Максимус ловко перепрыгнул овраг одним длинным прыжком. Я последовал за ним, едва не сорвавшись вниз.
Позади раздался оглушительный треск. Первые монстры не успели остановиться. Подгоняемые теми, кто бежал следом, они полетели в овраг, сталкивая друг друга вниз. Острые сучья пронзали тела, новые чудовища падали сверху, превращая яму в хаотичную груду ревущих существ.
Но не все упали вниз. Вожак одним прыжком перелетел овраг. Следом за ним приземлились ещё трое его сородичей.
— Чёрт! — выдохнул я.
Но Максимус уже стрелял. Одно чудовище упало. Следом за ним — ещё одно. Третий монстр добрался до него прежде, чем он успел нажать на спуск снова.
Мой спутник шагнул в сторону, пропуская когти мимо себя, и ударил ножом в шею. Клинок вошёл по рукоять, и тварь, жалобно рыкнув, рухнула.
Оставался только вожак.
Он медленно приближался. Из пасти капала густая тёмная кровь. В его боку сочилось бурой густой жижей отверстие от пули, но он словно не замечал раны.
Я навёл Макарова на живучую тварь.
Щелчок…
— Пусто, — растерянно сказал я.
Максимус достал пистолет, проверив патроны.
— Один. Последний, — тихо констатировал он.
— Не промахнись…
Но Максимус убрал ствол в кобуру.
— Ты что делаешь?! — я чуть ли не вскрикнул от возмущения.
Он ничего не ответил.
Вожак бросился вперёд. Максимус шагнул ему навстречу. В последний момент он резко присел под лапой и, оказавшись за спиной, схватил чудовище за покрытую жёсткой шерстью шею и с невероятным напряжением дёрнул его вбок.
Тварь приземлилась прямо на самом краю оврага. Земля под её лапами не выдержала, и пласт влажной почвы обрушился вниз. Вожак попытался зацепиться когтями, но вместе с осыпавшейся под его тяжёлыми конечностями землёй исчез на дне.
Секунду спустя из оврага донёсся тяжёлый удар. Потом ещё один. А после… всё стихло.
Я долго смотрел вниз, не веря глазам. Со дна доносились лишь слабые предсмертные рыки. Максимус достал пистолет, вынул магазин и ещё раз пересчитал оставшиеся патроны.
Один.
Он вернул магазин обратно.
— Почему ты не выстрелил?
Мой спутник задумчиво посмотрел на овраг.
— Последний патрон никогда не тратят, если можно сохранить его на случай, когда другого выхода уже не останется.
Вытерев испачканное землёй и кровью лицо ладонями, он развернулся и пошёл прочь тяжёлым шагом.
Я ещё раз оглянулся на заваленный телами овраг, где медленно затихали последние звуки битвы, и молча последовал за ним. Лес снова погрузился в тишину, но теперь эта тишина казалась не угрожающей, а усталой — словно сама чаща была рада, что бой наконец закончился.
До предполагаемого убежища мы добрались гораздо позже, чем планировали.
Ночевать нам предстояло в полуразваленном здании без крыши. Я пункт нашего назначения оценил весьма скептически — перспектива спать посреди леса в заброшенном здании, которое буквально на ладан дышит, казалась мне сомнительной. Да и дождь, конечно, явление на этом уровне крайне редкое, но если он польёт, приятного будет мало.
Видимо, это убежище было постоянным, потому что возле оборудованного кострища посередине комнаты лежал котелок. Мы развели костёр и наскоро перекусили.
Максимус кинул куртку на бетонный пол, развалился, устремив взгляд в небо, и закурил.
— Уютно.
— Издеваешься?
— Нет. Здесь хотя бы крыша уже никому на голову не упадёт.
Я улыбнулся уголком губ.
Мой спутник достал из кармана флягу и активно приложился к её содержимому.
— Так в итоге, что у тебя там? — я кивнул на металлическую бутылку у него в руке.
— Жидкая храбрость.
— И как, помогает?
— Нет. Но вкус у неё хороший.
Я достал из кармана платок и вытер нож от начавшей засыхать крови тварей. Выпил воды.
Максимус сделал последний глоток из фляги, закрутил крышку и положил её рядом с собой, после чего затушил докуренную до фильтра сигарету.
Мы оба долго молча смотрели на костёр. Кажется, каждый думал о своём. В моей голове всё ещё эхом гремели звуки недавней битвы. Я попытался подумать о чём-нибудь отстранённом, но мысли вновь и вновь возвращались к лесной бойне.
Внезапно Максимус тихо хмыкнул.
— Нет, Борь… Сегодня не моя очередь дежурить.
Я повернулся в его сторону. Он замолчал, словно прислушиваясь к ответу. Усмехнулся.
Максимус смотрел куда-то в стену расфокусированным взглядом.
— Да знаю я, что ты так говорил каждый раз.
Пауза.
— Вот поэтому тебя и гоняли.
Он негромко рассмеялся, продолжая глядеть куда-то в пустоту смешливым взглядом.
— Нет… Карты больше не достану. После прошлого раза ты опять мухлевать начнёшь.
Он покачал головой.
— Ага… И тебе спокойной ночи, — Максимус лёг, натянул куртку на плечи и почти шёпотом добавил. — До завтра… если оно вообще будет.
Через минуту уже доносился негромкий храп.
А я так и остался недоумевать тому, как он разговаривал с пустотой.